Король интриг - Алёна Снатёнкова

делись бойкая Полинка и наглый Назар. Сейчас мы были иными. Сейчас мы растворялись друг в друге, забыв про все неловкости.

Наверно, не стоит рассказывать, что, как только меня осторожно вернули на землю, стеснение тут же наведалось ко мне в гости. Мои щеки горели, губы покалывало, а пальцы дрожали так, что мне пришлось спрятать их в карманы. Я не могла поднять голову, чтобы посмотреть на парня, поэтому и ахнула, когда он сделал это вместо меня, трепетным поцелуем коснувшись кончика носа.

И снова его глаза горят ярким огнем, к которому хочется потянуться.

Я сумасшедшая.

Да-да, именно сумасшедшая, раз не могу сдержаться и продолжаю смотреть на парня с восхищением. В глазах мечта какая-то, искра, и только поэтому мне не хочется, чтобы парень так пристально вглядывался в мое лицо.

— Назар, она ушла. Любани нет.

— Кого?

Мне и пояснять не хочется, когда чувствую, как мою талию крепко сжимают его пальцы.

Поход в супермаркет отменился. Мы шли домой, не касаясь друг друга, и кажется, каждый обдумывал то, что недавно случилось. Чем быстрее я возвращалась в реальность, тем сильнее меня накрывало чувство тревоги и чего-то необратимого. Будто я только что переступила ту самую черту, за которой осталось всё прошлое, но двигаться вперед больше не могу. Осталась на перепутье. Что делать дальше? Что будет дальше? Зачем я вообще решилась на такое, если могла просто словами поставить Любаню на место и убедить в наших отношениях?

Жалела? Нет. Понимала, как раньше уже не будет.

Понимала, что в любой день у Суханова может появиться другая креветка, и старая просто станет не нужна. Договор? Я ведь сама кинулась к нему на шею, сама заставила себя поцеловать. Чем я теперь от остальных отличаюсь? Не влюблена, нет. Но что-то щелкнуло. И я определенно стала как-то по-другому относиться к этому парню.

Остановившись возле подъезда, мы встали и замерли. Глупо, тупо, нереально, но я не знала, что сказать.

Может, Суханов и привык к подобному, но у маленькой и наивной Полинки такое было впервые.

И, наверно, Назар это понял.

— Креветка, если ты сейчас мысленно четвертуешь себя, то заканчивай, — говорит он успокаивающим голосом, к которому я совершенно не привыкла.

— Не знаю, зачем я… — бормочу, подбирая слова.

— Захотела, — договаривает парень за меня. — Креветка, иногда этого достаточно. И я хотел. Сразу же, как только мы вышли из долбаного квеста. Но вот впервые в жизни побоялся.

Что?

К нам вернулся прежний шутник Назар?

— Реально боялся, что стоит дотронуться до тебя, так ты сразу вытащишь из сумки толстенную конституцию и сделаешь из меня отбивную. Решил, что сначала нужно оставить тебя без возможного орудия преступления, а уж потом…

— Я не таскаю с собой конституцию, — уточняю, но картинку в голове прокрутила.

— Тогда ты развязала мне руки. Ну, и не только руки. — Секундная тишина и его тихий, но серьезный голос: — Всё в порядке?

Он внимательно смотрит, а у меня слабость в ногах.

— Не знаю. Назар, я правда не знаю. Всё как-то…

— Круто?

— Да, но…

— На этом и остановимся. Прочее смело выбрасывай из головы.

— А Любаня? Как мы про нее забыли? Я даже не видела, когда она ушла или убежала. Она ведь так просто не отстанет?

Не стоит забывать, кто ее папа и как она может этим воспользоваться.

— Наверно, не отстанет. Но ты не вздумай переживать из-за этого. Я кашу заварил, я и сделаю, чтобы она поскорее прокисла. Веришь?

— Не знаю, — как-то слишком тихо сказала ему, пожимая плечами.

— Я рад, что сегодня заметил тебя на остановке.

Я смотрела на его руки и видела, как он сжал их, говоря эти слова. С чего бы?

Или он…

Даже глупый человек сможет догадаться, что имел в виду парень. Назар не жалеет.

— Еще чуть-чуть, и я бы замерзла.

Суханов кивнул и сощурил взгляд.

— Ты и сейчас замерзла. Иди домой, боюсь, из меня выйдет фиговый медбрат, если ты простынешь.

— У меня сыр есть. — Божечки. Ну почему? Почему Назар мне язык не откусил, когда у него была такая возможность?

Стыдно-то как.

Очень стыдно.

— Прости, креветка, но с самоконтролем, оказывается, у меня большие проблемы.

Конечно, чувство окрыленности — это крутое чувство, но спустя час после того, как я поднялась в квартиру, оно меня начало раздражать. Не могла собраться. Не могла прийти в себя, а продолжала вновь и вновь прокручивать в голове мелкие детали сегодняшнего вечера.

Вот кто бы мог знать, чем обернется поездка на страшный квест? Я думала, максимум плохим сном. Минимум очередными подколами. А что вышло?

Хотелось себе по голове стукнуть, чтобы вернуть в реальность прежнюю здравомыслящую Немцову, которая умела трезво оценивать ситуацию.

Допустим, сегодня Назар показал себя с совершенно другой стороны, но ведь это ничего не меняет. Уже утром он снова станет самим собой. Так обычно и бывает. Только глупые после одного поцелуя начинают в облаках витать, жуя розовую вату.

«Прости, креветка, но с самоконтролем у меня проблемы».

Ох ты ж, как заела эта фраза в мозгу.

Глупая, согласна.

Учебники, тетрадки, конспекты перед глазами, но я смотрю сквозь них. Никак не могу заставить себя хотя бы прочитать что-то из написанного. Несколько пропущенных от мамы. Первый раз она звонила, когда мы пытались ведьму одолеть. Последний, кажется, в тот момент, когда ее дочь потеряла голову.

Она чувствовала?

Отбросив в сторону ручку, встала из-за стола и направилась прямиком к кровати, даже не посмотрев в окно.

Сегодня Суханова было слишком много в моей жизни. Привыкать нельзя. Опасно.

Выйдя утром из подъезда, услышала звук входящего сообщения. Быстро достав телефон из кармана, я немного напряглась.

«Полин, извини, приехать не получается. С меня квест» — и смайлик в конце подмигивающий.

Я даже рот открыла и хлопала им, как только что пойманный за хвост карась. Видимо, новый день расставил всё по своим местам. Наверно, так даже лучше будет.

Хорошего понемножку, правда?

— Ань, ну ты где? — спрашиваю сразу же, как только подруга отвечает на звонок.

В трубке раздается хриплый кашель.

— Под одеялом. Всю ночь температура держится. Скажи всем, что заболела.

— Какие лекарства привезти?

Что там Ёлкин говорил? Больше жидкости и… пока до аптеки дойду, точно вспомню. А учеба? От одного прогула ничего не будет.

— Спасибо, друг. — Снова кашель, и я прям вижу, как ей сейчас плохо. — Мама полчаса назад приехала, всё привезла. Ты на пары иди.

Мне показалось или я услышала злорадство в хриплом голосе?

— А я отлежусь несколько дней.