Елена Лобанова - По обе стороны любви

— А что… что они представляют?

Светлана протяжно вздохнула и прошлась по учительской туда-сюда.

— Ну как тебе сказать… Немного не то, что ты можешь исполнить на своем «зингере».

Она остановилась, снова обвела Веронику придирчивым взглядом и погрузилась в раздумье. Лицо ее стало строгим и вдохновенным.

— Угу… Когда это самое мероприятие, твой режиссер сказал?

— Ой, а я даже как-то… вроде в конце ноября.

— Вроде! Ну ты даешь, подруга! — возмутилась Светка. — Конец ноября — это ж вот-вот уже! Не знаю, чего они там нарепетируют, но к приличной портнихе ты точно опоздала! Значит, остается толчок… Пойдем в воскресенье, на вечерний.

Она наклонила голову, в последний раз окинула Веронику оценивающим взором и выдала результат:

— Брючный костюм! Жакет удлиненный, приталенный. Под него — топик из качественного трикотажа, с цветом определимся на месте. Туфли классические, безо всяких выкрутасов. Обойдется все долларов в сто пятьдесят.

— ДОЛЛАРОВ?! СТО ПЯТЬДЕСЯТ?!!

— Именно! — страшно зарычала Светка. — И ни цента меньше! Если, конечно, ты вообще хочешь достичь хоть чего-нибудь в этой жизни… Закрой рот и слушай: даю тебе беспроцентную ссуду. Отдавать будешь с каждой получки по триста рублей, Колька твой не заметит.

— Как это не заме…

— Да так! Как все нормальные мужики! Он что, отчет у тебя требует?.. Ну так вот! А ты, как все нормальные бабы, скажешь: приобрела, мол, в секонд-хэнде по знакомству за тысячу рублей. Ее отдашь сразу… Да, еще же приличную сумку надо! Ну ладно, возьмешь пока мою маленькую замшевую… Подожди, а прическа?! Тебе ж стричься надо немедленно! Хоть каскадом, что ли… челку профилировать, пару контрастных прядей… Нет, в твоем случае все-таки не поможет! Масть надо тебе менять, Веруня, вот что! Краситься полностью и окончательно.

— Седина, да? Сильно заметно? — вздохнула Вероника и посмотрелась в сияющий бок блендера.

— И седина, да. И вообще… Ты оглянись — кто сейчас свой натуральный цвет носит? Цвет волос — он должен зажигать! Стимулировать! Возбуждать! Хотя бы свою хозяйку. Тебе можно «гранат» или «красную ночь»… Приличной знакомой парикмахерши, конечно, не завела?

Вероника виновато пожала плечами.

— А моя Анечка как раз в декрете, и Вика, как назло, в отпуске… Домой, что ли, пригласить в воскресенье? Если успеем после толчка…

— Ко мне домой?

— Да не к тебе, не бойся… Я-то в отличие от некоторых стригусь регулярно!.. Короче, надо будет еще долларов двадцать.

— Ну, раз надо… постараюсь как-нибудь… Ой, подожди, а книги! Мне же еще в книжный надо, срочно! — спохватилась Вероника.

— Это еще зачем?

— Святослав Владимирович сказал. Ну, режиссер! Был такой поэт, Уильям Блейк, так он еще писал картины о Данте! В смысле иллюстрации к «Божественной комедии». И кстати, у них с Данте явное сходство судеб! В библиотеке про него, конечно, ничего, а вот в «Книгомире», говорят, можно найти. А то я совершенно без понятия… Опозорилась — кошмар! Он так посмотрел — ладно, мол, училка, что с тебя возьмешь!

— Так! Все ясно, — отчеканила Светлана металлическим голосом. — А теперь слушай меня: Уильям Блейк отменяется до лучших времен. А у тебя, подруга дорогая, финансовый кризис и срочные капиталовложения. Усвоила?! По одежке протягивай ножки!

…Вечером в воскресенье Вероника возвращалась домой опять-таки в образе проигравшегося Николая Ростова. Пакет с покупками оттягивал руку преступно-сладкой тяжестью. Какой там секонд-хэнд?! Не хватало еще врать собственным детям…

Дверь открыл Николай.

Этого-то как раз и недоставало!

Он как-то странно смотрел — будто не узнавал ее.

— Коль! Это все Светка меня с панталыку сбила… для презентации! — пробормотала она, протягивая пакет и ненавидя себя от всей души.

Последовала минутная пауза — муж оценивал ситуацию.

— А ну, прикинь! — велел он, вынув пиджак и протянув ей.

Затем отступил на шаг. Осмотрел ее со строгим лицом, поправил лацкан и подвел к зеркалу.

Вероника осторожно покосилась на изображение.

Потом шагнула поближе и остановилась в изумлении.

Напротив стояла незнакомая женщина.

Она была гораздо выше и стройнее Вероники.

Моложе лет… ну, минимум на семь.

С совершенно другим взглядом из-под приподнятых бровей.

С озорной и изящно растрепанной шапочкой волос цвета спелой вишни.

С улыбкой не растерянной и извиняющейся, а уверенной, немного лукавой и даже… победной, что ли?

И только в самой глубине глаз пряталось что-то знакомое.

Ни за что никогда Вероника не узнала бы теперь себя в толпе!

Пожалуй, ТЕПЕРЬ она была похожа на… Неужели?!

Она оглянулась на мужа, как бы ожидая ответа на свою мысль, и тот утвердительно кивнул головой.

А потом встал с ней рядом, приосанился и, взяв жену под руку и немного повернув, гаркнул:

— Девки! А ну-ка, быстро сюда! — И, переждав топот и восторженный визг, осведомился: — Ну-ка, говорите — кто у нас мать теперь?

— Мама писатель! — завопила Маришка и заплясала на месте.

— Ох и бестолковщина! Учишь-учишь вас… Ну-ка вспоминайте — пьесы пишет кто?

— Драматурки! — выпалила Туська.

Глава 25

Настали и промелькнули куцые осенние каникулы, за которые дети традиционно не успевали нагуляться, а учителя — написать все положенные отчеты по первой четверти, убрать мусор на дачных участках и наконец-то закончить начатый летом ремонт квартир. Но по счастью, следом за первой четвертью начиналась вторая, замечательная тем, что длилась на две недели меньше первой и заканчивалась полноценным десятидневным перерывом.

А пока что жизнь в школе, приостановившаяся было на недельку, снова тронулась с места и потекла как обычно, в русле календарно-тематического планирования и графика внеклассных мероприятий.

В понедельник в учительской на доске с расписанием повесили объявление:

Вниманию классных руководителей!

11 ноября — театральный день

1-5-е кл. — 10.00

6-8-е — 14.00

9-11-е — 18.00

На переменах учителя деловито сновали мимо, изредка, впрочем, притормаживая у расписания, чтобы ознакомиться с информацией и досадливо буркнуть: «Ну вот, еще один день коту под хвост!» или «Опять этот сумасшедший дом!»

И практически никто, по наблюдениям Вероники, не осознавал, что косо пришпиленный листок — это, в сущности, не что иное, как пропуск в ИНОЙ, ВЫСШИЙ мир!

Сама она довольно долго стояла перед доской, изумляясь: до чего же просто, оказывается, попасть Туда! Оказывается, простых смертных Туда практически постоянно приглашают! То есть буквально сдаешь пальто в гардероб, осторожно погружаешься в шершавое красное кресло — и ты уже ни много ни мало — Там!