Ты моё спасение - Наталья Одинцова

прижал её к себе и не мог отвести взгляд от её губ. Соскучился. Так хотел поцеловать! И поцеловал....подушку. Проснулся от ощущения чего-то мягкого и обволакивающего. Оказалось, уткнулся лицом в подушку. Приплыли. Вместо Оли — подушка, мать твою за ногу.

Мама постоянно ворчит. Говорит, что я полный дурак. Почему полный дурак? Да потому что не поверил Оле.

А мне больно и обидно. Могла же сказать сразу, кто она и зачем здесь. Да, возможно, она не получила бы вообще ничего либо....либо получила, но взамен на любовь. А не наоборот!

Хороша, ничего не скажешь. Потерял Андрюша свою голову где-то с концами.

На этой неделе будут готовы документы. Дарственная. Останется дождаться появления малыша на свет.

Мой! И ничей больше. Так греет эта мысль, что я всё-таки буду папой. Первый крик, плач, потому что малыш хочет есть, смена подгузника, бутылочка с молоком. Хм... А если бы Оля рассказала всё сразу, то я бы любовался тем, как она кормит нашего сына...или дочь. Неважно. Главное, чтобы родился здоровенький. Вот только жаль, к животику, наверное, я прикоснуться не смогу. Только потому, что не могу прикоснуться к той, которая врала всё это время. Ни одна девушка не вызывала никогда во мне столько эмоций.

Набираю Шуру.

- Алё,

- Шур, привет.

- Привет Дюш.

Меня начинает бесить то, как она меня называет, но я всё же продолжаю разговор:

- Шур, прости, что вот так вот всё.

- Как так? Ты о чём?

- Что поступаю сейчас с тобой плохо.

- Что значит плохо? Что ты сделал?

- Шур, прости, но ни о какой свадьбе и речи быть не может. Я от обиды тебе сделал предложение. Хотел отомстить Оле. Но хуже сделал только себе.

- Ты серьёзно?

- Да. И давай больше не будем возвращаться к этому вопросу.

- Ладно. Что с тобой делать? Только понять, простить и отпустить.

- Я думал, ты обидишься. Накричишь. А ты.

- Дюш, если честно, очень обидно, что я стала твоим орудием пыток. Но на предложение я согласилась не потому, что захотела замуж, а потому что хотела, чтобы ты остыл и одумался. Я ждала, что ты придёшь в себя. И как я заметила, в глаза мне врать тебе надоело. Если ты всё-таки позвонил и сказал правду.

- Шура, это всё подстава была, что ли? Или ты угроз Кости испугалась?

- Конечно, подстава. Ничего я не испугалась.

- Ну ты даёшь, подруга.

От шока откидываюсь на спинку.

- Я старалась. — слышу, как она хихикает в трубку. - Ладно Дюш. Удачи!

Кладёт трубку в полном шоке. А у меня словно камень с души упал. Ну и Шура, развела друга, так развела.

В этот момент беру дарственную и ещё раз всё проверяю. В кабинет заходит мама:

- Сынок, хочу поговорить с тобой.

- О чём? — не отрываясь от бумаг, отвечаю матери.

- Одумайся, сыночек. Пока ты не наломал дров.

Поднимаю взгляд на маму:

- Ты о чём?

- Да об Оле я. Любит тебя девочка. Не забирай у неё малыша. Я же не таким тебя воспитывала. Ну не верю я, что она подпишет отказ. Она не такая. Сыночек, помирись с ней и забудь про всё.

- То есть ты бы простила предательство?

- Сыночек, я понимаю твою боль. Ей нужно было открыться сразу. Но, а вдруг она боялась, что ты не поможешь? Поэтому молчала.

- То есть ты на её стороне, а не на моей?

- Сын, я за тебя. Но девочка же любит тебя. Я видела, как она смотрит на тебя. На человека, который тебе не нужен, так не смотрят. Ты сделаешь большую ошибку, если заберёшь у матери самое святое. А малыш останется без мамы. Ты ведь её любишь.

- Уже не люблю. — вру. Но маме знать не обязательно.

- Я не верю.

- Мама я всё сказал. Решение не поменяю.

Надо съездить до неё. Даже не знаю, как её теперь называть. И любимой не могу, слишком больно она сделала. И тварью язык не поворачивается. Слишком жёстко.

Встаю с кресла, и мама меня останавливает вопросом:

- Куда ты?

- К ней поеду. Надо поговорить. Документы подпишет. Узна́ю, почему она не отвечает.

- Ты её обидел. Конечно, она не будет отвечать.

- Я обидел? А она меня? Она со мной была только ради вот этой папки. — трясу папкой перед её глазами. - Не я был ей нужен, а эти документы. Вот она их и получит. В обмен на ребёнка.

- Ты такой же, как твой отец. Вот бы ты не застал её в этой квартире. Лучше бы она сбежала. И останешься ты с носом. — произносит мама в сердцах и уходит. Обиделась.

Но у дверей тормозит и говорит напоследок:

- Помяни моё слово, ты пожалеешь о своём условии. И сам будешь не рад, тому, что сделал. Только уже будет поздно. — и уходит из кабинета.

Да. Когда я ей озвучил наш диалог с Олей, был уверен, что мама будет на моей стороне. Но, она встала на сторону Оли.

Всё. Пора ехать.

Выхожу из дома. Сажусь в машину и еду к себе. Проверить, как там эта маленькая предательница.

Подъехав к дому, поднимаюсь в квартиру.

Подхожу к дверям и давлю на звонок. Тишина. Опять звоню. И опять тишина. Никто не открывает. Прикладываю ухо к двери. За дверью мёртвая тишина. Дёргаю за ручку, заперто. Может, в магазин ушла? Звоню. Скидывает. Она совсем обнаглела? Снова звоню. И опять скидывает.

Стучу в дверь, и в этот момент выходит соседка по лестничной клетке.

- Вы чего барабаните? Сейчас полицию вызову.

- Я ваш сосед.

- А чего стучишься сам к себе, если сосед? — спрашивает бабуля.

- Там девушка должна быть. Вот хочу, чтоб открыла мне. А она не слышит.

- Так нет её здесь.

Оборачиваюсь к бабуле.

- Как нет?

- Та она уж неделю, как уехала, милочек. И мужик здесь к ней приходил. С чемоданами большими. Она после этого и уехала.

- Что ещё за мужик?

- А я откуда знаю? Что видела, то и говорю. — и скрывается за дверью своей квартиры.

Что за чёрт? Какой ещё мужик?

Нахожу в кармане ключи и быстро открываю двери. Захожу и понимаю, что квартира пуста.

Обхожу всю квартиру, её нигде