Мариса Макл - Дневник стюардессы

Я отвожу взгляд, но ему хочется поболтать.

— Как поживаешь, красотка? — громко спрашивает он, и я, даже стоя у другого ряда, легко чувствую запах перегара, которым от него разит.

— Спасибо, хорошо, — сдержанно отвечаю я.

— Как тебя зовут?

— Энни, — отвечаю я, потому что обязана. Я точно знаю, что в голосе моем нет ничего, кроме служебной вежливости. Вот чего я терпеть не могу, так это пьяных и навязчивых мужиков. Хорошо бы служащие аэропорта внимательнее приглядывались к потенциальным пассажирам и не пускали бы таких, как этот тип, на борт самолета. Ну вот представьте, если такой подвыпивший хмырь придет в приличный, бар, то бармен откажется ему наливать. А если он попытается бузить, то вышибала быстренько поможет ему оказаться за дверью. А что делать нам, когда мы будем над Атлантикой? Полицию вызывать бессмысленно, и на улицу пьянчугу не выставишь.

— Ты самая сексуальная штучка на этой посудине, Энни, — говорит нахал. — Слышишь? Я не шучу!

Мне неприятно это слышать, и беспокойство мое усиливается. Я отправляюсь за советом в салон первого класса к старшей по смене. Она выслушивает меня внимательно, а затем идет в рубку к капитану, чтобы доложить о моих опасениях. Потом выходит и говорит, что капитан хотел бы сам со мной поговорить.

Я докладываю о мерзком и фамильярном типе, от которого пахнет алкоголем и который развязно себя ведет. Капитан хмурится и кусает губы. Я понимаю его сомнения. Не так-то просто высадить пассажира, а в Чикаго это может превратиться в настоящую проблему. Все взлеты расписаны по минутам: О'Хэйр — очень большой и загруженный аэропорт. И если мы пропустим свое время, то возможности взлететь придется ждать бог знает сколько. Может, несколько часов. Я молчу, хотя мой инстинкт вопит, что этого человека нужно убрать с борта самолета. Я в этом месяце уже получила дисциплинарное взыскание, и лишние проблемы мне не нужны, поэтому пусть решение примет кто-нибудь другой. Ни к чему привлекать внимание к своей особе. Капитан вызывает сотрудника аэропорта, и тот поднимается в салон, чтобы поговорить с пьянчугой. В ходе беседы он конфискует литровую бутылку виски. Я успеваю заметить, что в бутылке осталось меньше половины.

— Пассажир, о котором шла речь, заверил меня, что у него нет других запасов алкоголя, что его поведение не будет угрожать безопасности пассажиров и он не станет мешать обслуживающему персоналу выполнять их обязанности, — успокаивает меня сотрудник аэропорта. Ну а что он еще может сказать? Ждет не дождется, когда мы уберемся и освободим взлетную полосу.

— Энни, как ты думаешь, ты справишься? — спрашивает капитан.

Я киваю и улыбаюсь, демонстрируя уверенность, которой не ощущаю. Инстинкт по-прежнему настаивает, что потенциального буяна надо снять с рейса, но давление, оказываемое окружающими, слишком велико.

Я отправляюсь на свое место и быстренько наливаю себе стакан холодной воды. Внутри поселяется какое-то неприятное ощущение. Все пассажиры на местах, опустились экраны, и началась демонстрация ролика о мерах безопасности в полете. Я пью воду маленькими глотками и пытаюсь успокоиться. Я устала, и, возможно, в этом и кроется причина моей взвинченности. Ни к чему всегда предполагать худшее развитие событий. И если уж на то пошло — что такого ужасного может натворить этот пьяница? У него нет оружия, это точно. Да, он выпил лишнего, но иной раз такое случается и с самым лучшими людьми. Может, он просто боится летать? Вы удивитесь, узнав, сколько на самом деле таких людей. Они испытывают настоящий ужас перед полетами, и, пытаясь справиться с неприятным чувством, наливаются алкоголем. Будем надеяться, что этот тип заснет сразу после взлета и проспит весь полет или хотя бы большую часть пути до Дублина. Ну а если он и расшумится, то я не обязана справляться с ним одна. Мне помогут другие девочки, да и экипаж всегда может вступиться за стюардессу. Правда, пилоты весь полет проводят в запертой рубке (везет им), но все же, как говорится, мужчины в доме, то есть на борту, имеются и от этого немного спокойнее на душе. Да, пилотам везет, что и говорить! Все время полета они проводят в мирной обстановке, пассажиров в глаза не видят, и зарплата у них, между прочим, в пять раз больше, чем у стюардессы. И почему я не пошла учиться на пилота?

Я еще раз напомнила себе о поддержке коллектива, о профилактической беседе, которую провел с потенциальным возмутителем спокойствия сотрудник аэропорта, и почувствовала себя гораздо увереннее. Теперь вдох-выдох, улыбку надеть, и вот я отправляюсь в непременный поход вдоль рядов, чтобы убедиться, что все спинки кресел находятся в вертикальном положении, столики убраны, а ремни безопасности пристегнуты.

Когда я прохожу мимо противного, толстого и пьяного типа, от которого по-прежнему разит алкоголем, он ухмыляется, демонстрируя золотой зуб, и говорит:

— А ну-ка, красотка, проверь, правильно ли у меня застегнут ремень, — и смотрит на меня своими сальными глазками, ожидая, пока я протяну руку и прикоснусь к его штанам, на которых болтается ослабленный до предела ремень безопасности. Прежде чем я успеваю ответить что-нибудь, склеротическая бабулька вновь взывает ко мне и требует удостовериться, что никто не украл ее верблюжье пальто. Ох, чувствую я, эта ночь будет долгой и чертовски трудной!

Глава 12

Правило двенадцатое. Никогда не флиртуйте с пассажирами, особенно с пьяными.

Я толкаю по проходу тележку с ужином, когда меня догоняет одна из стюардесс.

— Энни, тебя спрашивает одна пассажирка, — говорит она.

— Бабулька с фиолетовыми волосами?

— Точно! Она говорит, что ты украла ее пальто.

— Оно в отделении для ручной клади над ее креслом. Будь добра, зайка, вытащи его, покажи ей и потом сунь обратно, ладно? Спасибо тебе.

— А неподалеку от нее сидит мужчина, который спросил меня, замужем ли ты.

— И что ты ему ответила? — спрашиваю я с тревогой, потому что это наверняка опять «конский хвост» — больше некому. Многие знакомые интересуются, часто ли с нами пытаются познакомиться мужчины. К сожалению, чаще всего с нами пытаются познакомиться именно такие мужчины — пьяные и противные.

— Сказала, что не знаю.

— Еще раз спасибо. И раз уж ты все равно пойдешь к «Фиолетовой леди», скажи этому типу с конским хвостом, что я помолвлена и скоро выхожу замуж. Хорошо?

Она тут же опускает взгляд и оглядывает мои руки в поисках кольца, которое — будь я помолвлена — непременно сверкало бы на моем пальчике солидным камушком. Прежде чем она успевает что-нибудь спросить, я качаю головой и говорю: