Джеки Коллинз - Убийственно прекрасная

— Вот, оказывается, откуда ты черпала свои сумасбродные идейки, — усмехнулся Джино.

— Мама часто говорила мне, что девочки могут все.

— И ты, разумеется, последовала ее совету.

— Мне было пять, когда ее убили, — грустно сказала Лаки. — Только пять, но я ее не забыла…

— Я знаю, дочка, знаю… — проговорил Джино, протягивая ей руку.

И внезапно Лаки оказалась в объятиях человека, с которым столько спорила и даже ссорилась и который теперь состарился. И хотя ум Джино оставался по-прежнему ясен, Лаки знала, что недалек тот день, когда ей придется попрощаться и с ним — и это разобьет ей сердце.

Возникшую между ними близость нарушил Джино-младший, по своему обыкновению ворвавшийся в гостиную без стука.

— Когда ужин, ма? — громко спросил он. — Я умираю с голода!

Высвободившись из рук отца, Лаки выпрямилась.

— Ничего ты не умираешь, — сурово заметила она. — Но раз ты здесь, ты мог бы немного помочь мне с готовкой.

— Ну ма-а… — протянул Джино.

— Идем, идем, я научу тебя готовить настоящие итальянские фрикадельки. Тебе понравится, вот увидишь!

— Деда!.. — воззвал Джино-младший.

Джино-старший поспешил на помощь внуку.

— Пусть парень отдохнет, — проскрипел он. — Если хочешь, тебе поможет Пейдж. Она просто обожает катать фрикадельки.

Лаки покачала головой, изо всех сил стараясь не улыбаться. Джино всегда был большим оригиналом.

В конце концов Генри сумел остановить проезжавший мимо грузовик и, посулив водителю сто долларов, уговорил его взглянуть, что же случилось с закапризничавшим «Вольво».

Битых два часа он «голосовал» у обочины, но машины на шоссе появлялись редко, и ни одна из них не остановилась. Генри был близок к отчаянию, и, когда после долгого перерыва на дороге показался этот грузовик, он практически бросился ему под колеса, чтобы заставить водителя затормозить.

Водитель долго ворчал и жаловался, но когда стодолларовая купюра перекочевала к нему в карман, сменил гнев на милость и начал нехотя осматривать узлы и агрегаты «Вольво». Не найдя явных поломок, он взялся за дело более серьезно и вскоре обнаружил дефект. Во всем был виноват датчик топлива, стрелка которого застряла на середине шкалы, тогда как на самом деле бензобак был пуст.

— Тебе нужно на заправку, приятель! — вынес свой вердикт водитель и, запустив руку под майку, принялся скрести отвисшее волосатое брюхо.

Генри нахмурился. Чертов Маркус, совсем обленился. Неужели он не знал, что топливомер барахлит? И за что только этот бездельник получает деньги? Ведь следить за техническим состоянием машин в гараже — его прямая обязанность!

— И как я туда попаду? — спросил Генри, смерив водителя таким взглядом, словно тот был виноват в постигших его неприятностях.

— Ну, я мог бы продать тебе канистру бензина, скажем, еще за сотню баксов, — предложил дальнобойщик. — Вообще-то это мой неприкосновенный запас, но как не помочь человеку в беде?

Сто долларов за пять галлонов не самого лучшего бензина… Это был настоящий грабеж, но Генри не видел другого выхода и скрепя сердце согласился.

23

Войдя в спальню, Рени остановилась на пороге, пристально глядя на распростертое на полу безжизненное тело Тасмин.

— Ты сломал ей шею… — проговорила она после непродолжительной паузы, все еще не веря, что такое могло случиться в ее отеле. — Какого черта, Энтони?!

— Она первая на меня напала, — огрызнулся он, злясь из-за внезапно возникших осложнений. — Я даже подумал — еще немного, и она меня пристрелит.

— Пристрелит? Из чего? Ведь она же совсем голая! — сказала Рени, с недоверием качая головой.

— А что, по-твоему, я должен был делать? — бросил Энтони, которому не терпелось поскорее покинуть Вегас. Положение, в котором он оказался, было крайне неприятным, но оно его не пугало, а скорее раздражало. — Между прочим, это ты виновата, — добавил он. — Эта твоя девка — форменная психопатка!

— Ты убил человека, а виновата я? — произнесла Рени ледяным тоном, но Энтони не удостоил ее ответа.

— В общем, ты заварила кашу, тебе и расхлебывать, — решительно сказал он и бросил быстрый взгляд на часы. — Избавься от тела. Я не желаю иметь к этому никакого отношения.

— Черт тебя возьми, Энтони! — воскликнула Рени. — Как, скажи на милость, я смогу это сделать? Не забывай — речь идет не о какой-то безымянной шлюхе. Тасмин была вполне приличной женщиной, у нее была хорошая работа, было много друзей, к тому же она воспитывала ребенка… Нет, не может она просто исчезнуть, чтобы ее никто не хватился. Ее будут искать и в конце концов найдут. А когда это произойдет, у тебя будут крупные неприятности!

Энтони повернулся к ней и прищурился. Его глаза холодно сверкнули.

— У меня будут неприятности? — переспросил он. — Так ты, значит, действительно считаешь, что ответственность за все это лежит на мне?

— А на ком же?

— Эта тварь вела себя как самая настоящая сумасшедшая, — едва не заорал он, — вот и получила по заслугам!

— Ну конечно, — усмехнулась Рени. — А ты, стало быть, ни при чем, так?

— Да что тебе не нравится? — рявкнул Энтони, багровея от гнева.

— Ты был слишком груб с ней. Это сразу видно!

— Ты просто издеваешься надо мной! — взорвался Энтони. — Твоя чертова Тасмин была просто помешана на сексе, на извращенном сексе!

— Ты взрослый мужчина, Энтони, неужели ты не мог сдержаться и не убивать ее?

— Вот что я тебе скажу, Рени, — проговорил Энтони, который пришел в еще большую ярость из-за того, что ему приходилось оправдываться. — Эта тварь, эта так называемая приличная женщина хотела, чтобы я лизал ей между ног! Но я никогда, слышишь, никогда не опускался до этого!

— В оральном сексе нет ничего унизительного, это совершенно нормально, — сказала Рени, глядя на него почти с ненавистью.

— Может быть, для тебя это действительно нормально, — отрезал Энтони. — Да только тогда ты сама — ненормальная!

— Значит, из-за этого ты сломал ей шею? Из-за своих замшелых представлений о том, как должен вести себя настоящий мужчина?

— Сколько раз тебе повторять — она набросилась на меня без всякой причины!.. — взвился Энтони, гадая, какого черта он оправдывается. — Мне пришлось защищаться. В твоей девчонке около шести футов роста, к тому же она сильна, как лошадь. Короче говоря, Рени, ты должна позаботиться об этом, как я в свое время позаботился о твоих проблемах. Я ведь помог тебе бежать из Колумбии, помнишь?

Да, Рени очень хорошо помнила то время. Энтони действительно помог ей покинуть страну, а заодно и прикарманил половину спрятанных Оскаром денег. И потом, когда они со Сьюзи собирали средства, чтобы построить «Кавендиш», он влез в их компанию, объявив себя негласным участником партнерства. Никаких бумаг, никаких налогов — только ежемесячные выплаты наличными.