Дженис Хадсон - Посланник судьбы

– Прямо сейчас? – раздалось в трубке.

– Чем скорее, тем лучше.

– Что случилось? – все-таки не утерпел Чарли.

– Мне нужна информация. Я расскажу тебе позже, сейчас некогда объяснять. Пожалуйста, дай мне его номер.

Минутой позже Далтон дозвонился до Брайана Маккомиса. После краткого приветствия наставника – впервые за четыре года он дал о себе знать – Далтон перешел к делу:

– Мне нужны данные из архива. Все, что у вас есть на Джека Брукса, на кого он работает, с кем связан.

– Подожди минутку. Джек Брукс? Это не?..

– Да, именно он. Брат Эми. Он появился в Ту Оукс сразу после смерти Джо Хиллмана.

– Под твоим именем?

– Ты знаешь об этом?

– Чарли кое-что рассказал мне об этой странной истории.

– Тут другое. Я выяснил, что другим Далтоном Макшейном был Джек, потому что Фэйф узнала его, увидев по телевизору в выпуске новостей. Он стоял возле погрузочного дока продовольственного склада, где Кроуфорд проводил пресс-конференцию.

Слово, вырвавшееся у Брайана, Фэйф никогда бы не напечатала в газете.

– Именно так думаю и я, – мрачно ответил Далтон. – Я чувствую, что запахло жареным, Брайан. Сколько понадобится времени для компьютерных поисков?

– Я сам займусь ими прямо сейчас, – пообещал Маккомис-старший.

– Позвони мне по телефону Фэйф, как только что-нибудь найдешь.

– Дай мне пару часов.

Далтон поблагодарил его и повесил трубку.

– Что происходит, Далтон? Мне тоже хочется во многом разобраться, – напомнила о себе Фэйф.

Далтон глубоко вдохнул, чтобы унять гнев, готовый выплеснуться наружу. Одно имя Кроуфорда, произнесенное вслух, вызвало у него дикое желание крушить все подряд. Но Фэйф заслуживала объяснений.

– Только одно условие. Все, что я расскажу тебе, – не для печати. Согласна?

Заинтригованная, Фэйф кивнула.

– Когда я служил в техасских рейнджерах, сенатор от нашего штата Ричард Кроуфорд подозревался во множестве грязных махинаций – от ввоза наркотиков через нелегально приезжающих в страну иностранцев и вплоть до убийств.

– Кроуфорд? – недоверчиво переспросила Фэйф. – Это невозможно. Я знаю его. Он бесхребетное существо. Для серьезных преступлений нужно иметь сильный характер.

– Характера у него достаточно, – сухо возразил Далтон. – Мы подозревали, что он стоит за несколькими убийствами, связанными с наркотиками, но ничего не могли доказать. Расследование вел я, и он знал это. Должно быть, я оказался ближе к его изобличению, чем сам предполагал. И он решил меня убрать.

– Уб… – Фэйф изменилась в лице – Убить тебя?

Далтон хмуро встретил ее взгляд.

– Он подложил бомбу в мой дом.

– О Господи!

Далтон отвернулся и невидящим взглядом уставился на застывшее изображение Джека на экране.

– Кроуфорд все рассчитал. Он точно знал, когда я буду дома один. Его мишенью был я.

– Что случилось?

– Он не принял во внимание утренние недомогания Эми, связанные с ее беременностью.

Фэйф зажала рот рукой, чтобы не закричать.

– К тому времени она уже должна была быть на работе, но в то утро осталась в постели. Она обожала сухое печенье, и оно было единственным подходящим для нее завтраком в тот период. Так что я поехал в булочную. Я успел выехать из ворот дома и оглянулся как раз в тот момент, когда дом взорвался.

Фэйф лежала одна в постели, перебирая в памяти рассказ Далтона. Правда ясно и отчетливо предстала перед ней.

Он рассказал ей, как сильно его жена ненавидела его работу, как настойчиво просила, чтобы он ушел из полиции, – особенно когда узнала про беременность, и каким черствым он был, не прислушиваясь к ней.

– Я больше ничего не умел, – говорил он Фэйф. – Мои дед и отец тоже были техасскими рейнджерами, желание служить в полиции было у меня в крови, или я так считал.

Далтон обвинял себя в смерти жены и своего будущего ребенка. Понимал ли он, что оставить любимую работу его заставило чувство вины, а не злость за отстранение от ведения расследования, как он сказал Фэйф? Наверное, понимал, даже если не признавал этого, так же как осознавал, что именно чувство вины заставило его провести четыре года в добровольном изгнании, занимаясь ловлей креветок в Корпус-Кристи.

Фэйф понимала, почему он обвинял себя, но все же это приводило ее в ярость. В еще большую ярость она пришла, узнав, что брат погибшей жены Далтона тоже обвиняет его в смерти своей сестры.

Теперь оставалось выяснить, была ли связь между бомбой, убившей Эми Макшейн, и взрывом в Ту Оукс. Зачем Джек Брукс приезжал сюда? Просто по делам ранчо, как он сказал ей? Было ли его решение назваться Далтоном Макшейном только жестокой шуткой? Как смерть ее отца и бомба, посланная ей, были связаны – если такая связь существовала – с Джеком Бруксом? Приведет ли эта ниточка к Кроуфорду?

Далтон внизу снова просматривал прошлые номера «Реджистер» в ожидании звонка от Брайана Маккомиса. Фэйф не давал уснуть еще один вопрос: была ли она для Далтона заменой погибшей жены, ждущей ребенка – его ребенка? Было ли напоминание о жене причиной, по которой он не лег с ней в постель впервые за эту неделю?

Она многое бы отдала, только бы это было не так.

Но, в отличие от тех случаев, когда всплеск гормонов доводил ее до слез, сейчас слез не было. Вопросы, волновавшие ее, были слишком серьезными, слишком болезненными, слишком важными, чтобы облегчить душу и немного поплакать. Фэйф начала думать о вещах не менее страшных, но отдаленных от нее временем – о гибели отца, о бомбе, взорвавшейся в офисе. Она до сих пор не могла понять, почему не нашла ни следа той сенсации, которая стоила ее отцу жизни. Фэйф наводила справки у Дэвида, но он не имел понятия, о чем она говорит. Она просмотрела все что могла. Если бы отец оставил в офисе дискеты с информацией, Фэйф непременно обнаружила бы их. Она искала везде. Везде.

Телефон зазвонил, и после первого же звонка Далтон снял трубку. Заперев свою боль в дальний уголок сердца, Фэйф встала и накинула халат. Сейчас не время предаваться чувствам. Ей нужно знать, что сообщил Брайан Маккомис Далтону.

Далтон сидел за ее письменным столом и делал записи в блокноте, прижав трубку к плечу. Он открывал рот только для проклятий, остальное время слушал и записывал. Фэйф заглянула через его плечо, но не разобралась в странной стенографии записей.

– Не важно, насколько законно его дело. За ним тоже стоит Кроуфорд. И зачем через четыре года Джеку понадобилось использовать мое имя?

Он послушал своего собеседника и сделал еще несколько записей.

– Ты можешь связаться с ФБР? Я встречался с их агентами по расследованию взрыва здесь, но они смотрят на меня свысока и не станут слушать. Они думают, что я наживаюсь на Фэйф, запугивая ее и убеждая, что ей нужен телохранитель. Пусть они… – Он замолк, приложив руку к виску, глубоко вздохнул и затем продолжил: – Пусть они сравнят бомбу, посланную Фэйф, с той, что была подложена в мой дом. Прошло много времени, но я подозреваю, что он замешан в обоих взрывах.