Грань запрета (СИ) - Гольдман Эвелина

— И что он про меня рассказывал?, — решаю я немного полюбопытствовать, доедая вкуснейшую запеканку, а вот Римма в свою очередь медленно отламывает по кусочку.

— О тебе я знаю уже очень много лет, ещё когда ты в аварию попала, — ничего себе…, — Влад тогда извелся в переживаниях за тебя, — а я и не знала про это, — Когда ты в соревнованиях участвовала, что ты очень любишь цвет… лимонный…

— Грушевый…

— Да, да, грушевый, он всегда рассказывал это с таким вдохновением, нежностью, а теперь вы вместе- это здорово…, — её слова прозвучали настолько жизнерадостно и искренне, что в душе растеклось приятное тепло.

— Ты правда считаешь, что это здорово?, — не даю дать ответ и сразу даю свою оценку, — Просто слишком большая разница в возрасте, пусть я и люблю его всю свою жизнь, но все-таки…

— Я считаю, что не нужно думать о том, что скажут другие. Для кого-то эта разница в возрасте- недопустима, но если любовь, а не только притяжение и симпатия, поселяется одновременно в два сердца- это знак, что нужно брать и любить, а не задумываться о том, что такое норма, да и вообще норма- это выдуманные рамки, если двоим комфортно- почему нет?, — не смотря на зрелый возраст- Римма отличилась такой простотой и открытостью, а не старой и доброй фразой: «А что люди скажут?».

Мы еще часа три проболтали обо всем. Я узнала, что Влад был скрытым ребенком, но очень любил и уважал родителей и его очень шокировала их смерть и после нее он стал жестоким и одиночкой, но всегда вспоминал обо мне, хотя сам старался отгонять эти мысли. Узнала, что Римма часто летала к нему в Европу, а здесь живем с мужем и внуком, потому что дочь умерла от болезни и теперь они вдвоем с мужем воспитывают мальчика. Узнала, что Влад поддерживает их финансово и полностью оплатил образование мальчика в частной школе, а так же уже положил на депозит деньги на обучение в престижном университете в будущем. Римме было очень неудобно принимать от него деньги, поэтому она уговорила его хотя бы на приготовление еды, что для нее является ещё и хобби.

Мы не заметили, как сверху раздались шаги и к нам на кухню вышел сонный Влад, который удивленно наблюдал за тем, как мы допивали уже пятую чашку чая.

— Доброе утро, — мы с Риммой одновременно поздоровались с Владом.

— Доброе, а чего вы в такую рань посиделки устраиваете?

— Кто рано встает, тому Бог подаёт, — гордо ответила я, ведь я первый раз проснулась раньше него.

— Ооо, моя запеканка, которой почти не осталось, — Влад взял виду и сел напротив большого блюда с остатками запеканки и начал отламывать кусочки от нее, прикрывая глаза от удовольствия, — Рима, спасибо огромное, как Семен поживает?

— Все хорошо, ждёт когда ты приедешь в гости, — я так поняла, что Семен- это и есть внук Риммы.

— Мы можем вместе к вам заехать, — мне было приятно, что Влад хочет познакомить меня со своими родственниками, ведь кроме них у него никого нет.

— Будет здорово, ждём вас в любой день, а сейчас я побежала, потому что меня ещё ждёт работа, — из разговора я узнала, что Римма работает преподавателем в университете и её предмет- французский, а он ей так подходит. Мы попрощались и я крепко обняла Влада, а он меня в ответ.

— Я попросила Римму научить меня готовить запеканку.

— Молю, научись это делать, я без нее жить не могу…

— А без меня?, — подняла я голову к его лицу и надула губы.

— Без тебя тем более, — чмокнул в губы и ущипнул за попу.

— Не верю, врешь ты все…

— Кто тут врёт?, — я попятилась назад и начала бежать наверх, чувствуя, как за мной бежит Влад сзади.

— А ну стой, задница сочная, — я добежала до кровати и зарылась в одеяло, пока Влад тянул меня наружу за ногу.

— Ааааа…. стой… ааааа, — мои попытки ухватиться за что либо на моем пути не увенчались успехом и я была вынута из одеяла наружу.

Влад начал кусать меня и щекотать, а я брыкалась в попытках остановить эту сладкую пытку для меня:

— Стой… Влааад…, — он оторвался от мучений моего живота и с улыбкой замер глядя на меня, а я зачем-то решила выпалить все именно сейчас:

— Я беременна, — улыбка с его лица не сходит.

— Смешно, кто тут наелся и беременный запеканкой, — продолжал свои шуточки Влад, а я вот стала серьезной.

— Я беременна на самом деле, — он поднял голову на меня и улыбка медленно сползла с его лица.

— Как это?, — зрачки в его глазах полностью заполонили всё пространство.

— Я по ошибке две недели пила не противозачаточные, а таблетки от аллергии, потому что они- одинаковые на вид, — Влад садится рядом и прикрывает голову, — Прости…

— Злата…, — понимаю, что он хочет что-то сказать, но сдерживается в этот момент, — Злата, как так?

— А почему это новость для тебя? У людей случается дети после секса…

— Да потому что единственное, что я поручил тебе- это принимать эти гребенные таблетки вовремя и все, — повышение голоса вызвало во мне легкую дрожь и обиду, возможно, радостная реакция будет дальше…

— Почему ты кричишь на меня?

— Я не кри… Прости, просто, — Влад присел напротив меня на пол и положил свою голову мне на колени, а через минут поднял на меня затуманенный взгляд , — Я тебя очень люблю и хочу быть вместе, но только вместе…

— В каком смысле только вместе?, — я не понимала уже ничего, такое ощущение, что и сердцебиение остановилось прямо сейчас, а я медленно теряю сознание.

— Я не хочу детей… вообще, — слова режут по сердцу ножом и оставляют рубцы, которые настолько глубоко причиняют боль…

— В моих планах сейчас тоже не входило беременеть, но так случилось и ничего с этим не поделаешь, я думаю, что ты будешь хорошим папой, — на слове «папа» Влад поднимается на ноги и морщится, будто от оскорбления или кислого молока.

— Я не буду папой, я не хочу быть никому папой, давай мы просто сделаем аборт сейчас, а в будущем ещё поговорим об этом, хорошо?, — на этом у меня приходит полное разочарование и апатия. Я смотрю на человека, которого так сильно люблю и не могу поверить, что эти обидные слова- принадлежат ему.

— Ты сейчас серьёзно предлагаешь мне аборт?

— Мы просто сделаем это, я найду хорошую клинику, могу даже найти клинику заграницу и мы поедем вместе…

— Вырезать моего ребенка…, — я поднялась с кровати и пошла в гардеробную, где были кое какие мои повседневные вещи.

— Злата, любимая, постой, — я не хотела слышать ничего, я хочу домой и всё, — Злата, я двигалась, а мое имя звучало эхом в ушах и только прикосновение к руке возвратило меня в реальность, — Посмотри на меня, — я не ослушалась и подняла глаза встречаясь с его холодным взглядом, а он всегда был такой? Такой холодный? Да, именно так…