Любимая игрушка Зверя - Валерия Ангелос

никогда… и вот… еще и серьезная дама, дети есть. Фрейд бы обалдел.

- Рот завали.

- Ты вроде совета просил, - издевается гад.

Смелый стал. Знает, что ему промеж глаз не всажу кулаком. Жалко. Да и дружба какая-никакая. Нельзя друзей дубасить.

- Совет – да, - чеканю. – Но не гребаный психоанализ.

- Уговорил, - улыбается. – Пара мыслей будет. Прости, редко выпадает возможность над тобой постебаться, а тут прямо джек-пот. Грех не использовать шанс по полной. Только подумать, из всех женщин в мире, из всех телок, которые по тебе мокнут…

- Дети, - напоминаю мрачно. – Вот что меня интересует.

- Ну, конечно, - глаза закатывает. – Какая мамочка устоит перед мужиком, что сумел наладить контакт с ее детьми, очаровать и родного отца заменить? Давай, лови каждое слово, мой маленький Казанова-а-а…

Фраза обрывается хрипом. Потому как рефлекс контролировать трудно. Сдавливаю глотку Тайсона. Выразительно, показательно, жестко. Хватит болтать. - Хорошо, - сипит. – По сути, по сути… прости.

Отпускаю его. Даю второй шанс. Последний. Если опять хрень понесет, то придется закончить дружбу. Придушу и выкину из тачки к чертям собачьим.

Я признаю свои слабости. Трудно мне с людьми общаться, отношения выстраивать. И вокруг такие же типы. Бандюки, отбитые головорезы. Не привыкли мы к нежностям, ко всей этой долбаной ванили. А дети вообще другая Вселенная. Но без них по ходу никак. Комплектом идут, придется принимать и учитывать в моих расчетах. Вряд ли моя Игла согласится бросить родную кровь, развестись и мужу подарить. Нет, не отдаст никогда, не оставит. Значит, надо разбираться.

Что я знаю про детей? Мало. Только то, что сам ребенком был. И был не подарок. Ничто меня в узде не держало.

+++

Вечером я приезжаю в «Питбуль». Это уже давно входит в привычку, становится потребностью, частью моей рутины. Дать волю ярости, позволить моим демонам оторваться, позабавиться без тормозов, взорвать реальность. Спустить с цепей дьявольских псов, порвать всех и каждого, кто осмелится бросить вызов, жадно вгрызаться в чужие глотки.

Не важно, с кем я выйду на ринг. Итог один – залитый кровью помост, сбитые в месиво кулаки и пьянящий экстаз, разливающийся глубоко внутри. Моя победа.

На город падает ночь, и я становлюсь настоящим. Дышу. Живу. Обретаю контроль над собственным хаосом. Это круче запрещенных препаратов, круче алкоголя и оргазма.

Хотя сейчас я начинаю сомневаться. Кажется, нет ничего слаще, чем кончать в мою Ледяную Королеву раз за разом, потом наблюдать, как сперма стекает по ее бедрам, засыхает, оставляя выразительные отметины.

Я бы ее в душ не пускал. Держал бы в кровати. Под собой. Вдалбливался бы вглубь, до нутра продирал, вкачивал бы ей снова и снова. Но купать ее тоже чертовски приятно.

Интересно, а она предохраняется? Пьет таблетки? Или еще чего использует? О резине мы и не вспоминали. Когда встречаешь свою женщину, жаждешь полного контакта. Кожа к коже. Иначе никак.

Моя женщина. Даже странно об этом думать. Моя. Произношу это вслух, тихо, чуть слышно, и сразу ее вкус на языке чувствую. Член дергается, яйца ноют.

Может, на хрен бой послать и к ней помчаться?

Нет. Нельзя. А как нужно? Как правильно? Непонятно. Будь она свободной, никаких вопросов бы не возникало. Перевез бы к себе и все. Даже вещи собирать не надо. Там нормальных шмоток нет, одно барахло. Я бы сам ее одел, обрядил в крутых магазинах. Шубу ей выбрал. Что еще бабам надо? Платья, юбки, кофты всякие. Джинсы бы терпеть не стал, слишком долго их сдирать, а тут задрал подол и вперед, сразу к сладкому.

Ох, черт, кого обмануть пытаюсь?

Я бы любую одежду с нее срывал, желал бы до кожи добраться, везде расцеловать, вылизать, пройтись языком, прикусить, немного крови пустить. Имел бы право. Кто женщину наряжает, тот и раздевает, нагибает и всаживает до матки.

А вдруг мы успели ребенка зачать? Маленького звереныша.

Жесть. Совсем одурел. Ошизел.

Я как в лихорадке. Брежу наяву. Семью представляю. Детей. Кто бы мне теперешние мысли предсказал пару недель назад, я бы ржал над ним, от хохота бы подох.

И вот подыхаю. Соплями этими захлебываюсь. Слюнями истекаю. Опять хочу ее между ног вылизать, а после затрахать эту невозможную бабу до умопомрачения. Нашего общего. Ребенка ей заделать хочу. Одного. Двух. Там уж как пойдет.

Ну, пиздец мысли. Надо притормозить.

Хотя у меня всегда так. За секунду разгон до максимума. Все или ничего. То плевать на женщин и не заморачиваться, не вязать себя ничем. То вдруг сразу за волосы и в логово, трахать, пока футбольную команду не нарожает.

Зацепила она меня. Зараза. Заноза. Игла. Под кожу вошла и уходить не намерена, только глубже вонзается, врастает, по жилам течет.

- Кто против меня сегодня? – спрашиваю у хозяина клуба.

- А кого хочешь?

- Без баловства. Серьезного противника. Можно сразу нескольких.

- Ого, - присвистывает. – Хочешь шансы уравновесить? Хотя бы так интригу зрителям дать?

Ограничиваюсь кивком. Прохожу в свою комнату, врубаю музыку, раздеваюсь. Нужно разогреться перед схваткой, слегка размяться. Натягиваю шорты, сжимаю челюсти до скрипа, глядя на стояк. Жесть, как будто дряни какой-то наглотался.

Опять хочу ее трахать. Опять, опять. Как подросток прямо. Любая мысль заводит. Любая картинка.

Не верится, что я из дома Льдинку выпустил, еще и сам к мужу отвез, к лошаре этому долбанутому. Он ногтя ее не стоит. Да вообще ничего не стоит. Пустое место. Такую девчонку надо в роскоши содержать, самое дорогое и лучшее ей покупать, а этот урод даже приличную куртку купить не способен, на сапоги денег не наскреб, до кучи дал торговать на рынке, не сам жопу рвет, лишь бы заработать, а на жену все повесил.

Я бы его в посадке прикопал. Живьем. Но она расстроится. Да и с детьми после такого трудно сойтись. Вряд ли простят мне убийство.

Черт.