Право любить тебя - Ники Анро

ощущая, словно окутанная им, словно кроме него в мире больше ничего не существовало. Это было странно. Непривычно.

К моему удивлению и облегчению, отвращения, я не почувствовала. Наоборот, мне понравилось ощущение на языке, когда нежный бархат головки коснулся его. Осмелев, я втянула в себя побольше, и была вознаграждена резким выдохом Виктора.

Уже более смело обхватывая член губами, я начала посасывать его, иногда неловко обхватывая головку языком. Я понятия не имела, что должна делать и действовала по наитию, но, похоже, все было правильно. Член у меня во рту с каждым моим движением становился все более твердым, и вскоре я отчетливо ощутила вздувшиеся вены на нем. Виктор глухо простонал, вцепился руками в мои волосы и я дернулась назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как он содрогается от оргазма.

— Нужно возвращаться, ты слишком сексуальная сейчас, я не могу потерять контроль. — сказал Виктор с расстегнутыми джинсами, откуда торчал еще полу твердый член. — Найди Татьяну, скоро встретимся.

И с легким поцелуем в губы, Виктор ушел.

* * *

Вижу, вы с Виктором хорошо поговорили, — заявила Татьяна улыбаясь.

— Что ты имеешь в виду?

— Прости, мы проходили мимо, хотели уединиться, и слышали вас, мы сразу же скрылись не переживай — хихикая, призналась Она.

— Он такой засранец — пробормотала я.

— Все они засранцы. Детка, это основное определение мужиков. Сама должна понимать, учитывая, что у них между ног. Где кстати он сам?

— Поговорить с Максом пошел, меня к тебе отправил.

Татьяна кивнула, полезла в задний карман штанов и выудила тоненькую фляжку.

— Это лекарство, — серьезно заявила она.

Я отвернула крышку, понюхала и тут же чихнула.

— Что за дерьмо? — скривилась я.

— Это лучшее лекарство от мужиков, поверь мне — выгибая бровь, ответила она, отпила глоток и протянула мне.

— Что? — я покачала головой — я не буду пить это дерьмо.

— Ты попробуй, это отвлечет тебя. Ты будешь слишком занята, пытаясь избавиться от пламени, которое охватит горло. Давай, не будь ханжой.

Я сделала глоток. Мать твою, а она была права.

Спустя четыре часа горло все еще пылало от ее лекарства. Вечеринка была неожиданно веселой. Мы с ней держались вместе, так как обе на этот вечер были без пар. Макс и Виктор куда исчезли из поля зрения. Но нам и без них весело.

Музыка становилась громче, с женщин начали пропадать футболки, что совершенно не расстраивало нас.

Парни развели огромный костер и вынесли еще один бочонок выпивки. Парочки начали исчезать в темноте. Я старалась не сильно присматриваться, боясь, что Виктор уже нашел себе кого-нибудь нового для траха. Он был свободен делать то, что ему взбредет в голову. Но это не значит, что я должна смотреть на это.

— Ты в порядке, Рони? Можно тебя так называть? Твое имя слишком длинное — прошептала Татьяна.

— Как хочешь? Я хочу в туалет, сил больше нет терпеть. Кстати почему тебя Макс при первой встрече назвал тарталеткой? — поинтересовалась я.

— Ах это — она замялась — я люблю Тарталетки. — она улыбнулась.

— Это все объясняет, — я прикусила губу, чтобы сдержать смех. — Макс у нас пончик с глазурью. — Смех, вырвавшийся из моего горла, был поистине дьявольским. Он звучал ненормально даже для меня:

— Прости, вы так друг другу подходите, пончик и тарталетка.

У меня вырвался пронзительный смех. Они так подходили друг другу, даже не замечая этого. Мы смеялись так, что надорвали задницы. Смех для меня как кислород, так что я приняла приличную дозу, так необходимую мне сейчас. И я нашла двух людей, которые могут заставить меня смеяться до слез в глазах, до колик в желудке. Это тот тип людей, с которыми мне нравится проводить время. Теперь их у меня двое! Я счастливица.

— Мне нужно в туалет. Я не могу больше терпеть — сквозь смех прошептала я.

— Зайдешь в дом, дальше по коридору, третья дверь справа.

Без оглядки я бросилась в дом и попыталась найти ванную комнату. Мне нужно было немного одиночества. Когда я нашла соответствующую дверь, я подождала, пока две девушки, которые были там, сделают своё дело. Затем я вошла внутрь и закрылась.

Помыв руки и поправив макияж, я вспомнила о Викторе и Макса; интересно, где они и решили ли свои проблемы.

Выйдя из туалета меня встретили кошачьи глаза, наблюдавшие за мной исподлобья.

— Привет, ты же Виктория да? — спросила девушка тоном, показавшимся мне странным.

— Мы знакомы? — поинтересовалась я оглядывая зал позади нее.

— Не Виктора ли ищешь? — спросила она меня.

— О чём ты говоришь? — удивилась я озадаченно. — Ты его знаешь?

Она вздохнула с досадой:

— Да кто его не знает? Они на втором этаже, с новой девушкой развлекаются, могу проводить если хочешь, я смотрю ты хорошая девочка, а он любит секс и много секса — девушка как бы случайно посмотрела на свои ногти.

Я потрясла головой:

— Ты говоришь не правду, он не мог.

— О, да что ты? Так ты искренне веришь, что кто-то, такой, как он, связался бы с такой, как ты? Извини, что прокалываю твой романтический пузырь, ты не для него. Сначала он с одной, потом с двумя и так продолжается всю ночь. Он всегда бывает в таких местах, где можно найти любую, кто хочет переспать с ним. — её полные губы сложились в садистского вида улыбку.

Моя голова закружилась, и я почувствовала дурноту. Я оперлась руками о стену позади себя, чтобы не упасть, и пробормотала:

— Ты лжёшь.

Она беспечно пожала плечами:

— Если ты не веришь мне, пошли. Там как раз новая девушка, а может и две.

Я пронеслась мимо неё, направляясь на второй этаж. Я открывала все двери на которые попадалась, в каких то было пусто, в некоторых парочка занималась сексом.

Это всё одна большая ошибка. Она просто ревнует. Девушка должно быть, когда-то встречалась с ним, и теперь захотела его обратно. Это было единственное объяснение, которое я смогла придумать.

В каждой комнате, которую я открывала Виктора не было, у меня появилась надежда, что это не правда. Оставалась последняя.

Взявшись за ручку, я нажала на неё и неуверенно вышла в комнату, на полу лежали несколько вещей, голая девушка лежала на кровати, в душе лилась вода. Этого не может быть, здесь точно не Виктор, он не мог так с нами поступить.

Я вздрагиваю, когда за мной неожиданно раздается звук захлопывающейся двери.

35

Виктория

Сердце устремилось в пятки, внутренний голос заорал: Идиотка!

Я обернулась,