Капкан для бешеного (СИ) - Еленина Юлия

— Но почему? — в голове как-то не укладывается, что и Феликс, и Руслан могли такое допустить. Да и вообще, как предательство проворонили, вроде ж битые жизнью волчары.

— Малинка, как-то не до разговоров мне было под дулом пистолета, — кто-то шутить пытается, а это уже хороший знак. — Но Руслан его достанет из-под земли и узнает правду. Может, амбиции, а может, и заплатил кто.

Сжимаю руки в кулаки и снова думаю об отце. У него-то денег хватит организовать все чужими руками. А сам вроде как чистенький. Никто и не подумает, что именно он за всем стоит.

Но он обещал мне, а старик слов на ветер не бросает. Сейчас, когда эмоции успокоились, а логика снова меня посетила, я это отчетливо понимаю. Вряд ли отец. Только вопрос с Феликсом все равно остается открытым.

Наверное, все мысли написаны у меня на лице, потому что мой любимый, найдя мою ладонь, легонько сжимает и снимает своими словами груз с плеч.

— Малинка, расслабься, — он снова пытается улыбнуться, а у меня снова сердце внутри сжимается. — Я думаю, это не Савельев.

Я шумно выдыхаю, и до конца поездки мы молчим. Думает, но не уверен. Что ж, и с этим разберемся.

А когда сижу на кровати и смотрю, как мой любимый спит, отчетливо понимаю — я и сама дико устала. Отдых и мне сейчас не помешает.

Протягиваю руку, провожу по волосам мужчины, прислушиваясь к его ровному дыханию, а в голове лишь одна единственная мысль:

"Спасибо тебе, Господи".

За то, что вернул мне его.

За то, что позволил стать счастливой.

За то, что он снова будет жить…

Глава 49

Феликс

— А я тебя предупреждал, Феликс, — сказал Савелий, постукивая пальцами по колену. — Слушать старших надо, — не смог удержаться от сарказма и едкой ухмылки старый лис.

Я перевел взгляд с него на Романа. Выглядел мой уже, конечно, бывший начальник охраны потрепанным, хотя и пытался хорохориться. Под одним глазом расплылся фингал, губа опухшая, скула рассечена. Хотел сбежать из города, гаденыш, но Руслан перехватил транзакцию по карте на железнодорожном вокзале. Никакого ума у Ромы — кто ж подается в бега со своей картой?

— То есть ты, — ткнул я в него пальцем, — хотел стравить меня и Саве… Сергея Викторовича, — мазнул взглядом по своему будущему, я надеюсь, родственнику, и снова переключился на начальника безопасности, — чтобы мы перегрызли друг другу глотки, а ты бы под шумок заделался новым царьком? Да ты тупой, парень.

— Пошел ты, — Роман говорил тихо, но с нескрываемой злостью. — Тоже мне, великий бизнесмен выискался. Получил все на блюдечке с голубой каемочкой, удерживал бизнес, но с твоим бешеным нравом быстро бы потерял без поддержки Руслана Андреевича.

Мой внутренний зверь сделал стойку и готовился к прыжку. Разорвать бы этого придурка, но руки марать о такое дерьмо… Да и утром, когда я уезжал, Малинка посмотрела на меня умоляющим взглядом. Еще и попросила без насилия. И как я мог отказать любимой женщине? Да, никак. Потому что потерять ее или увидеть осуждение в ее шоколадных глазах — уж лучше сразу пулю в сердце.

— Уберите это дерьмо отсюда, — махнул рукой молчавший до этого Руслан двум охранникам. — Наряд полиции уже ждет его.

На лице Романа отразилось удивление. Да, дорогой, мы учимся на прежних ошибках. Да и не такой ты уж серьезный соперник, чтобы кто-то действительно о тебя руки марал.

— Вы меня не грохнете? — спросил он с удивлением в глазах, переводя по очереди взгляд с меня на Руслана, а после и на Савелия.

— А мальчишка пересмотрел фильмов про девяностые, — усмехнулся мой будущий родственник. — Доказательств, думаю, Руслан собрал достаточно, чтобы засадить тебя. А поверь мне, парень, на зоне за тобой тоже будут присматривать. Шаг вправо, шаг влево — заточка в брюхо, усек?

Роман с ужасом посмотрел на Савельева и закивал как китайский болванчик. Когда захлопнулась дверь, воцарилась тишина, прерываемая только едва слышным потрескиванием сигареты от моих затяжек.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С Романом разобрались — полдела сделано. Но мой конфликт с Савелием остается открытым. И плевать на торговый центр, теперь причина гораздо важнее.

— Может, стоит подключить моего дядю, раз мы сами не можем по-человечески разобраться? — я затушил окурок и впился взглядом в задумчивое лицо старика.

— Нет, — наконец-то качнул он отрицательно головой, — не будем беспокоить уважаемого человека, сами разберемся.

Предложение интересное, но остается вопрос. Как? Как, мать его, мы будем разбираться? Савелий не из тех, кто уступает, а я так тем более. Ну, только если моей Малинке. Этой красотке я готов весь мир подарить, не то что в какой-то мелочи уступить.

А ее взгляд на прощанье так и молил: не делай, Феликс, глупостей.

— Только давайте, — вклинился в наш разговор Руслан, — мы будем решать все вопросы без применения оружия. Все-таки цивилизованные люди, а не шавки на побегушках.

— Да срать мне на торговый центр, — махнул рукой Савелий, поморщившись. — Ты ее любишь? — снова начал пожирать меня взглядом.

Докатились, черт возьми! Сижу с этим стариком и обсуждаю свои серьезные намерения в отношении девушки. Конечно, я все понимаю, родственные чувства там, забота, но захотелось громко и выразительно выругаться матом. Но ладно, надо и через себя переступить ради нашего с Малинкой счастья.

— Люблю, — уверенно сказал в итоге. И даже кивнул для пущей убедительности, чтобы уж не сомневался старый лис в моей искренности.

— А счастливой ее сделать сможешь? — продолжал свой допрос Савелий. — Или каждый день будет ждать, что ты новую пулю схватишь? Думаешь, этот паренек единственный, кто хочет денег и власти?

Я сжал челюсти, а мой внутренний зверь зарычал. Так, сейчас не время моему другу показывать зубы. Постараемся продолжить этот разговор так же спокойно, как и начали.

— Я все сделаю для того, чтобы такого больше не повторилось.

— А я за этим прослежу, — Савелий поднялся и, подойдя ко мне, хлопнул по плечу, хорошо, хоть по здоровому. — Зятек, блин, — покачал с усмешкой головой.

Охренеть! Это что сейчас было? Именно этот вопрос я и озвучил, когда снова обрел дар речи, а Савелий уже скрылся за дверью. Он как бы был риторическим, но Руслан ответил:

— А это, друг мой, благословение от будущего тестя, — засмеялся, вызывая у меня лишь зубной скрежет. — Лети уже к своей Малинке и порадуй ее хорошей новостью, — а потом посмотрел на меня с дерзкой улыбкой и добавил: — Никогда не думал, что твоего бешеного зверя сможет приручить такая хрупкая девушка.

Я подбросил в руке ключи от машины и с сарказмом заметил:

— Когда ты влюбишься, жди от меня таких же острот.

— А вот это вряд ли, — покачал друг головой. — Езжай уже, я же вижу, что тебя прямо распирает.

А вот тут в точку. Заболтались мы что-то. Выйдя на улицу, я посмотрел на часы. Через полчаса у моей Малинки заканчивается смена. Как раз успею ее перехватить возле больницы.

Она, наверное, уже вся извелась, думая, как все прошло. Я предупредил, что сам поговорю с Савелием, хотя все пять дней, что она залечивала мою очередную рану, так и порывалась съездить к отцу и высказаться. И как бы странно это ни было, в этот раз именно мне приходилось кого-то сдерживать, а не наоборот.

Ничего, потерпи еще немного, Малинка, скоро я тебя обрадую.

Внутренний зверь тоже начал поскуливать в ожидании нашей встречи. И вообще, надо моей девочке срочно в отпуск. Да и мне тоже. Пусть пока Руслан с Артуром делами займутся. А я сгребу Лику в охапку и увезу на необитаемый остров.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кстати! Вовремя я вспомнил про охапку. Заехав в цветочный, я сразу положил глаз на красивые малиновые розы и заявил, пересчитав:

— Мне все.

Продавец улыбнулась и жеманно протянула:

— Повезло вашей девушке.

— Это точно. И мне тоже повезло, — не повелся я на флирт.

Да, Феликс, кто бы мог подумать, что ты окажешься однолюбом? Еще несколько месяцев назад я бы рассмеялся, скажи мне кто подобное, а сейчас даже не реагирую на дерзкие шуточки Руслана.