Ильдико фон Кюрти - Сердечный трепет

«Я им очарована, потому что он совершенно другой», – говорила Ибо вначале. Но через короткое время его непохожесть стала раздражать ее с всевозрастающей силой. Собственно говоря – глупо пытаться быть приличным в виде исключения. Конрад ничего не мог поделать с собой – до того у него с Ибо были разные вкусы. Случается, что люди не подходят друг к другу, и в этом никто не виноват. Но Ингеборг смотрела на вещи по-другому.

«Знаешь, что он вчера сделал? Он среди дня опустил жалюзи, чтобы смотреть Формулу-1, думал, что солнце будет ему мешать. Он не смог бы наслаждаться гонками, если бы что-то все время напоминало ему, что на улице прекрасная погода».

«Но я это очень хорошо понимаю. Мне самой больше нравится смотреть телевизор, когда на улице пасмурно».

Я попыталась сгладить углы. Хотя это не мое амплуа.

«Конечно. Но разница в том, что ты не смотришь телевизор чудесным солнечным воскресным днем. Это ненормально. Двадцать пять в тени, и это в Гамбурге. Событие столетия. Другие пары катаются на каноэ, лежат на пляже, идут купаться или сидят у реки и попивают вино с минеральной водой. А что делает Конрад? Опускает жалюзи. Я подумала, что брежу».

«Такова, стало быть, его сущность». Звучит банально. Но банальным не является. Иногда приходится признавать, что вплотную подошел к границе, за которой бессильны тактика и педагогика.

«Что ты хочешь сказать? Как будто сама не пытаешься все время переделать Филиппа. Ты же эксперт по вопросу не-принимать-мужчин-такими-как-есть!»

Это так. Но, в отличие от Ибо, я достигала прекрасных результатов.

«Есть вещи, которые либо принимаешь, либо нет. Нет смысла постоянно раздражаться.

Если ты хочешь мужчину, который бы катался с тобой на каноэ в хорошую погоду, то и ищи себе такого».

«Но мне этот нравится».

«Иногда этого недостаточно. Есть пары, которые любят друг друга до смерти, но не могут быть вместе, потому что один хочет спать с закрытым окном, а другой – только с открытым. Иногда найти компромисс невозможно. Окно либо открыто, либо закрыто».

Это, подумала я, сформулировано вполне философски и тем не менее очень жизненно. Я откинулась назад, глубоко затянулась и постаралась как можно интеллигентнее выпустить дым в сторону.

Ибо вздохнула. «Ну, хорошо. Дам ему еще один шанс. Мы хотим через неделю поехать на побережье. Посмотрим, что получится».

«Ибо, ты должна мне пообещать одно. – Я строго на нее посмотрела. – Раздражаться запрещено. Заруби себе на носу: на этот раз ты не будешь придираться к Конраду по пустякам. Чтобы он не стал еще более неуверенным и в сто раз хуже, чем он сейчас».

Ибо задумчиво посмотрела на меня.

«Ты считаешь, я не должна обращать внимания?»

Бессмысленно говорить, что они больше не пара.

16:45

Мне срочно нужно в туалет. И тут же в голову приходит наконец веская причина, по которой стоит оставаться одной: не нужно постоянно оправдываться, почему тебе опять нужно в туалет. И почему хочется посмотреть по центральному телевидению «Неспящий в Сиэтле» вместо «Диких гусей» по первому кабельному каналу. И это, несмотря на то, что «Неспящий» есть на видео и некоторые ключевые сцены ты помнишь наизусть. Том Хэнкс: «С ней и снег был чуточку белее, если вы понимаете, о чем я».

И не нужно никому объяснять, почему ты говоришь, что сидишь на диете, когда, целый день проголодав, под вечер за час съедаешь целую упаковку чипсов, а потом еще два шоколадных батончика с мюслями.

Замечательно быть одной, потому что все мужчины бесчувственны, ничего не понимают в женщинах, совершенно нас не ценят и к тому же так глупы, что не могут понять, что женщины совсем не хотят быть брошенными в одиночестве, когда они, вздыхая, прижимают ладони ко лбу, тяжелыми шагами ходят по спальне и бесцветным голосом произносят: «Сейчас мне необходимо остаться одной».

Совсем плохо, когда ты, сделав над собой огромное усилие, удаляешься в спальню, а этого никто не замечает. Ты лежишь, живописно раскинувшись на кровати, дверь слегка притворена, чтобы твои причитания проникали в каждый уголок квартиры – и что? Ничего. Твой парень воспользовался случаем, чтобы без помех посмотреть матч «Боруссия» (Дортмунд) против «ФС» (Бавария). Я вам говорю, бесчувственный неотесанный чурбан.

Когда женщины демонстративно уходят, они просто хотят, чтобы их заметили. Это же так легко понять. По той же причине женщины очень редко оставляют мужчин в покое. Это случается в те моменты, когда они просто не в состоянии наблюдать за мужчиной: как раз позвонила подруга или начался фильм с молодым Кэри Грантом.

Женщины судят о других по себе. Их мышление ориентировано на партнера: если мужчина отворачивается, надувшись, значит, он нуждается во внимании. Мужчина, который уходит из комнаты со словами: «Нет никакого смысла говорить с тобой, давай просто закончим разговор», на наш взгляд, беззвучно взывает о помощи. Мужчина, который не хочет разговаривать, нуждается в нашей эмоциональной поддержке. И мы ее оказываем, готовые к тому, что нас могут обругать психопатками или невыносимо назойливыми занудами.

Друзья, поймите: мы не можем оставить их в покое, потому что знаем, как вреден покой.

Мы не можем закончить разговор на фальшивой ноте, потому что диссонанс внутри нас разрастается в ужасную какофонию.

Иногда я спрашиваю себя, какой стала бы жизнь, как бы изменилось наше общество, если бы мужчины и женщины научились понимать друг друга. Начался бы бурный рост безработицы. Всем семейным психологам и авторам книг об отношениях между полами пришлось бы менять профессию. Многие женские общества распались бы из недостатка интересных тем для общения. Компания «Телеком» обанкротились бы. Резко сократилось бы потребление алкоголя и сигарет. Флористы и ювелиры понесли бы пятидесятипроцентные убытки. Никаких больше цветов или украшений в знак примирения. Потому что, кто не ругается, тот и не мирится. И, не в последнюю очередь, развалится индустрия диет со всеми этими таблетками для похудания, белковыми напитками, книгами, группами взаимопомощи и приборами для сжигания жиров, потому что женщины поймут, что мужчины тащатся от худых женщин, но женятся-то на полненьких.

Мы стали бы понимать друг друга – и нам не о чем стало бы говорить.

Осмелюсь выдвинуть тезис: жизнь потеряла бы свой интерес, а наше общество обрекло бы себя на погибель, если бы мужчины и женщины научились понимать друг друга.

Но до тех пор, пока человечество делится на две группы – на тех, кто ищет, и на тех, кто мучается с тем, что он нашел, – мир будет крутиться. Только поэтому, друзья мои, только поэтому, если уж честно, земля и вертится.

16:48