Больше, чем любовь (СИ) - Сью Ники

– Телефончик не дам, сорян, у меня уже есть девушка на ночь, – самодовольно заявил парень. Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Неужели все хоккеисты так востребованы у женского пола?

– Очень хорошо. А вообще мне Ярослав нужен, – хоккеист изменился в лице, на нем появилась тень разочарования.

– Он в раздевалке, дорогая. Можешь пройти туда и увидеть его воочию.

– Но там же… – я кивнула в сторону охранника, который сидел у входа в коридор, ведущий к раздевалкам.

– Пойдем, – сообщил парень.

Он провел меня через пост и на прощание пожелал удачи, загадочно играя бровями. Я поблагодарила его, пропустив мимо этот жест, и пошла к месту икс. Немного нервничала оказавшись у дверей, но потом выдохнула и дернула ручку. К моему удивлению, в просторном помещении не было никого, только возле одного крючка лежали вещи и стояла обувь.

Неуверенно я вошла внутрь, огляделась, вдруг где-то здесь есть потайной ход в еще какие-то комнаты. И вдруг совершенно неожиданно в самом дальнем углу послышался скрип, а затем открылась дверь и из в раздевалку вошел Громов.

Я замерла не в силах сделать даже чертов вдох, затем отвела взгляд к потолку. Сердце внутри билось быстрее и быстрее, словно набрало разгон и планировало выскочить прямо в руки к Яру. Сделав глубокий вдох, и набравшись храбрости, я вновь вернулась глазами к Громову. Он стоял на пороге в одном полотенце, которое прикрывало его нижнюю часть до колен. По мускулистому телу скатывались капли воды, проходя медленно и до ужаса соблазнительно вдоль груди, по впадинам между кубиками пресса. У меня вновь перехватило дыхание.

– Привет, – как-то больно глупо прозвучало приветствие, тем более мы уже здоровались в переписке. Не только мое сознание заплутало, но и речь стала немного сбивчивой, по крайней мере, мне показалось, что прозвучало коряво.

– Уже соскучилась? – спросил Ярослав, насмешливо склонив голову на бок.

Божечки! Мои щеки вспыхнули то ли от стыда, то ли от нового, ранее неизвестного чувства, однако оно определено мне нравилось.

– Ты не мог бы… – промямлила я, ощущая как внизу живота тело наливается жаром. – Прикрыться? А лучше одеться.

– Зачем? Тебе не нравится? – в два шага сократив между нами расстояние, спросил Яр.

Мой взгляд блуждал по накаченной груди Громова, внутри я боролась с желанием дотронуться до рельефного тела парня, провести пальчиком, а может и оставить след от ногтя, поцарапав бронзовую кожу.

– Ну? – очередной шаг и вот уже Ярик стоял напротив меня, между нашими губами почти пропало расстояние.

– Нравишься, – прошептала себе под нос, смущаясь до кончиков волос. Зачем он заставляет меня произносить вслух подобное? Почему я ведусь на эти уловки?

Вот только опомниться и выставить баррикаду перед собой я не успела, потому что Яр уже наклонился ко мне, впиваясь страстным поцелуем в губы.

Глава 41

Три коротких, обжигающих прикосновения, и у меня стали подкашиваться ноги.Целуй и никогда не останавливайся.Это единственное, о чем я мечтала в тот миг. Но Ярик будто игрался со мной: он то жадно водил языком у меня во рту, то отдалялся и ласково покусывал кончик нижней губы. Сладкий стон так и норовил сорваться с моих уст.

Набравшись храбрости, я подняла руки и положила их на голые плечи Яра, впившись ногтями в его слегка грубоватую кожу. Он в ответ обхватил меня за талию и дернул на себя, страстно обнимая. Мне кажется, мы могли бы сминать губы друг друга вечность, тонуть в океане чувств, отдавая себя до последней капли. Но Яр вдруг прервал наш поцелуй, хотя отпускать не спешил.

– Кажется, кто-то очень хочет остаться без одежды, – сказал Громов.

– Что? – смущенно произнесла я, не узнавая собственный голос.

Тогда Ярослав снова наклонился ко мне, опаляя дыханием губы, и прошептал:

– Подумай, акция непостоянная, – затем он лукаво усмехнулся и подошел к своему месту, где висела его одежда. – Шутка. Для тебя постоянная, – кинул Яр, скрываясь за дверями душевой.

Я же еще несколько минут стояла неподвижно, ощущая, как внизу живота волнами проходит жар. Заодно ждала, пока дыхание придет в норму. Неужели так очевидно, что я не имею опыта в сексуальной жизни, несмотря на свои восемнадцать? Конечно, у Ярика наверняка была не одна девушка, у него вон сколько этих фанаток. Они готовы на все, лишь бы оказаться на кровати рядом со своим любимчиком. Почему-то от этих мыслей мне сделалось неприятно. В груди болезненно отозвался огонек ревности.

– Что за обиженное лицо? Расстроилась, что я оделся? – Ярик вернулся из душевой уже полностью одетый, в серые джоггеры и белую толстовку с эмблемой найка на груди. Пошлые шутки или намеки слышать от него было немного необычно.

– Ага, в полотенце ты выглядел презентабельнее, – я постаралась отмахнуться, скрыть истинные переживания. Озвучивать их было бы глупо. Сейчас Громов со мной, какая разница, сколько девчонок сходят по нему с ума? И почему я решила, что если в школе многие шарахаются от Яра, то оно везде так?

– Ангелина, – неожиданно перед моим лицом щелкнули пальцами. Я перевела взгляд на Громова. – Что с тобой? Только не говори, что обиделась?

– Просто устала ждать тебя. Хочу есть.

– Пошли, – он накинул на плечи куртку, в одну руку схватил спортивную сумку, а другая предназначалась мне.

Остаток дня прошел довольно мило, насколько это позволял, конечно, сам Яр. Мы поехали в суши-бар, пообедали там. Затем позвонили Арту и втроем погуляли по бродвею. Правда, прогулка наша выдалась довольно короткой, начался дождь. Засев в ближайшей кофейни, она находилась в курортной зоне, на втором этаже старинного исторического здания, мы разговорились.

– Надеюсь, Яр еще не успел тебя напугать? – спросил Арт, когда Громов отошел забрать наш заказ.

– Он классный, – честно призналась я. – Скажи, откуда ты знал, что у нас… ну…

– Не знаю, – он пожал плечами, устремив задумчивый взгляд в окно. По подоконникам стучали капли весеннего дождя, ветер качал кроны деревьев. На улице было прохладно, тогда как в помещение - тепло и уютно, а еще вкусно пахло кофейными зернами.

– А почему тогда ты захотел, чтобы мы были вместе?

– Просто Ярик довольно закрытый человек, он со многими спокойно общается, но в друзья заносит единиц. Знаешь, – Арт поддался ко мне, мы сидели по разным сторонам столика. – У него сложная история. Пообещай, что всегда будешь на его стороне. Хотя я уверен, ты итак будешь, иначе я бы не выбрал тебя.

– Сложная история? – я зацепилась за слова, которые резанули слух. Сразу вспомнился разговор Яра с его мамой, он был холодным и отстраненным, словно они не родня, а два чужих человека.

– Ты опять о своих крашах вещаешь? – Громов поставил поднос с нашими заказами на стеклянный стол и так посмотрел на нас с Артом, будто говорил: “Попались, ребятки. Ну-ка карты на стол!”.

– Крашах? – не понял Сергей. Он взял картонный стаканчик, на котором было написано “К-О”, что означало капучино с ореховым сиропом.

– Ага, она так меня называет, – заявил Яр, усаживаясь рядом со мной.

– Ты еще не дошел до стадии “краша”, – хихикнула я. Арт о нас узнал позавчера, так сказал Громов. Тем же вечером он прислал мне сообщение с просьбой не бросать его друга слишком быстро из-за скверного характера.

– Скорее “краши” не дошли до моей стадии, – деловым тоном выдал Ярик. Он поставил передо мной раф с нутеллой, намекая, чтобы я попробовала. Напиток оказался нереально вкусным, я не смогла сдержать улыбку, согревая ладони о картонный стакан.

– Ребят, что за слэнг такой? Ну-ка, пояснительную бригаду, – потребовал Арт. И только я хотела открыть рот, как заметила, что лицо Яра изменилось: на него будто натянули маску серьезности. Его взгляд был устремлен в сторону входа. Я тайком посмотрела туда: несколько незнакомых мне парней вошли в помещение, один из них громко смеялся, другой выругался нецензурно в сторону погоды, в центре был худощавый парнишка, он молчал. Троица села за дальний столик.