Крис Мэнби - Клуб Одиноких Сердец

Руби не замечала, в каком подавленном состоянии находился ее друг. Все силы были брошены на достижение цели — устроить личную жизнь! Давно Руби не отдавалась поставленной задаче с таким упорством и решимостью — с тех пор, как в подростковом возрасте она в течение двух недель по пятнадцать раз в день делала специальные упражнения под девизом-заклинанием: «Я должна улучшить форму груди, я должна развить мой бюст, я сделаю, сделаю, сделаю это».

Сейчас у Руби была не менее важная цель — разыскать обладателя «порше» и во что бы то ни стало познакомиться с ним «для дружбы, возможно, большего».

И новая рекламная кампания началась. В «Санди таймс» появилось следующее объявление:

• Роберту с «порше», который оставлял сообщение для Руби. Перезвоните, пожалуйста, — потеряла ваш телефон.

— Лучше займись йогой. Тебе требуется внутренний мир и покой, — сказала Лиз Хейл, когда Руби посвятила ее в свой план.

— Бойфренд с шикарным автомобилем принесет мне необходимый мир и покой, — заявила Руби.

— Объявление не сработает, — сказала Лиз. — Шансы на то, что он перезвонит, практически равны нулю.

Но оно сработало. Да, черт побери, Роберт позвонил! На следующий же день после выхода объявления. И, о чудо! поршеевладелец все еще был одинок и, по его собственному утверждению, горел желанием встретиться. Не теряя времени даром. Руби назначила свидание.

— Как я вас узнаю? — спросила она.

— Я буду держать букет из пятнадцати роз. А как я узнаю вас? О, я угадаю по голосу. Руби, у вас божественный голос! — сказал Роберт своим — бархатно-шоколадным — баритоном.

Руби сомлела, повесила трубку и впала в тихий полуобморочный экстаз.

21

«Спокойно, спокойно, держи себя в руках. — Руби проглотила подступивший к горлу комок. — Это не может быть он. С чего вдруг такой красавец (да еще красавец с „порше“) станет ходить на свидания по объявлениям в газете?»

И все же это был он. Стоит на условленном месте с букетом роз.

— Роберт? — заикаясь, произнесла Руби.

Мужчина резко обернулся и отступил на шаг, словно увидел перед собой бродяжку в лохмотьях, которая хриплым голосом клянчит лишнюю монетку. Руби растянула губы в приветливой улыбке. Однако красивые, идеально очерченные губы мужчины остались сжатыми в тонкую суровую линию. О боже, это не он! Или он, но прикидывается, что не он, потому что я ему не понравилась. Или я ошиблась? Это не тот мужчина, а мой парень с прической серийного убийцы ждет за углом. Везет, как всегда.

— Руби! — Роберт неожиданно схватил ее за руку и с размаху припечатал смачный поцелуй где-то в районе запястья. Теперь уголки его причудливо изогнутых губ поползли вверх. — Контактные линзы, никак не могу привыкнуть, — пояснил он и добавил с робкой и в то же время чрезвычайно обольстительной улыбкой: — А врожденное тщеславие не позволяет носить очки.

«О да, — подумала Руби, — жаль было бы прятать за стеклами такие потрясающие глаза».

— Это вам. — Роберт вручил букет.

Хотя он и говорил, что придет с цветами в качестве опознавательного знака, но такого Руби не ожидала. Это были не просто цветы, и не просто розочки в целлофановом пакете, которые продаются на выходе в любом супермаркете; это был БУКЕТ РОЗ от «Найтсбридж», обернутый в тонкую, восхитительно похрустывающую коричневую бумагу и перехваченный у основания пальмовым волокном.

— Прошу. — Роберт подал ей руку «крендельком». — Не знаю, как вы, а я просто умираю с голоду.

Руби согласно кивнула, чувствуя, что от волнения не сможет проглотить ни куска. Он повел ее через Лестер-сквер, ловко прокладывая путь среди толпы. Руби шла рядом, держала его под руку и ощущала себя распускающимся розовым бутоном, под стать тем, что покачивались у нее в букете. Роберт сказал комплимент по поводу ее бежевого плаща, которому недавно пошел шестой год. Руби показалось, что от его милой лести она вдруг сделалась на целый дюйм выше и уже не идет, а вроде бы как парит в воздухе, не касаясь ногами асфальта. Роберт стал рассказывать, как заметил Руби еще издали, но не решался даже подумать, что эта великолепная женщина и есть та, которую он ждет. Руби зарделась и встряхнула волосами, точно на макушке у нее был обсыпанный блестками султан циркового пони, а не хвостик, больше похожий на солому, которую пони едят на завтрак. Пока они дошли до ультрамодного ресторана в минималистском стиле, где Роберт заказал столик, Руби поймала на себе с десяток завистливых женских взглядов.

Карма существует. Вот ее наглядное проявление — мужчина в дорогой розовой рубашке, которая на любом другом выглядела бы женоподобной блузкой, но только не на Роберте с его уверенной походкой и мягкой животной грацией. Вот она, награда за Джонатана Флетта с его шарикоподшипниками, за Дэвида-бухгалтера, за Робина-слесаря, за всех упырей, которые когда-либо появлялись в жизни Руби. Ее гордость и радость распухли до размеров небольшой коровы. Вглядевшись в Роберта повнимательнее. Руби окончательно утвердилась во мнении: «Да, он будет посимпатичнее Флетта».

— Я адвокат по уголовным делам.

«И гораздо умнее…»

— Позвольте, я выдвину ваш стул.

«И манеры гораздо более изысканные…»

— Шампанское?

«И гораздо более щедрый…»

— Да, пожалуйста, — сказала Руби.

«Да, пожалуйста, да, пожалуйста… Да! Да! Да!»

— Ну что ж, — сказал он позже, — самое страшное позади. Я весь день места себе не находил, все боялся, вдруг мы не понравимся друг другу.

Руби удивленно подняла брови. Покажите мне такую женщину, которой бы не понравился такой мужчина.

— Вы знаете, — сказала Руби, — мы, человеческие существа, можем понять, нравится нам кто-то или нет, за сотую долю секунды. Одну сотую, представляете! И что бы там ни говорили о книгах, которые не следует оценивать по обложкам, первое впечатление решающее. Если оно было неблагоприятным, невозможно вернуться назад и что-то исправить. Любовь — другое дело, со временем она растет и развивается, и…

О чем это она? Руби осеклась, комок крем-брюле застрял у нее в горле.

— Если в первый краткий миг вы не почувствовали влечения к человеку, то уже никогда не полюбите его? — испуганно спросил Роберт.

Никогда? Он на что-то намекает?

Он намекал.

— Никогда, — повторил Роберт. — Вот почему я так рад, что мое сердце дрогнуло, как только наши глаза встретились.

Руби выронила ложечку для мороженого. Она со звоном упала на пол. Когда, подобрав ложечку, Руби вылезла из-под скатерти, Роберт все еще сидел неподвижно, опираясь подбородком на руки и всем телом подавшись вперед через стол, пристально смотрел на Руби. Она растаяла в его шоколадно-карих глазах. Настал один из тех сказочных моментов, когда весь мир вокруг исчезает и ты видишь только лицо человека, которого тебе хочется поцеловать.