Развод. Бессердечная овечка - Зоя Астэр

А то, что, только ему можно скрытничать?

Когда забираем Катю с Филом, малыши просто пищат от восторга. Они любят, когда папа и мама приходят за ними вместе.

Какое-то даже праздничное настроение появляется. Цветы. Радостные дети.

Когда паркуемся возле дома, Юра выходит первым, открывает мне дверь и протягивает руку, помогая выйти.

Затем достаёт из багажника цветы и снова вручает мне букет.

Пользуясь тем, что мои руки заняты, ловко заправляет мне за ухо прядь, откидывает волосы на спину и касается кончиками пальцев кожи. Провидит вниз по шее, до края блузки.

- От ветрянки не осталось и следа, - низкий шёпот на ухо. – Твоя кожа снова бархатная, как лепестки этих роз…

Смотрю на Юру с осуждением. Он, правда, думает, что соблазнит меня букетами и комплиментами?

Парочка веников и нежные речи не перевесят разбитого сердца. Зря старается.

- И пахнешь ты сладко, как розы… -не сдаётся муж.

- Угу, - киваю я.

Перехватываю цветы поудобнее и иду к дому вслед за Катюшей и Филом.

Юра не отстаёт.

- Может, пригласишь на ужин? – наглеет муж.

Чувствую, как внутри закипает ехидное веселье.

- А знаешь, что? – отвечаю я, - Давай, конечно, оставайся на ужин.

Я открываю дверь, пропуская детей и мужа внутрь.

- Серьёзно? –удивляется Юра лёгкой победе.

- Конечно, - с искренней улыбкой отвечаю я. – У меня как раз дела. Ты оставайся. Ужин готов. Разогреешь и поешь вместе с детьми. Раз у тебя свободный вечер, то сегодня с ними сидишь ты, а я пошла…

Ещё раз вдыхаю нежный аромат роз, отдаю букет обратно Юре, разворачиваюсь и сбегаю вниз по ступенькам.

Сергей давно просил меня найти время для позирования. Не стоит подводить человека. Он ведь должен успеть закончить работу к выставке.

37

В следующие несколько недель я езжу к Сергею в квартиру позировать два раза в неделю по вечерам. Иногда с детьми остаётся в это время няня. А пару раз смог посидеть и Юра.

Пришлось рассказать мужу о том, что с меня рисуют портрет, а то он разволновался так, будто я хожу участвовать в чём-то таком, что мы видели на том злосчастном видео, за которое от школы отстранили Тимура.

Не то, чтобы Юра имел право меня ревновать. Просто я ведь и правда хожу не на свидания. Думала, мужа моё объяснение успокоит.

Но не тут-то было. Юра явно не одобрял такого занятия. Бесконечно выспрашивал подробности и порывался довезти и забрать меня оттуда. Да он бы и в квартире Сергея сидел и ворчал под руку художнику, если бы мы его пустили, но кто тогда остался бы сидеть с детьми?

А между прочим, волнуется муж совершенно напрасно. Сергей к своему творчеству подходит очень серьёзно.

Его больше интересует хороший естественный свет из окна и то, чтобы моё лицо оставалось неподвижным и расслабленным.

- Кира, не хмурься… верни обратно руку… не закрывай глаза, - вот всё, что можно услышать от него на протяжении полутора часов, что мы проводим вдвоём.

С интересом он смотрит на своё полотно, а вовсе не на меня.

В итоге картин получилось целых три. Во-первых, мой портрет. Во-вторых, двойной портрет с Катюшей на руках. Это тоже была просьба Сергея. Он рисовал материнство. Правда, Катю в силу возраста сложно было уговорить долго позировать. И Сергей постоянно что-то перерисовывал. Правил и правил до тех пор, пока Катя не залезла однажды в его краски. После этого художник торжественно объявил нам, что позировать вдвоём больше не нужно, и остальную работу он доделает самостоятельно.

Ну а для третьей картины мне понадобилась смелость. И даже дерзость. Сергей попросил позировать без одежды. Спросил, как само собой разумеющееся. Наверно, для него так оно и есть. Ничего особенного. Просто голое тело, такое же, как у всех. Но я, конечно, не так свободно к этому отношусь.

Позировать голой я наотрез отказалась, и тогда Сергей предложил компромисс. Он завернул меня в простыню, тщательно разложил на ней складки и остался этим вполне доволен.

Ткань он раскладывал минут тридцать, не меньше. И рисовал с особой тщательностью именно эту простыню. Стонал и ругался каждый раз, когда я делала слишком глубокий вдох, нарушая созданную им композицию.

Мои черты на картине Сергей сделал намерено размытыми. Нечитаемыми.

Очень интересный эффект получился. Девушка-видение, которую невозможно до конца разглядеть. Это, конечно, совсем не я. Просто фантазия самого Сергея.

Я благодарна Сергею за то, что он уговорил меня на такой смелый шаг. Неловко было только первые пять минут. Ничего страшного не произошло. Зато я почувствовала себя смелой и свободной.

Чуть-чуть похожей на загадочную красивую девушку с третьей картины.

Впрочем, я обрадовалась, когда работа с Сергеем подошла к концу, потому что основную работу в фирме Дмитрия никто не отменял. От дополнительной нагрузки я уставала, хоть в моём доме и появились две чудесные помощницы.

Светлана Анатольевна приходила два раза в неделю, чтобы помочь навести порядок и приготовить еду. А Лиза, племянница Светланы Анатольевны, между прочим, прижилась у нас няней. Девушке было двадцать два года. Она окончила педагогический институт, и вместо того, чтобы идти работать в школу или сад, предпочла устроиться няней.

Малышам она очень понравилась. Энергичная Елизавета могла с утра до ночи носиться с ними и не уставать. Ксюша тоже няню одобрила. Лиза отвозила и забирала её из музыкальной школы, и, кажется, всю дорогу девочки болтали.

Я очень рада, что нашла людей, которых можно пустить в дом. Это оказалось не так уж и страшно, как я думала раньше. Я не перестала быть хозяйкой, зато появилось больше свободного времени. И я хотела проводить его с детьми, а не сидя в неудобной позе часами в мастерской Сергея.

Правда, на свою зарплату без помощи Юры я бы не смогла позволить себе ни Лизу, ни, скорее всего, Светлану Анатольевну. Максимум хватило бы на сервис доставки готовой еды и клининг раз в месяц. И то не факт, учитывая, сколько всего нужно четырём детям.

Ладно, чего уж там, без Юриной поддержки моей зарплаты едва ли хватило бы на еду и одежду для нашей оравы. Ни о каких частных школах и помощницах по дому и речи бы не