Ребенок от лучшего друга. Мы не твои (СИ) - Маар Чарли

А я почему-то чувствую болезненный укол в груди.

Ведь изначально всё это началось между нами именно ради компании. И Руслан после моего признания ничего не говорил про разрыв контракта. Он не сказал, что к черту контракт, ведь он будет счастлив остаться моим мужем и так...

— Тась, рад тебя видеть, но ты не против, если я своего оболтуса у тебя украду на пару минут? Там бабушка ждёт фототчета из Индии. А Руслан скоро вернётся. Вряд ли тебе будет интересно слушать нудные бизнес-беседы.

— Вообще-то я бы хотел, чтобы моя жена... — начинает Руслан, но я его перебиваю, мягко положив руку на предплечье.

Не знаю, что меня так смягчает. Может, с нажимом произнесенное "моя жена"?

— Иди. Всего несколько минут. Я вон, бабулю вижу. Она мне машет. В общем, не переживай. Если что, — забираю у Руслана бутылку с лимонной водой, — лимон мне в помощь.

— Я скоро вернусь, — кивает Костров, делает шаг в сторону отца и его спутников, но затем вдруг останавливается, наклоняется и целует меня в щёку.

Я так и застываю.

Было ли это ненарочное проявление нежности или же он специально сделал это при отце?

Я ещё долго об этом размышляю, глядя в спины удаляющимся мужчинам. Потом, вздохнув, решаю пойти к Настасье Павловне, которая уже нетерпеливо постукивает тростью, глядя на меня.

Делаю шаг и замираю.

— Каково это, знать, что ты — всего лишь инструмент получения бизнеса? — голос, раздавшийся за спиной, пробирает до мурашек своим презрением.

ДЕВОЧКИ, ВСЕМ СПАСИБО ЗА КОММЕНТАРИИ, ЗА ПОДДЕРЖКУ И ИНТЕРЕС К ИСТОРИИ. ЗАВТРА ЗАВЕРШАЕМ И СТАРТУЕМ С ИСТОРИЕЙ САШКИ.

Глава 44. Липовая свадьба.

Глава 44. Липовая свадьба.

Тася

Довлет Костров смотрит на меня, вздернув подбородок и явно оценивая мою реакцию на его слова. Очевидно, он ожидает, что я как-то растеряюсь, поведусь на вопрос, которым он хотел задеть меня за живое.

На самом деле, в какой-то степени у него получилось, но это ровно до того момента, пока я не повернулась и не увидела, кто именно задал вопрос.

О том, что Довлет хочет забрать фирму себе — всем известный факт. И понятное дело, что его задача — сделать всё возможное, чтобы дискредитировать Руслана.

Не зря он никогда мне не нравился.

Внутренне собравшись, я окидываю Довлета недоуменным взглядом.

— Вы о чём?

— Не прикидывайтесь, Таисия. Мы с вами оба знаем, что ваш с Русланом брак — фальшивка.

— Вы это сами себе придумали? Всё не смиритесь, что компания утекла прям у вас из-под носа? — спрашиваю, а сама стреляю взглядом в ту сторону, куда недавно ушёл Руслан с отцом.

Судя по всему, он не видит, что Довлет ко мне подошёл...

— Она ещё не утекла, — губы мужчины кривятся. — Вы с Русланом были слишком неосторожны. Хотя спектакль сыграли отличный, конечно. Уверен, что именно вы, Таисия, не играли. Ваши чувства к Кострову более, чем очевидны. А вот ему стоит дать Оскара за актерскую игру.

— Не понимаю, о чем вы говорите...

— Интересно, а как у вас ребёнок получился? Неужели, естественным путём? Или вы прибегли к другим методам? Признаюсь, у меня не вышло выяснить подробности о данном факте, но, впрочем, он не имеет особого значения. Этого достаточно, — Довлет показывает мне лист, который всё это время держал в руках.

Я присматриваюсь и понимаю, что это наш с Русланом брачный контракт.

По позвоночнику пробегает холодная дрожь.

— Узнали? — улыбается Довлет. — Вижу, Тась, что узнали. Признаюсь, довольно трудно было его достать. Влетело мне в копеечку. Благо, юристы часто бывают продажными и у частных сыщиков полно связей.

— Это подделка, которую вы хотите представить как подленник? У вас ничего не выйдет, Довлет. Никто не поверит, что вы не сами это напечатали, чтобы подставить брата.

— О, Таисия, мне поверят, можете не сомневаться! — в голос смеётся Довлет, будто я сказала какую-то глупость. — Здесь же указаны и ваши документы с Костровым. И стоят ваши подписи. Подлинность проверить нетрудно, связавшись с юристом. Как вы думаете, сегодня достаточно подходящий момент? — он заглядывает мне за спину, где Руслан и его отец разговаривают с потенциальными партнёрами. — Я считаю, что превосходный, — он сам отвечает на свой вопрос, после чего откланивается и делает шаг вперёд, намереваясь, очевидно, пойти к Костровым.

Паника сжимает горло металлическими тисками. Я не знаю, что делать и как правильно поступить. Нельзя допустить, чтобы Довлет изгадил лицо Руслана прямо перед всеми этими людьми. И как отреагирует его отец и бабушка остаётся только с содроганием представлять.

Не придумав ничего лучше, я откручиваю крышку бутылки с лимонной водой, шагаю следом за Довлетом и выливаю содержимое ему на голову и на брачный контракт.

Разумеется, так как мы стоим прям посреди зелёной лужайки, по периметру которой расположились гости, то сцена с моим шедевральным выливанем воды на голову Довлета мигом привлекает внимание всех собравшихся. На лужайке воцаряется тишина, и несколько десятков пар глаз впериваются в нас в немом шоке.

— Это было опрометчиво, — зло шипит он.

В этот момент к нам подходит Руслан, хмуро окидывает брата взглядом и кладёт руки мне на талию. Естественно, ни его отец, ни бабушка не могут оставить всё случившееся без внимания, поэтому они тоже направляются к нам.

— Что случилось? — спрашивает у меня Костров.

Ответить я не успеваю, так как бабуля Кострова оказывается в поле слышимости. А затем и мой новоиспеченный свёкр.

— Таисия, — хмыкает Демид Костров, зыркнув сначала на сына, а затем на племянника, по голове которого всё ещё течёт вода. — Чем тебя так обидел Довлет, что ты его облила?

— Я ничем её не обидел. Просто хотел рассказать правду, чтобы эти двое вас больше не дурили.

Рука Руслана на моей талии напрягается. Я машинально обхватываю её пальцами, которые от нервов похолодели до температуры покойника.

— Ты бы рот закрыл, Довлет, — рыкает Руслан, недовольно заркнув на брата. — Тебе же лучше будет. Поверь.

И откуда в нём столько уверенности?!