Анастасия Слугина - Над нами общее небо

- Привет, дочь, как дела?

- Да нормально. Не стойте в дверях, я обед приготовила.

- Хозяюшка ты моя, - отец, еле передвигая ноги и опираясь на стены, прошёл на кухню и сел на стул. Следом за ним прошла мать и двоюродный брат Леры. Когда все расселись, отец начал говорить тяжело и с надрывом.

- Надя, Лера, племяш. Вы все прекрасно знаете, что я болен, очень тяжело болен, и мне осталось совсем немного, - мать всхлипнула, но удержалась от рыданий. - Надя, хватит меня оплакивать, я еще жив! - с улыбкой обратился он к жене. - Я хочу, чтобы в последние дни моей жизни вы вели себя так, как было всегда. Не нужно обращаться со мной, как с больным. В жизни бывает очень много печальных моментов, и я хочу видеть ваши счастливые лица, улыбки, добрые глаза. Пожалуйста, не усугубляйте своим нытьем и без того накалившуюся обстановку. А теперь давайте обедать.

      Через пару дней отец позвал Валерию к себе.

- Да, пап, что-то нужно?

- Сядь дочь, я хочу поговорить. - она села на край кровати и погладила отца по руке. Широко улыбаясь, она обратила всё свое внимание на отца. - Расскажи мне все.

- Что именно?

- Именно от чего ты рыдаешь ночами в подушку, и о ком бредишь во сне? У тебя скоро выпускной, тебе нельзя быть опухшей от слез.

- Все нормально. Просто… просто я очень переживаю за тебя.

- Валерия, перестань нести чушь! Ты не хуже меня знаешь, что большая часть твоих переживаний принадлежит не мне.

- Правда, все нормально.

- Нет. Дочь, меня не обманешь. Мама знает?

- О чем?

- О твоей беременности? - Лера, было, открыла рот. Но, поняв смысл сказанных отцом слов, закрыла его и, хлопая глазами, посмотрела непонимающим взглядом на него. Слова обрушились на нее ледяным потоком. Она сидела в оцепенении, не в силах что-то ответить.

- Лера, мама знает?

- О чем?

- Мне повторить?

- Пап, я тебя не понимаю. Ты о чем?

- Я о твоей беременности. А ты сама-то знаешь? - Лера потерла виски руками и потрясла головой, пытаясь согнать наваждение. - Ты когда у врача была последний раз?

- Давно.

- Тест на беременность делала?

- Зачем?

- Дочь, ты дура? Или прикидываешься? - девушка продолжала смотреть на отца, не понимая, что он ей говорит, и что он от нее хочет.

- Пап, я, правда, не понимаю, о чем ты?

- Да, не очень корректно получилось. Дочка, сделай тест на беременность, мне кажется, что у нас в семье будет прибавление. И это будет девочка, - с улыбкой вторил отец. А Лера улыбалась ему в ответ, но про себя думала, что у отца помутнение рассудка в связи с болезнью.

- Лера, у тебя насколько задержка?

- Да нет у меня задержки.

- Значит, будет. Я это чувствую. Кто он, и что ты собираешься делать дальше?

- Ничего я делать не буду. У меня выпускной на носу, - все так же улыбаясь, ответила девушка.

- Дочка, кто он тот счастливец?

- Папа, ты очень проницательный человек. Да ты прав, у меня были отношения с мужчиной, - девушка легла рядом с отцом, и прижалась спиной к его теплому боку. На глаза навернулись слезы при воспоминании о Ване.

- Где он сейчас?

- Где сейчас? Я не знаю. Он уехал.

- Бросил?

- Наверное, да. Он написал письмо, в котором сказал, что вернется, как решит все вопросы бизнеса. Но я что-то не очень в это верю.

- А ты знала, что он собирался уезжать?

- Ну, да, он говорил. Только это должно было быть чуть позже.

- Сколько вы были вместе?

- Где-то год.

- Это он подарил тебе кольцо с кулоном?

- Нет, пап, это бижутерия.

- Это ты маме рассказывай. Но я-то побольше её знаю, - он улыбнулся и погладил дочь по голове.

- От тебя ничего не скроешь. Да, это его подарки.

- Щедрый жених. Он вернётся, я в этом уверен. Вот только будет ли он нужен тебе?

- Будет… Я люблю его, очень люблю.

- Я уж понял. Раз ты ему себя подарила. Как хоть его зовут? И чем он занимается?

- Зовут Иван. Он профессиональный музыкант. И да, пап, он другой национальности.

- В смысле?

- Он американец.

- Вот те на?! А что он в России-то забыл? Вернее, в нашем Богом забытом уголке. А ты говоришь, Ваню, как по-настоящему зовут?

- Джон. Он приехал как турист и остался здесь со мной на год.

- Как он выглядит?

- Хочешь, фотку покажу? - отец, улыбаясь, кивнул головой. И девушка, вскочив, умчалась в свою комнату. Вернувшись, Лера протянула ему фотографию в рамке. Мужчина оценивающе изучал его лицо.

- Ему как минимум двадцать пять, двадцать семь, не староват для тебя?

- Пап, ты только не волнуйся и пообещай не ругаться.

- Ну, выкладывай.

- Ему в апреле тридцать семь исполнилось.

- Ого! Круто! Почти мой ровесник, хорошо сохранился.

- Он выглядит намного моложе своего возраста.