Вирджиния (СИ) - Инна Мэй

раскатывал? — озлобленно бросила она, вперив в него разъяренный взгляд.

— Не надо. У меня ещё между ног не пришло в норму, а ты хочешь наградить меня новой неприятностью. Давай сегодня обойдёмся без рукоприкладства. Вот приду я домой поздно и пьяным, тогда можешь бить меня сколько угодно, я согласен. А пока не за что, — вновь направил новую издёвку в её сторону мужчина.

— А ты вижу от А до Я всё распланировал и обдумал. Не боишься, что это может не осуществится?

— У тебя нет другого выхода, как принадлежать мне, — твёрдо произнёс он, после чего Вирджинии захотелось в ту же секунду его придушить.

"Спокойно, Вирджиния. Он намеренно хочет вывести тебя из себя", — успокаивала себя женщина, пытаясь не вестись на провокацию мужчина.

Она не поддалась на его фразу и молча пригубила крепкий алкоголь.

Прошёл час, и за выяснением отношений с горцем она не заметила как выпила больше положенного. Отставив от себя недопитый бокал, она посмотрела на горца и испугалась. А всё из-за того, что в ней возникло желание к нему.

"О боже, только не это. Вирджиния приди в себя. Это же шотландский паразит. О чём ты думаешь!?", — самобичевание Вирджинии мимолётно пронеслись в голове и унеслись вдаль, разбившись о его глаза.

Внимательные глаза, в которых было такое же желание, как и у её.

Тяжёлый взгляд мужчины не отрывался от Вирджинии, проявляя в глазах усиливающийся блеск.

Вирджиния отвернулась.

"Вирджиния, ты кремень. Только не вздумай идти на провокацию своего тела".

Вид женщины сейчас напоминал борьбу добра и зла. Одна часть молила о пощаде и пыталась образумится, вторая, пасть перед своим желанием и отдаться ему.

"Хрен редьки слаще. Раз, два, три… О, Господи, о чём мне подумать, чтобы отвлечься?", — спутанные, сбитые с толку мысли Вирджинии понеслись в её голове в поисках спасения. Но взгляд то и дело возвращался к мужчине. В голову бесстыдно полезли мысли, как он её целует, а потом раздевает, лаская её тело нежными поцелуями. С каждой мыслью интимный процесс доходил всё дальше, а тепло внизу живота становилось всё жарче.

— Я пойду выйду на улицу, — резко подскочила она со своего места, и больше ничего не сказав, помчалась на выход. Выйдя наружу, она вдохнула прохладный воздух и облегчённо выдохнула.

"О, Господи, ещё бы чуть-чуть и всё дошло до критического момента".

Стоило ей об этом подумать, как кто-то бесшумно подошёл к ней со спины. Тепло чужого тела осязательно почувствовалась на своей коже и Вирджиния непроизвольно поежилась. Потом чья-то рука легла ей на живот и прижала к себе. Уткнувшись в мужское тело у Вирджинии перехватило дыхание. Мужчина склонился к ней и прошептал возле её уха:

— Я вижу, что ты хочешь меня так же, как и я тебя.

Сердце Вирджинии замерло, а нежное тепло от его дыхания пробудило в ней желание ещё больше.

Мужчина прижал её к своему телу и Вирджиния почувствовала, как что-то твёрдое уткнулось в её поясницу. Дыхание мгновенно отяжелело, а мысли поплыли к кровати и к тому как этот мужчина лежит на ней, медленно двигаясь.

Вирджиния вмиг отстранилась от него и обернулась.

— Не совращай меня, горец. Я тогда точно оставлю тебя здесь без всех жизненно важных частей твоего тела.

"Вирджиния Клеверли, по матери Уотерли, а по бабушке Лодли, держи себя в руках. Ты выше этого глупого возбуждения".

Вирджиния нервно глотнула, а потом перевела уверенный взгляд на горца.

— Специально меня напоил, сволочь. Так и знала, что от тебя ничего хорошего не стоит ожидать.

— А мне показалось, что ты сама так увлеклась алкоголем, что с удовольствием осушала бокал за бокалом!? Неужели показалось?! — с насмешкой бросил он, продолжая находиться в непозволительной близости от неё.

— Если бы ты меня меньше раздражал ничего бы такого не было. А так я просто изгоняла стресс.

— И по видимому не только стресс.

— Если ты о том желание, которое случайно и на несколько секунд по ошибке возникло во мне, то ты ошибаешься.

— Значит всё-таки мне не показалось и ты действительно хочешь меня, — довольно проговорил мужчина, продолжая загораживать собой вход в таверну.

— Было и прошло. Всё. Я домой. Была не рада с тобой посидеть. Споил проклятый горец и чуть не изнасиловал, — пролепетала она, и развернувшись, в ту же секунду резко помаршировала к карете.

— Давай хотя бы проведу, гордая банши, — через несколько секунд догнал он её и стал идти рядом.

— И сама дойду.

— Дойти, то дойдешь. А вот как залезешь… Не хотелось бы, чтобы ты валялась на земле возле кареты, открыв свою красу посторонним. Я то этого ещё не видел, и делится с другими не намерен.

Вирджиния резко остановилась. Вспыхнувшая мгновенно ненависть заставили её сжать ладони и с убийственным взглядом повернуться к горцу.

— Сейчас не я, а ты будешь лежать здесь, кобелина. Чё ты увязался за мной!? Я тебе вообще-то не позволяла себя провожать.

— Ух, сколько страсти льётся из твоих уст, банши. Не был бы я настолько совестливый, взял бы тебя прямо здесь и сейчас.

"Хлоп" — прозвучала оглушающая пощёчина в этой немой тишине, закрыв в ту же минуту мужской рот.

— А я то думал сегодня не получу, — раздалось спокойное через несколько секунд и мужчина тут же приблизился к ней, схватив за плечи. — Ну раз уже получил, то мне терять нечего, — вмиг приник он к ней своими губами и тут же начал двигать своим языком, прижимая её тело к себе ещё ближе.

Несколько секунд Вирджиния находилась в обездвиженном ступоре, но когда он сошёл…

"Какой же ты наивный, горец", — она врезала ему по уже привычному месту, заставляя его как и до этого, согнуться.

— Ну это была моя последняя капля, нахал. Ещё раз ты подойдёшь ко мне ближе, чем на три метра, и я тебя задушу. И мне все равно, что будут свидетели. Сволочь ты последняя. Как я тебя ненавижу.

— Чшш, банши, — резко обнял он её, она даже не успела заметить, как это произошло, и прижал её к себе. — Ты сама вынуждаешь меня быть с тобой таким, — спокойно проговорил он, продолжая держать её в руках. — Я знаю, что ты меня ненавидишь сейчас. Я тоже тебя возненавидел после твоего удара. Но я сам виноват. Признаю.

— Ты определись уже хороший ты или плохой!? И отпусти меня или я сейчас тебя укушу.

Мужчина мягко освободил её и отстранился.

— Я не могу быть только хорошим или плохим. Всё зависит от обстоятельств. Но с тобой обстоятельства