Соблазнительная капитуляция - Челси М. Кэмерон

class="p1">— Мило. Мне нравится, — сказала я после того, как прослушала песню еще немного. Я отхлебнула вина. Оно было легким и вкусным и хорошо сочеталось со всем остальным.

— Так, где твоя гитара? — спросила я, жуя свой салат.

— В моей музыкальной комнате.

Я чуть не подавилась огурцом.

— Музыкальная комната?

— Да, она там, — сказал он, указывая вилкой на одну из дверей, за которой я еще не была.

— Я бы хотела ее увидеть, — сказала я.

— Я бы с удовольствием посмотрел твою квартиру. Покажи мне свою, и я покажу тебе свою.

Я закатила глаза.

— Ты уже видел меня. Несколько раз.

— Да, я видел твое тело, но ты — нечто большее, чем просто твое тело. Гораздо больше. И я хотел бы это увидеть.

— Это звучит ужасно похоже на то, что сказал бы парень, который хочет встречаться со мной. — Я ткнула в него вилкой, и он покачал головой.

— Нет. Дело не в том, что я хочу познакомиться с тобой поближе, как парень. Возможно, это просто мое желание получше узнать тебя. Не для того, чтобы я мог встречаться с тобой, а просто чтобы узнать тебя получше.

Он что-то бормотал, и для меня это звучало как полная чушь, но я собиралась оставить все как есть.

Песня изменилась, и я узнала песню Bobby Darin's «Beyond the Sea». Очень стильно.

Мы начали есть пиццу, и это было потрясающе. Я должна была бы рассказать об этом Слоан, чтобы она смогла попробовать.

А может, и нет. Тогда мне пришлось бы рассказать ей о договоренности только на ночь, а мы уже договорились держать это в секрете. Боже, это было сложно. Но когда он протянул руку и вытер немного сыра с моего подбородка, затем подмигнул и слизнул его со своего большого пальца, в то время как мой желудок совершал небольшие сальто, я поняла, что, возможно, оно того стоило.

Наевшись, мы сели на диван, я положила свою голову ему на плечо, и мы потягивали вино. Музыка продолжала играть, и это было… эклектично. Я слышала Queen, Adele, Simple Minds, The Black Keys, Cole Porter and Jamie N Commons и кучу других, которых я не знала достаточно хорошо, чтобы назвать поименно.

— Что на десерт? — Спросила я.

— Ты. — Я ущипнула его не проколотый сосок ногтями.

— Плохая девочка. У нас будет с'морс (состоит из изжаренного маршмеллоу и куска шоколада прослоенных двумя кусочками крекера).

— Да? — Я не ела ничего подобного уже очень давно.

— Я имею в виду, если только тебе не нравится с'морс, в таком случае, дверь там. — Он указал пальцем, и лицо его было серьезным.

— Ты хочешь сказать, что, если бы мне не понравился с'морс, ты бы меня выгнал? — Я приподняла бровь.

— Я не хочу, чтобы в моем доме был кто-то, кто не любит с'морс.

— Что ж, тогда тебе повезло.

— Слава Богу. — Он жестом попросил меня отпустить его и вернулся на кухню, когда песня снова сменилась на «Starlight' Muse».

— Тебе нужна какая-нибудь помощь? — Я не видела огня или чего-то в этом роде, так что мне было интересно, как все это произойдет.

— Нет, я справлюсь, просто расслабься. Ты босс только днем.

Я подняла три пальца.

— Третий страйк.

— Больше времени на коленях. Что же мне делать? — Я наблюдала за ним с дивана, когда он достал что-то из-под своих шкафчиков и поставил на кофейный столик. Это был гибрид набора для фондю, но без горшочка сверху, так что, по сути, это было похоже на маленький огонь. Он зажег его, а затем принес тарелки с шоколадом, крекерами и зефиром.

Он протянул мне металлический шампур с маленькой ручкой и взял один для себя.

— Готова?

— Эм, да, я готовила их раньше, но никогда в помещении. Приятно, что мне не нужно беспокоиться о комарах. Или что дым попадет в глаза.

— Ты часто ходила в походы? — спросил он, пока мы переворачивали наши зефирки, чтобы они равномерно подрумянились.

— У моих родителей есть летний домик в штате Мэн, так что мы часто туда ездили. Мы сидели дома, а потом папа просто начинал собирать сумку и говорил нам, что мы отправляемся в поход. Я имею в виду, это был настоящий поход. Сон на земле, во флигеле, купание в реке. Это был единственный раз, когда я видела своего папу одетым во фланель, а маму без губной помады. Это было здорово. — Я ждала, что он расскажет мне что-нибудь о своем детстве, но он, казалось, был поглощен своим зефиром.

— Ты ходил в поход в детстве? — наконец спросила я.

— Пару раз. — Ладно, вопросы о детстве отпали. Мой зефир был готов, поэтому я взяла крекер и шоколад и положила зефир между крекерами. Очевидно, делать с'морс было все равно что кататься на велосипеде. Или заниматься сексом. Можешь возобновить по воспоминаниям.

Я ела свой первый с'морс, когда первый зефир Луки оказался слишком близко к пламени и загорелся. Он попытался подуть на него, но от этого стало только хуже.

— О, ты проиграл. Хочешь немного моего? — Я протянула ему свою порцию, и он откусил кусочек, прежде чем оторвать подгоревшую часть от зефира и все равно съесть ее.

Мы оба взяли по второму зефиру, и я увидела, что у Луки в уголке рта размазан зефир.

— Стой.

— Что? — Он пошел вытереть лицо.

— Нет, я сказала тебе не двигаться. — Я наклонилась вперед и лизнула зефирку. Я попыталась отстраниться, но он схватил меня за подбородок и поцеловал. У него был вкус шоколада, крекеров и сладкого растопленного зефира, и в основе всего этого лежал его вкус, которым, я думала, я никогда не насытюсь.

— Мне нравится, когда ты немного дополняешь мой десерт, — сказал он, откидывая мои волосы назад.

— Аналогично.

* * *

Мы съели еще немного с'морса и еще немного поцеловались, и он медленно снял с меня одежду, а я сняла с него, а потом он отнес меня в спальню и трахнул так медленно и так сладко, что потом я вцепилась в него и не хотела отпускать.

Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся, а затем перекатился так, что мы оба оказались на боку, и вышел.

— Есть какие-нибудь другие идеи? — спросил он.

— Несколько. Но я их игнорирую.

Он провел рукой по моему плечу.

— Я мог бы уволиться.

— Нет, ты не обязан этого делать. Я не могу позволить тебе сделать это из-за меня. Мы можем заставить это сработать. Только первая ночь. Это потребует некоторой корректировки.

— Я не хочу ставить