Будь, пожалуйста, послабее (СИ) - Осадчая Виктория

Конечно, этот тип не внушал доверия, но подруга сама изъявила желание ехать с ним. Так зачем мне предпринимать попытки ее остановить?

И только в тот момент я понимала, что знаю о ней так мало. В подробности своей жизни Алиса никогда не вдавалась, а я и не пыталась лезть ей в душу. Выходит, что я очень плохая подруга.

А следующий день она позвонила и сказала, что не выйдет на работу, что плохо себя чувствует.

— Хорошо, милая, отдыхай. Если что понадобится, позвони обязательно, — попросила я.

— Конечно, Арин! Спасибо! — ответила она.

Весь день позвонить ей или набрать сообщение было некогда, а еще и этот Барышников со своими сучками.

Ну, вот что не имеется мужику? Развестись? Да он мне и не даст никогда развода. А сама сделать первый шаг не смогу. Он обижается, вот и пусть сам остается с носом.

И тут «картина маслом»! Выхожу в зал, а там за столиком у окна восседает мой муж со своей потенциальной любовницей.

Марина сидит спиной ко мне, но я сразу узнала, что это она. Во-первых, ее лошадиную фигуру ни с чьей не перепутаешь. Да-да, вот такая я злюка! Ну, высокая она, с широкими бедрами, небольшой грудью, узкой талией, а в тандеме с высоким каблуком, так и вообще лошадь. Ее темные блестящие волосы рассыпаны по плечам. Они идеальны, если таковые вообще имеются в природе. Наверное, если бы я была замужем за мэром города, то тоже каждый день ходила по салонам. И дорогие костюмы тоже бы носила.

А Ромка просто светился от счастья, ведя с ней беседу. О чем? Да я и не знала потому, что находилась на довольно приличном расстоянии. Зато хорошо смогла разглядеть, как господин Барышников обратил свой взор на меня. Его широкая улыбка сменилась кривой ухмылкой, большего, к сожалению, я не была достойна.

Вот и гнев мой праведный запросился наружу. Что я сделала? Наплевала на все предостережения, принципы, гордость и приличия.

Мои каблуки уверенно застучали по паркету. Благо масса моего тела была не большая, а то раздолбила бы ими нафиг весь пол. В платье с юбкой-карандашом было безумно неудобно делать широкие шаги, но выглядела походка всегда эффектно. Нацепить на себя уверенный взгляд получилось не сразу, но вот к столику предателя подошла я уже с ним и такой же снисходительно-вежливой улыбкой, которой удостаивалась в последнее время от него.

— Добрый день! Вы уже сделали заказ? — поздоровалась я. Ну, а что?

Хозяйка хочет поинтересоваться мнением гостей по поводу обслуживания, или пожелать приятного аппетита, допустим.

— О! А я тебя помню! — взгляд мне подарен был самый уничтожающий из всех, что я когда-либо видела. — Ты ведь когда-то меня деревенщиной обозвала.

Ох! А какая память у этой девки!

В этот момент к их столу подошла официантка с разносом.

— Правда? Думаешь, я ошиблась тогда? — улыбнулась я наигранно, а потом бесенок внутри меня тронул тарелку с разноса, и салат, приправленный оливковым маслом угодил Марине прямо на брюки. Девушка вскочила, начиная издавать неопределенные вопли.

— Ой, я такая неловкая, — театрально положила я руку на грудь. — А суп Ваш, господин Барышников? — наблюдавший до этого за картиной Роман абсолютно со спокойным выражением лица, сделал утвердительный жест головой. Я засунула в тарелку палец. — Жаль, не горячий, — все содержимое ее оказалось за одно мгновение на его голове. А вот вино, которое до этого он пил снова случайно вылилось в лицо Марины.

Официантка, которая до этого стояла молча, принялась доставать салфетки, чтобы помочь Марине. А мой бесенок начинал торжествовать.

— А теперь оба пошли вон из моего ресторана, — указала я на дверь, а потом развернулась на каблуках и направилась в кабинет.

Только вот сильная рука, обхватила меня за предплечье и так же резко развернула к себе. Рома был зол? Нет, Рома был в бешенстве. И собирался устроить сцену семейной разборки на глазах у гостей ресторана.

— Что ты творишь? — зашипел он. Моя свободная рука взмахнула в воздухе и со смачным таким шлепком оставила на его щеке красный след.

— Еще раз посмеешь тронуть, убью, — в этот момент подбежали мои молодцы в темных костюмах, которые до этого чуть ли не дремали на своих постах и попросили вежливо Барышникова покинуть помещение.

— И не вздумайте его больше сюда пускать, — приказала я.

Уже потом, сидя за закрытой дверью, вливая в себя вино, я поняла, как у меня трясется все внутри. Я ведь подрывала репутацию ресторана своим несдержанным поведением. А потом вспомнила рассказ бабушки и рассмеялась, осознав, что кровь берет свое.

Заканчивала в этот день пораньше, оставив на администратора Леню ресторан. Я собиралась погулять с дочей, собиралась насладиться прекрасным вечером и просто одиночеством. Я конечно, предполагала, что Барышников может меня где-то поджидать. Но вот то, что он буквально насильно затащит меня в машину, я никак не могла продумать. Представляете, похищение средь бела дня собственным мужем. Романтично, скажете вы. А я отвечу, что нифига. С тем учетом, что муж был разъярен, мне очень не хотелось сейчас быть в качестве заложника в его руках. Но ситуация усугублялась тем, что на меня надели наручники, пристегнули ремнем и повезли за город. Говорить я могла, кричать тоже, но музыку он сделал на столько громко, что кричать было невозможно. А еще я знала, что на службу ГИБДД надеяться не стоит, у них есть список номеров машин, которые они НИКОГДА не останавливают. И там был номер моего мужа.

Мы въехали на территорию его дома, который был более обустроен с момента моего последнего визита, а строительный мусор во дворе перекочевал на свалку.

Ну вот, Арина Николаевна, ты и попала в лапы зверю. От звука музыки в машине, у меня ужасно разболелась голова и кричать на улице уже не было сил. И кстати, я начала по-настоящему бояться Ромку, который с холодным спокойствием тащил меня в дом, закрывал дверь на замок, пристегивал меня к батарее. А потом исчез. Вот так просто взял и исчез на несколько часов, оставив меня сидеть посреди огромной комнаты в одиночестве.

Я, конечно, видела фильмы про домашних тиранов, но никогда не думала, что мой муж может оказаться именно таким. Чего я за это время только не надумала. Я даже пыталась избавиться от наручников, но это было бесполезно. Одна в огромной темной комнате без возможности сбежать.

А потом Ромка появился снова, и этого появления его я боялась, не знаю почему. То ли мои мысли оказали такое воздействие на психику, то ли его нарочно спокойный вид меня пугал.

— Ты что со мной собираешься делать? — испуганно поинтересовалась я.

— С тобой? — Рома расстегнул пряжку ремня, но опережая мои пошлые мысли, вытянул его из джинсов — Пороть.

— Чего? — заорала я, и голос болью отозвался в моих висках.

— Того! — он хищно улыбнулся. — Воспитывать тебя буду.

— Барышников, ты охренел? — еще громче заорала я, потому что он начал ко мне приближался.

— Ты не оставляешь мне выбора, милая.

— Давай поговорим и решим все цивилизованно, — запротестовала я.

— Конечно, но это будет после. А сейчас мне придется тебя высечь, — он действительно был сумасшедшим или притворялся? Я не понимала. А от этого мне становилось жутко. Лицо абсолютно без эмоций, взгляд тяжелый, но пустой…Так обычно ведут себя маньяки. А вообще, откуда я знаю, как себя ведут маньяки? Но что-то мне подсказывало, что именно так. Ну, по крайней мере, психически здоровым он не выглядел.

— Рома, Ромочка, ты что делаешь? — взмолилась я, поняв, что агрессия тут бесполезна. — Ром, что ты хочешь, я все сделаю.

— Хочу покладистую жену, чтобы любила, жила со мной под одной крышей, не перечила, — начал перечислять он, шлепая по руке ремнем.

— Буду, Ром, буду! — я не знала, как разговаривать с сумасшедшими, но мне казалось, что этот тон его успокоит. — И жить с тобой буду, ты же нам дом собирался строить, и перечить тебе не буду, и любить тебя буду.

— Вот это другой разговор, Арина Николаевна. Ну, что же, для закрепления все же продолжим начатое, а потом еще раз поговорим.