Пошел к черту! - Ксения Громова

почувствовал себя виноватым. Это я его вовлек в неприятности, когда позвонил после пожара.

— Извини, это все из-за нас. Я не хотел, чтобы так вышло. Давай я сам пойду в то казину. Попробую договориться…

— Даже не думай лезть. И ты не виноват, что Власов берега попутал. Что решил, будто он царь и бог. Нет, ты здесь не виноват. Вчера его жертвой был ты, сегодня моя Соня, завтра будет кто-то еще. Нет. Твоей вины здесь нет. Это виновата власть, которую он захватил. Он просто чувствует себя безнаказанным, поэтому творит такую дичь. Его пора остановить. И мы сделаем это. Я уверен, что сделаем. А теперь поехали домой, будем ждать Германа-младшего.

Пока удача была на нашей стороне, потому что возле дома Назара нас уже ждал тот, кто поможет вершить правосудие. Герман Власов-младший собственной персоны. Он пришел, можно сказать, налегке. Всего несколько машин, но уверен, что в них полно опасных ребят.

Возле главного джипа стояло двое мужчин: одному на вид было лет двадцать, но в нем чувствовала мощь и опасность. Дикий молодой волк, который может откусить руку, если подойдешь слишком близко. Рядом стоял мужчина лет тридцати. Если первый был молодой волк, то это матерый. Еще опаснее, чем тот. И мы сразу поняли, кто есть кто.

— Ну, здравствуйте, — произнес мужчина и сделал шаг к нам, — кого тут обидел мой папочка?

И при этом он смотрел на меня. Я уверен, что он уже знает всю правду.

22

Герман — мужик серьезный. Хотя и шутил постоянно, но все время обвил окружающих взглядом, будто искал в чем-то подвох.

Я открыл рот, чтобы представиться, но мужчина поднял руку, прерывая меня.

— Стой, не нужно говорить. Я пробил всю информацию о тебе, о твоей подружке и обо всем, что ты мне сказал. Правду ты мне сказал, иначе бы не приехал. Поэтому не вижу смысла отвлекаться. Поедем сразу к батеньке нашему.

— Стойте, — Назар выступил вперед, — сегодня он похитил мою сестру. С какой целью — не уверен, что правильно понял.

— Уверен, что именно он? Может, девка загуляла? — спросил Герман, чуть прищурившись.

Назар твердо кивнул.

— Уверен, — он еще раз кивнул для достоверности, — я уверен в сестре. Она не такая. И она ни в чем не виновата. Она не должна пострадать.

Герман согласно закивал.

— Понимаю. Сам не люблю, когда девочек обижают. Но все равно нет времени затягивать. Особенно сейчас, когда в его лапах твоя сестра. Поэтому едем прямо сейчас. Женя, все готово? — Герман обратился к парню, который стоял позади, тот, молодой волк. И он кивнул. — Отлично, тогда по машинам.

Нам по два раза повторять не нужно было.

Сейчас действительно время шло на минуты, если не на секунды. Мы не знали, что сейчас могли делать с Соней. Самое главное для нас — это успеть.

Соня

Вас когда-нибудь похищали? Вот меня до этого дня нет. Все произошло так быстро, что я даже испугаться не успела. Вот я вышла из университета, и вот я уже в машине. Последнее, что я запомнила, это испуганное лицо Саши.

Той Саши, которая постоянно тиранила меня.

Потом меня привезли в какое-то незнакомое место, огромное здание за городом, где, наверняка, никто не живет уже.

На удивление со мной не обращались грубо. Просто тащили за руку. Такое поведение наверно можно объяснить тем, что я молчала.

Меня завели в подвал, где было жутко холодно.

— Я не убегу, — сказала тихо, но меня все равно привязали к батарее, которая совершенно не грела.

Мужчина, который все это время тащил меня, похабно рассмеялся.

— Конечно, куда ты денешься? — он еще раз бросил на меня короткий взгляд, а потом вышел из подвала, громко хлопнув дверью. Через секунду раздался щелчок. Он еще и на замок меня закрыл.

И только в этот момент мне стало по-настоящему страшно. Я понимала, чьих это рук дело. Но я не понимала, за что мне это. Разумеется, я даже не думала винить Ксюшу или Севу. Они точно в этом не виноваты.

Мне было страшно. Так страшно, что меня начало трясти.

— Не плачь, ты не плакса, — произнесла я. Голос мой дрожал, и я едва сдерживала слезы.

Но как удержаться от слез, как побороть свой страх, если ты не знаешь, доживешь ли до утра?

Я знала, что брат будет меня искать. Что сын Власова поможет ему, но успеют ли они?

Нет, нельзя думать о них. Чем больше думаю, тем сильнее впадаю в панику. А этого никак нельзя допускать. Ну никак нельзя! Я должна сохранять здравый рассудок.

Признаюсь, я еще как-то адекватно реагировала. Наверное, все же благодаря Саше и школе жизни, которую она мне устроила. Видимо, у меня уже наработался иммунитет. Иначе я никак не могу объяснить, откуда взялся этот самоконтроль? Я же никогда не была сильной. Всегда была слабой и жалкой. Об меня вытирали все, кому не лень. Мной пользовались. Меня обижали. Меня унижали. Меня ни во что не ставили. И я никогда не могла постоять за себя.

Брат хотел вмешаться в историю с Сашей. Но зачем? Негоже чтобы парень с девкой воевал. Но что толку-то? Мне казалось, что тем самым я еще сильнее унижу себя. Хотя, казалось, куда еще сильнее? Но вдруг дно еще было не пробито?

Теперь я даже благодарна Саше. Она помогла в кой-то мере сформировать мой характер. И сейчас в чрезвычайно экстренных условиях я вела себя более-менее спокойно.

Да, мне было страшно. Меня всю трясло. От холода, от страха.

Да, все было именно так.

Да, я паниковала. Мне казалось, что я вот-вот начну задыхаться. Но я твердила себе, что у меня в легких есть воздух, что я могу дышать.

— Раз, два, три… Раз, два, три… — я начала шепотом отсчитывать, пытаясь перевести дыхание. — Раз, два, три… Раз, два, три…

Я хочу дышать. Я хочу жить. И пусть так будет.

Закрыла глаза и начала молиться. Но минут через двадцать поняла, что начала засыпать. А нельзя! Нельзя! Ущипнула себя, чтобы хоть немного взбодриться.

Я знала, что холодная смерть наступает именно тогда, когда ты засыпаешь. Но мне спать нельзя. Я раньше думала, что холодно держит в тонусе. Но ошиблась. Меня холод наоборот очень сильно расслаблял.

Но я в очередной раз случайно закрыла глаза, а открыла в следующий раз из-за грохота. Я испуганно подскочила на месте и первым, кого я увидела, был парень с