Измена. Месть из прошлого - Мия Герц

— А что, разве это не может быть чудом? Разве мы с тобой не заслужили право на счастье? Или ты хочешь сказать, что, помимо того как я спала с тобой, параллельно устраивала шашни у тебя за спиной? Да ты хоть представляешь, через что я прошла? Да ты хоть знаешь, как это страшно, потерять ребёнка? Или каково это, когда собственный муж пытается взять тебя силой? И ты мне будешь рассказывать о своём внутреннем состоянии?

Ты мне постоянно твердишь: верь мне, Полина. А сам что? Что ты подразумеваешь под таким ответом? Для меня это самое счастливое событие за последнее время. И я больше никому не позволю лишить меня этого. Считаешь, что это не твои дети? Значит, они не твои!

Уверенным шагом подошла к нему и силой припечатала снимок УЗИ к его груди.

— Вот, посмотри. Это то, чего больше никогда в твоей жизни не будет, раз ты считаешь, что в твоём случае это невозможно. Потому как нам с тобой больше не о чем говорить. Сиди здесь и лелей своё уязвлённое эго. А может, все разговоры правдивы, и ты не человек, а бездушная машина, которая видит только поставленную перед ней цель. А то, что в мире, помимо этого, есть ещё столько разных и удивительных вещей, не заложено в её программу.

Я развернулась и стремительно покинула его кабинет. Больше ни одной слезинки не прольётся из моих глаз. У меня целых три счастья под сердцем. И я буду их беречь. А разбитое сердце… Что ж, может быть, когда-нибудь у меня получится собрать осколки, вот только жаль, что их уже не склеить.

Написав заявление по собственному желанию и собрав свои вещи. Я покинула приёмную не оглядываясь. Очень долго стояла на выходе, не зная, куда мне идти. Я привыкла считать квартиру Антона своим домом, но больше мне там делать нечего. Опять придётся уходить, бросив всё. Но мне это не впервой. А паспорт я теперь всегда ношу в своей сумке.

Решив немного прогуляться, чтобы проветрить голову, я пошла к ближайшему скверу. Опустившись на лавочку в отдалении от дороги, я смотрела, как небо затягивает пелена туч. На ум пришло сравнение с моей жизнью: тёплый, солнечный день на глазах превратился в ненастье. Да ещё, как назло, начал моросить мелкий дождь.

Поднявшись, я пошла в сторону выхода. Вот только не успела я сделать и пары шагов, как кто-то очень сильно дёрнул меня за руку. Потеряв равновесие, я упала, больно ударившись коленями, и, кажется, содрала кожу на руках. Подняв глаза, я с ужасом осознала, что передо мной стоит Матвей.

— Вот это твоё настоящее место! Ты ничтожная, жалкая тварь, которая будет скулить у моих ног, моля о пощаде.

Ничего не отвечая, я начала подниматься, но он не дал мне этого сделать, снова с силой толкнув меня.

— Думаешь, вся такая гордая и неприступная? Или считаешь, что тебе всё сойдёт с рук? Ну нет… Если я пойду ко дну, то ты отправишься туда вместе со мной.

И хоть внутри меня всё буквально кричало от ужаса, внешне я продолжала оставаться отстранённой. В этот раз он даже позволил мне подняться. Дождь между тем становился всё сильнее, и, кроме нас в сквере никого не осталось.

— Что же ты молчишь, моя дорогая?

— Мне не о чём с тобой разговаривать! — я посмотрела прямо на него.

— Какие мы гордые и неприступные стали. Думаешь, ты теперь будешь нужна ему?

А вот это был болезненный удар. От него стало в тысячу раз больнее, нежели от всех его физических побоев.

— Молчишь. Потому что знаешь, что я прав! — он подошёл ближе и с силой притянул меня за руку к себе.

Оказавшись рядом с ним, я со всей своей силы наступила ему на ногу.

— А-а-а-а, — взревел он от боли и на секунду отпустил меня.

Я рванулась в сторону, чтобы убежать как можно дальше от него. Вот только сделать это у меня не получилось. Земля стала скользкой, я споткнулась и полетела вперёд. Матвей в считаные секунды оказался рядом и поднял меня за волосы, причиняя очень сильную боль.

Кажется, я все же не выдержала и громко закричала.

— Давай, кричи, всё равно никто не придёт тебе на помощь.

Он прижался грудью к моей спине, крепко сжимая мое горло. А потом, возле моего виска оказалось что-то холодное, и я услышала характерный звук взводимого курка.

Пятьдесят четвертая глава

Терминатор

Я внимательно ещё раз изучал все материалы дела, чтобы подготовиться к следующему заседанию. Больше я не позволю Страда выйти сухим из воды. Я заставлю его заплатить. Никогда не думал, что буду делать всё, чтобы засадить его за решётку. Очень вовремя пришла экспертиза брачного договора Полины. Естественно, её подпись — подделка.

Все мысли были сосредоточены вокруг документов, когда меня отвлёк стук в дверь. Пришла Полина. Прокручивая в мыслях план следующего заседания, поднялся к ней навстречу и поцеловал.

— Знаешь, Антон, до тебя я и не подозревала, что можно быть настолько счастливой!

Она улыбалась и что-то держала в руках. Не устоял и поцеловал её ещё раз. А потом она словно ударила в набат колоколом.

— Кажется, ты скоро станешь папой.

От её слов внутри всё перевернулось, кровь застучала в висках, а в груди закипела ярость. Я даже сделал шаг назад. От греха подальше.

— Что ты сейчас сказала? — вопрос вырвался против моей воли.

Что она несёт?! Папой?! Это какая-то дурацкая шутка с её стороны? Или она просто решила мне за что-то отомстить? Внутри всё горело огнём. Я с трудом сдерживал себя, чтобы не подойти и не тряхнуть её за плечи. Но она продолжала бить в моё самое больное место. Словно специально.

— Ты станешь папой, и не просто папой, а…

Да как она вообще смеет мне говорить такое?! Я уже смирился с тем, что у меня не будет детей. Она не просто всадила мне нож в спину, она продолжает его там проворачивать. Чтобы поглубже, больнее. Почему именно она? За что? А потом и вовсе начала кричать и обвинять меня в том, что я испугался ответственности. Да как бы не так. Ярость накрыла с головой, и я сорвался, накричал на неё.

Она сжала кулаки и подошла ко мне ближе. Рассказывает мне сказки о чуде. А я запретил себе даже мечтать об этом, потому что мне надоело слушать одно и то же. «Безусловно, прекращение