Кэтрин Эллиот - Женатый мужчина

– О боже, – рассмеялась я. – Наделала она дел.

– Не то слово. Но я уверен, что с вами таких проблем не возникнет. Вас устроит такая работа, Люси? На пару дней в неделю? Чтобы я мог изредка сбегать из четырех стен и отправляться на охоту за сокровищами?

– О да, – ответила я. – Конечно. Хотя, как я уже говорила Чарли… – я покосилась на него.

– Люси не будет работать здесь вечно, – сказал он. – Я сказал ей, что ты поймешь.

– Конечно! А то вы с ума сойдете. Но примерно год выдержите? Пока не разберетесь, что к чему?

– Это было бы идеально, – просияла я.

– И вы сможете сразу начать?

– Ну, понимаете… Я тут подумала. Вы разрешите мне начать с сентября? Тогда дети пойдут в школу.

Он явно огорчился и потер подбородок.

– Хорошо, хорошо, – поспешно поправилась я. – Начну немедленно. Триша сможет присматривать за ними пару дней в неделю. И мальчики будут в восторге.

– Отлично, – Кит просиял. – А собака? – Он вопросительно посмотрел на Чарли.

– Ах да, – проговорил Чарли, – я совсем забыл. Но Люси же любит собак, она гуляла с собакой в Лондоне. Уверен, проблем не возникнет. – Он улыбнулся.

– Что за собака?

– Рококо, – пояснил Кит. – Собака моей бывшей жены, она ее оставила, когда ушла. Вместе с кучей неоплаченных счетов! Умная женщина. Сейчас позову. Рококо!

Внезапно откуда ни возьмись в комнату ворвался ирландский волкодав – видимо из сада, так как он был весь перепачкан в грязи. Высунув язык, собака прыгнула через комнату и уткнулась головой мне прямо между ног.

– У-у-уф! Какая лапочка! – ахнула я, попятившись. Даже пони поменьше размером!

– Она немного грубовата, – сказал Кит, тактично отодвигая собачью голову. – Но очень добра, как сами видите.

– Да. Хм-м… кажется.

– Итак, – Кит выпрямился и улыбнулся. – Начнем со следующей недели?

Я моргнула:

– О! Да. Почему бы и нет?

Мы рассмеялись, и он проводил нас к выходу.

– Дорогая, мы еще не обсудили денежный вопрос, – заметил он, смущенно потирая подбородок. – Я вам позвоню, когда хорошенько это обдумаю, ладно?

– Хорошо. – У двери я обернулась. – О, наверное, лучше я сразу спрошу: а у вас все продается? Я не хочу по незнанию продать фамильное серебро или еще что-нибудь ценное.

Он пожал плечами:

– Пожалуй, все. Есть пара предметов майсенского фарфора, которые мне особенно дороги, но они у меня наверху, так что, наверное, все. От всех этих предметов, как бы я их ни любил, очень легко отказаться. В жизни есть более важные вещи, которые не хотелось бы потерять. И заменить их тоже нельзя.

Он посмотрел как бы сквозь меня, на секунду погрузившись в свои мысли. Потом спохватился, улыбнулся и дружески пожал мне руку у выхода.

Дверь за нами закрылась, и мы с Чарли медленно зашагали к машине по гравиевой дорожке.

– Он все еще переживает, – заметила я, садясь в машину.

– Хм-м. Да, он же и с сыновьями какое-то время не виделся. Ей досталось право опеки.

– О! Ужасно. И он совсем их не видел?

– Почти.

– А сейчас?

– Сейчас они уже выросли и могут выбирать. И проводят с ним много времени. Но потерянные годы все равно нельзя компенсировать. Можно только представлять, что могло бы произойти.

Я подумала о погибшем сыне Чарли, о том, как он представлял себе эти потерянные годы. Я тоже часто думала, что могло бы произойти, если бы мои сыновья провели последние несколько лет рядом с отцом.

– Да, – мрачно согласилась я. – Ты прав.

Домой мы ехали молча. Ветер трепал волосы, и я почему-то была рада, что мотор ревет, и потому разговаривать если не невозможно, то, по крайней мере, трудно.

Наконец мы подъехали к Незерби-Холлу и остановились у моего амбара. Входная дверь и окна были закрыты. Дом казался пустым, брошенным. Видимо, Триша, Джек и мальчики до сих пор рыбачили. Вокруг нас на ветру мягко покачивалась высокая трава, которую уже пора было косить на сено; тонкие колосья поблескивали на полуденном солнце, а с золотистых просторов лютикового луга доносилось приглушенное жужжание пчел и трепетание крыльев бабочек и стрекоз. Чарли выключил мотор. Мы не смотрели друг на друга, но в тишине я почти слышала биение своего сердца. Уверена, он тоже его слышал. Наконец он растерянно потер кожаный руль кончиком пальца.

– Ну вот. Приехали, – тихо проговорил он. Я почувствовала, что голос его слегка дрожит. – А теперь, Люси, придется нам кое о чем подумать. – Он судорожно сглотнул. – Придется решить, что же мы будем делать.

Глава 13

– Делать? – тупо повторила я за ним. Сердце трепетало. Я повернулась к нему лицом.

– Ведь между нами явно что-то происходит, тебе не кажется? – тихо произнес он. – Во-первых, я не думаю, что мы все время натыкались друг на друга в Лондоне по чистому совпадению. Не хочу быть похожим на свою жену, но я бы даже сказал, что это знак.

Я сглотнула слюну. Мне не хотелось признаваться, что он прав, это не совпадение, но ничего символического в этом нет: я просто выслеживала его, как индеец апачи.

– Да. Да, ты прав, – кивнула я, пытаясь изобразить изумление. – Удивительно, не правда ли?

– Не то слово. И вот теперь ты появляешься здесь, напротив моего дома, в двадцати пяти милях от Челси, в самом сердце Оксфордшира! Тебе не кажется, что это странно?

– Страннее некуда, – промямлила я. Черт, мы же все это на вечеринке обсуждали! Неужели обязательно проходить все снова?

– И еще я не могу отделаться от мысли, – он ошарашенно провел рукой по волосам, – что нам суждено было встретиться именно здесь. Глупо, конечно. И честно говоря, даже если судьба здесь ни при чем, я все равно постоянно думаю о тебе, Люси. – Он поерзал на сиденье и впервые за время разговора повернулся ко мне лицом. Дышать у меня получалось как-то коротко и прерывисто.

– О! – Меня аж судорога пробрала.

– С тех пор, как мы встретились тогда на вечеринке, я… В общем, я всю ночь не спал. Бродил по дому с бокалом виски в руке. И наконец лег в кровать, но заснуть все равно не мог. Твое лицо так и стояло передо мной. – Он пристально посмотрел на меня своими темными глазами, в которых играли сияющие искры. Ноздри у меня раздувались от возбуждения, сердце колотилось. Его рука проскользнула за спинку моего кресла.

– И я знаю, что ты чувствуешь то же самое. Чувствую, – продолжал он. – Прошу, скажи, что я не сошел с ума?

– Не сошел, – пробормотала я, нервно оглядываясь по сторонам. Передо мной стояла невероятная дилемма. С одной стороны, желание броситься в его объятия было почти невыносимым, но с другой стороны – здесь? Рядом с домом? В машине с открытым верхом, которая прекрасно просматривается из окон Незерби – вон как они поблескивают на солнце!