Тэми Хоуг - Тонкая темная линия

А если это правда? Хотя мотивом для убийства это все равно не стало. Женщины не убивают женщин так, как расправились с Памелой Бишон.

Анни перешла улицу, села в джип и, поворачивая ключ в замке зажигания, еще раз взглянула на здание. Ренар стоял у окна на втором этаже и смотрел на нее. Она отвернулась и тронула машину с места. Ее джип помчался на другой конец города.

Донни Бишон с бутылкой пива в руке наблюдал за работой, сидя в конторке большого ангара. Донни так хотел порадовать свою девочку, воплотив ее фантазию в жизнь. Донни ни в чем не мог отказать дочери, и поэтому рабочие сейчас создавали платформу для карнавала на Марди-Гра. Он представлял себе, как Джози будет проводить с ним много часов, пока грузовая платформа станет превращаться в сказочное сооружение. Но Белла Дэвидсон увезла малышку на озеро Чарльза на целый день, чтобы, как она выразилась, «сменить обстановку».

– Чтобы держать ее подальше от меня, – со злобой пробормотал Донни себе под нос.

Он опрокинул бутылку и сразу же понял, что она пуста. Донни нахмурился и швырнул ее в бочку, где она присоединилась к своим давно опустевшим подружкам. Звон разбитого стекла был слышен даже сквозь грохот музыки кантри, доносящийся из радиоприемника. Кое-кто из рабочих обернулся и взглянул на него, но никто не произнес ни слова.

Отношение окружающих к нему очень изменилось после гибели Памелы. Донни казалось, что все за его спиной шепчутся и считают именно его, Донни Бишона, новым пугалом в Байу-Бро. Ему так хотелось, чтобы вся эта история осталась позади.

– Чертовы копы! – выругался он.

– Вероятно, мне следует уйти, – раздался голос. Анни нерешительно замерла в дверях.

Донни метнул в нее яростный взгляд.

– Разве мы знакомы?

– Анни Бруссар, из офиса шерифа, – на этот раз она продемонстрировала значок. «Будь упрямой» – ей снова вспомнились слова Фуркейда.

– О господи, теперь-то что еще? Что-то не в порядке с чеком? Если и так, то мне плевать. Можете отправить этого неблагодарного сукиного сына обратно в кутузку.

– Почему вы так говорите?

Донни собрался было рассказать о том, как Фуркейд на него наехал, но потом прикусил язык. Детектива ведь отстранили от дела. Не стоит рассказывать о его подозрениях еще одному полицейскому.

– Этот парень просто псих, вот и все. – Донни поднялся и теперь стоял напротив нее. – Итак, вы теперь вместо Фуркейда. А что случилось с тем вторым парнем, черным? Стоуксом, кажется?

– Ничего. Он все еще работает над этим делом.

– Да мне-то что. – Донни потянулся к старому холодильнику за новой бутылкой пива. – Если хотите знать мое мнение, то этот парень просто лентяй. Мне всегда казалось, что из этих двоих мозги есть только у Фуркейда. Чертовски плохо, что его отстранили. Правда, у него не все дома. – Бишон вскрыл очередную бутылку пива. – Проклятие, жаль, что Фуркейд не докопался до правды. Пива хотите?

– Нет, спасибо, – Анни чуть тряхнула головой, чтобы пряди волос прикрыли лицо, и Донни не смог ее сразу узнать.

– Ну да, вы же на службе. – Бишон хохотнул. – Хотя это никогда не останавливало известных мне полицейских, включая и Гаса Ноблие. Вы что, Новенькая?

– Мне необходимо задать вам пару вопросов.

– Клянусь честью, ребята, вы только и делаете, что задаете вопросы. У вас теперь больше ответов, чем вам требуется.

– Сегодня утром я говорила с Линдсей Фолкнер.

Лицо Донни перекосилось от отвращения.

– Она сообщила вам, что я воплощение антихриста, так? Эта женщина меня ненавидит. Они с Памелой были так близки. Насколько бывают близки женщины, если они не лесбиянки.

– Миссис Фолкнер сказала мне, что вы собираетесь продать доставшуюся вам по наследству долю в агентстве.

– Я сыт по горло своим собственным бизнесом. К тому же у меня нет желания иметь Линдсей деловым партнером.

– Она говорила, что вы нашли покупателя из Нового Орлеана. Это правда?

Донни игриво покосился на нее:

– Хороший бизнесмен никогда слишком не разбрасывается.

– Вы мне намекаете, что это блеф? – Анни улыбнулась в ответ, словно друг, желающий узнать секрет. – А то может всплыть имя, и тогда мне останется только позвонить и…

– Какое имя? – Анни даже ощутила, как Донни насторожился.

– Дюваль Маркот.

– Это блеф, – спокойно заявил Бишон. – Звоните куда угодно.

Донни поскреб щетину на подбородке и кивком головы указал на платформу:

– Что вы думаете об этом произведении искусства?

Анни повернула голову – дешевый сосновый каркас был обтянут проволокой. Две женщины украшали сооружение голубой гофрированной бумагой, смеялись, разговаривали, и им было не до серьезных мировых проблем.

– Это замок, – объяснил Донни. – Идея моей дочки. Она выбрала сцену из пьесы «Много шума из ничего». Вы можете в это поверить? Всего девять лет, а она взахлеб читает Шекспира.

– Джози очень умная девочка.

– Ей так хотелось помочь, но у ее бабушки другое мнение на этот счет. Еще одна женщина из семьи Дэвидсон устраивает заговор против меня.

– Разве родители Памелы собираются оспаривать ваше право на опеку?

Донни сгорбился, он не отводил взгляда от платформы.

– Даже не знаю. Я думаю, это зависит от того, отправят Хантера в тюрьму или нет. У меня преимущество – я никого не пытался убить последнее время. – Он покосился на Анни и добавил: – Это была шутка.

– Вы хотите, чтобы Джози все время жила с вами?

– Она моя дочь, и я люблю ее.

Как будто это так просто и легко. Можно подумать, ему удастся разделить две половины своего существа – Донни-отца и Донни-донжуана.

– Ходили слухи, что вы пытались отобрать девочку у Памелы.

– О боже, вы снова об этом! – Бишон поморщился. – Вы же нашли убийцу. Так почему бы вам его не арестовать? Я не убивал Памелу ни ради страховки, ни ради ее доли в бизнесе, ни в приступе ярости, ни по какой-либо еще причине, которая может взбрести вам в голову. Черт меня побери, да в тот вечер я вообще не мог пальцем пошевелить. Я так напился с приятелем, что едва сумел добраться до дома и сразу же отключился.

– Мне все это известно, – ответила Анни. – Я не рассматриваю вас как подозреваемого, мистер Бишон. – Хотя ей частенько приходило в голову, что, во-первых, состояние опьянения очень легко изобразить, а во-вторых, у Донни было больше мотивов для убийства, чем у кого-нибудь другого.

Согласно рапорту, Донни Бишон появился в баре «Буду Лаундж» между девятью и десятью часами вечера, и приятель отвез его домой около половины двенадцатого. Памелу видели живой в последний раз около восьми двадцати, а умерла она около полуночи. Так что у Донни была возможность расправиться с женой как до появления в баре, так и после возвращения домой.