Тереза Вейр - Власть кармы

Дэниэл тут же вернулся, жаркий, потный. Скользнул внутрь ее, раздвинув ей ноги, припал к ней, стал энергично двигаться, увлекая ее за собой куда-то в бездонную пропасть. Он жарко, прерывисто дышал ей в ухо, вонзаясь в нее все сильнее и быстрее, дыхание его становилось все чаще.

Голова у Клео запрокинулась. Тело напряглось, она замерла, ожидая приближения кульминации.

И вот острота ощущений стала просто невыносимой. Клео вцепилась в его плечи, слилась с ним в единое целое. Тело ее раз за разом содрогалось, стремилось к нему навстречу.

Ее руки теперь переместились на его бедра.

— Еще! Давай! Ну же!

Дэниэла не надо было подстегивать. Он вкладывал в свои движения всю свою силу и страсть.

Вокруг них клубился туман.

Вспыхнула молния — не то на улице, не то в ее мозгу, Клео так и не разобрала. Она встретила его в последний раз и обмякла, расслабилась. Чувство безраздельной, абсолютной эйфории растеклось по всему ее телу, лишив возможности двигаться, думать, говорить.

19

Какое-то время Дэниэл не мог пошевелиться. Но через некоторое время забеспокоился — потому что и Клео не двигалась тоже.

— Клео? — Он поднял руку и нежно коснулся ее виска.

Ее пышные волосы намокли от пота. Пальцы его прошлись по прядям до конца, туда, где на ее ключице лежала серебряная цепочка, прилипнув к влажной коже.

— Хм-м? — пробормотала она.

— Ты в порядке?

— Можно и так сказать.

Дэниэл улыбнулся. Он не хотел выпускать ее из своих объятий ни на мгновение, но ему нужно было управиться с резинкой. Правда, сначала он поцеловал ее долгим поцелуем, глубоким и нежным, на всякий случай. Вдруг это их последний поцелуй. На случай, вдруг она вскочит на ноги и умчится: это ведь так похоже на Клео.

Дэниэл встал, выключил прибор, и в комнате без его монотонного, ровного гудения наступила звенящая тишина. Он снова бросился на постель, закинул одну руку за голову, а другую положил на бурно вздымающуюся и опадавшую грудь. Ляжет ли с ним рядом Клео? Или уйдет?

Она легла.

Кровать покачнулась, когда Клео устроилась рядом с ним, свернувшись клубочком; одну ногу она перекинула через его колени, ступню подсунула ему под лодыжку. Дэниэл обнял ее за плечи, привлекая к себе поближе. Она как будто не возражала. Наоборот, испустив долгий протяжный вздох, устроилась поуютнее.

Ему хотелось побольше узнать про нее, но он знал — она вряд ли пустит его к себе в душу. И удивился открытию — оказывается, он уже знает ее настолько хорошо, что понимает — Клео ничего о себе не раскроет такого, что может сделать ее уязвимой, подставить под удар. Но все-таки спросил:

— Ты когда-нибудь была замужем? — И погладил ее руку, стараясь представить, что ее с кем-то связывают глубокие отношения, но не сумел.

— Нет. А ты? Был женат?

— Нет.

— Значит, у нас есть что-то общее.

Слова были брошены Клео легко, небрежно, но под ними крылось нечто большее — боль, может быть. Но углубляться в дебри, анализировать слова и интонации ему не хотелось.

Его пальцы перебирали цепочку на ее шее и наткнулись на маленькое простенькое колечко.

— Что-то важное? Ответила Клео не сразу.

— Нет, — наконец проговорила она.

Да, ему ничего не известно о жизни Клео: ни ее прошлое, ни планы на будущее, но ее саму он уже знал достаточно хорошо и угадал сразу — она лжет. А также был почти уверен, что совсем недавно в его объятиях она была естественной, не притворялась и не изображала страсть.

Может, Клео действительно умеет читать мысли, потому что в этот самый миг она скользнула на него, встав на колени по обе стороны его бедер. Потянувшись, задула свечи в изголовье, оставив гореть ту, что стояла в углу комнаты.

— Где резинки? — прошептала она. Дэниэл нащупал на прикроватном столике упаковку, но едва вскрыл, как она забрала у него пакетик.

— Вряд ли я готов, — пробормотал Дэниэл, надеясь, что ему не придется пускаться в пространные объяснения, что мужчине требуется какое-то время, чтобы завестись снова. Но в тот же самый момент почувствовал — он готов…

Сжав коленями его бедра, Клео начала любовную игру, лаская его плоть, то нежно касаясь, то сжимая пальцами. Острое наслаждение пронзило Дэниэла, распластало, пригвоздило к кровати.

А Клео взялась за презерватив. Но у нее не получилось.

— Н-да, пожалуй, тогда мое замечание по поводу твоих размеров было ошибочным, — со смешком заметила она.

— Давай. Я сам.

— Но я хочу…

— Тяни, не бойся, ты не сделаешь мне больно.

Она послушно последовала его совету и достигла нужного эффекта. А потом, не успел Дэниэл и шевельнуться, как Клео опустилась на него, обхватив руками за талию.

— Не двигайся! — скомандовала она.

Она провела руками по его груди и плечам, наслаждаясь их красотой и силой, потом прильнула к нему.

— Просто оставайся во мне.

«Оставайся во мне, оставайся во мне…» Ее слова эхом отдавались в его мозгу.

— Оставайся так. Не уходи! Не уходи! — повторяла она ритмично, монотонно, как гипнотизер, и на краткий миг ему подумалось, а уж не пытается ли она загипнотизировать его.

Но он уже и так был загипнотизирован.

— Сколько сумеешь не двигаться? — прошептала она, щекоча дыханием его ухо.

— Не знаю. Никогда не пробовал.

Они замерли, прислушиваясь к своим ощущениям. Напряжение росло в нем, грозя вырваться из-под контроля, но Дэниэл сдерживал себя.

Вдруг Клео резко выпрямилась, руки ее легли ему на живот, начали свой причудливый волнующий танец. Клео начала рисовать замысловатые узоры у него на груди, пальцы ее обводили соски, ладони скользили по бедрам, так медленно, словно бы она старалась удержать в памяти мельчайшие изгибы его тела.

— Клео! — выдохнул он. Дольше лежать спокойно было ему не под силу.

— Тш-ш! Не двигайся.

Он продержался еще немного, Клео начала двигаться сама. Она оторвалась от него, и когда Дэниэл уже думал, что дольше ему не выдержать, сейчас он опрокинет ее на спину и возьмет свое, она опустилась на него. Приподнялась, помедлила и снова опустилась.

— Никак не могу насытиться тобой, — шептала она.

И он не сомневался — она говорит правду.

Он опрокинул ее на спину, упал сверху, вдавливая своей тяжестью в кровать. Его рот нашел ее губы, он подхватил ее под колени, приподнимая ее ляжки повыше, входя в нее снова и снова, желая, чтобы минуты эти длились вечно.

Наконец по ее телу пробежала дрожь, гортанные возгласы срывались с ее губ, подстегивая его.

Больше он не мог сдерживаться. Клео увлекла его за собой, и он с радостью последовал за нею. И наконец, опустошенный и обессиленный, он замер в ее объятиях.