Измена. Я больше не буду тряпкой - Александра Багирова

— Волосы еще не высохли… фена нет, — зачем-то говорю чепуху.

— Почему ты в душ не сходила? В тазике моешься, — смотрит мне за спину.

— Мне нельзя в душ… на кухню тоже, — краснею. — Я грязная…говорила же, — слезы снова подступают, ком в горле мешает дышать.

— Манюнь, — переступает порог, закрывает за собой дверь, берет меня за подбородок, ловит в капкан своих глаз. — Никогда больше, ты слышишь, никогда не говори подобного про себя!

— Но… — пытаюсь возразить, хотя на самом деле даже не знаю что сказать. Когда его руки касаются меня, мир замирает, все кажется таким незначительным, есть только Коля.

— Собирай вещи, — эта его теплота в голосе, никогда мне не было так уютно.

Даже не верится, что такое бывает.

— З…з…зачем? — начинаю заикаться.

Эти эмоции, они сносят крышу, я не могу с ними справиться.

— Ты переезжаешь. Я обо всем договорился.

— Что? — моргаю. Ничего не понимаю. Он прикасается ко мне, и мыслить я не способна.

— В другое общежитие. Там никто тебя не тронет, — он отпускает меня, входит в комнату. — Ты даже на одну ночь тут не задержишься. Я помогу собраться.

— Я… что… как… — смотрю растерянно на свою комнату и не знаю за что браться.

Коля быстро находит сумку и по-хозяйски начинает собирать мои вещи. Я пытаюсь ему помочь, но на самом деле, лишь бесполезно кручусь рядом.

— Это все вещи? — смотрит на полупустую сумку.

У меня действительно очень мало одежды, одни штаны, одни джинсы, два свитера, две футболки, одна юбка, пижама. Все видавшее виды. Эти вещи уже попали ко мне не новыми, соседи дали. И у меня они несколько лет. Я считала, что главное — ходить в чистом, иметь опрятный вид. О красоте я не задумывалась, не до того было. Учеба, работа, переживания за близких, этим была занята моя голова.

Единственная красивая вещь, которая у меня была — это платье подаренное сестрой. Но я его выкинула сразу же, не могла даже смотреть, слишком болезненные воспоминания с ним связаны.

— Да…

Он тяжело вздыхает, еще раз осматривает комнату.

— Вроде все забрали, — подхватывает сумку, берет меня за руку и ведет по коридору. Молча следую за Колей. Я в таком состоянии, что готова была с ним и в ад идти.

— С вами еще разберутся! — грозно кидает комендантше и мы покидаем общежитие, сопровождаемые любопытными и злыми взглядами студентов.

— Они никогда не отстанут, — говорю, когда мы оказываемся за пределами удушающих стен.

— Еще как отстанут. Поверь, — Николай хмурится.

Он приводит меня в другое общежитие, расположенное на той же территории, но гораздо дальше. Оно считается у нас самым лучшим, и насколько я знаю, многие студенты приплачивали, чтобы получить тут местечко.

Мы поднимаемся на третий этаж, Коля открывает вторую дверь справа. Очень уютная комнатка, две кровати, красивые обои, добротная мебель.

— Пока поживешь одна. Но могут к тебе девушку подселить… позже…

— Я тут буду жить? — мне не верится. Это какой-то сон. — Как ты так быстро договорился?

— У меня свои рычаги, — одаривает меня ослепительной улыбкой.

Вновь смотрю на его губы и снова полон рот слюны. Как же хочу ощутить их прикосновение.

— Я не знаю, что сказать… Спасибо… Ты даже не представляешь, что сделал, — всхлипываю, прижимаю руки к пылающим щекам.

— Зато знаю я, — прижимает меня к себе, гладит по голове. — Обживайся. Скоро вернусь, — наклоняется, шумно вдыхает запах моих волос и быстро скрывается за дверью.

Сажусь на кровать. Ноги не держат. Неужели я реально буду жить в человеческих условиях? Мне все кажется, что сейчас в дверь забегут мои мучители и, закидав меня камнями, заставят покинуть свое новое жилище.

Мне последнее время они мерещатся на каждом шагу. Даже будучи в магазине я постоянно оглядывалась, высматривая своих преследователей. И иногда таки натыкалась на них, получала щелбан, оскорбления, пинки… Но на людях они еще вели себя сдержанней, на территории института было гораздо хуже.

Но вместо моих мучителей в дверях появляется Коля с пакетом в руке. Смотрит на меня, качает головой, нахмурив брови. Потом проходит к столу и начинает выставлять на него всевозможные угощения, фрукты, которых я с роду не ела, сладости, их названия даже не знала, колбасу, сыр, столько всего, что глаза разбегаются.

Наливает сок в два стакана, садится рядом со мной, протягивает напиток.

— Слушаю.

— Что? — непонимающе смотрю на него.

Мы не прикасаемся друг к другу, но исходящее тепло от парня окутывает меня невесомым, уютным покрывалом. Словно я сижу на теплом облаке и смотрю на все свои проблемы с высоты птичьего полета.

— Все. От начала и до конца. Кто ты? Откуда? Как оказалась в такой ситуации, — переплетает наши пальцы.

— Зачем тебе это? — смотрю в его невероятно красивое лицо, любуюсь, впервые в жизни живу. Именно рядом с ним понимаю, насколько прекрасной может быть жизнь.

— Мне необходимо знать о тебе все, — в глазах вспыхивают золотые искры. Его взгляд как он на меня смотрит… даже спустя много лет, я буду вспоминать его ежесекундно.

— Ты разочаруешься… — мне страшно, что узнав все, он решит точно так же как мои мучители.

Знаю, Николай меня не обидит, но он уйдет, не захочет общаться, а тогда мне казалось, что этого я не смогу пережить… Не смогу дышать без его запаха, никогда не смогу согреться без его тепла…

В чем-то я была права, с тех пор мне всегда холодно, даже если на дворе лютая жара.

— Никогда, — говорит очень тихо. Одно слово, которое мгновенно прорастает в меня. Я верю, хочу рассказать, ощущаю потребность вывернуть перед ним душу.

Когда я заканчиваю рассказ за окном глубокая ночь, моя голова у Коли на коленях, его невероятные пальцы гладят меня по голове и мне больше не больно… все страхи растворяются. Если он рядом, я совсем ничего не боюсь, я смогу выдержать все… лишь бы он был рядом.

— Теперь все будет иначе, — в голосе сталь и огонь, а