Принц криминальной империи - Екатерина Орлова

человек из свиты Артура. Так что пока делаем скорбное лицо и страдаем по Артуру.

— Как он? — спрашиваю и поднимаю взгляд на брата. — Он был без сознания.

— Отрубился ненадолго, — хмыкает Демон. — Но ничего смертельного, не переживай.

— А где он? В больнице?

— У нас дома.

— Дим, когда все это закончится? Я не знаю, что там происходит, но мне очень страшно.

— Не дрейфь, малявка, — подмигивает брат. — Скоро Артур с папой все разрулят. А мы с тобой пока почиллим здесь. Ну что? — спрашивает более бодрым голосом и отстраняется. — Еда в этом доме есть?

Пока Демон крутится на кухне, сооружая нам ужин — потому что у меня “лапки”, - я завариваю ароматный чай. Потом мы садимся ужинать.

— Ну рассказывай, Симка, — говорит Демон, а я поднимаю взгляд от тарелки и впиваюсь им в брата.

— О чем рассказывать?

— Что у вас с Артуром?

— Ты же не станешь нести всю эту хренотень про то, что твой друг не может быть с твоей сестрой?

— В смысле — быть? — хмурится Демон. — А ты с ним…

Он не заканчивает предложение. Зато в вилку пальцами впивается так, что того и гляди погнет ее.

— Это не твое дело! — выпаливаю.

— Это именно мое дело! — рявкает брат.

— Начинается, — закатываю глаза.

У меня чертовски вспыльчивый брат. Если Демон завелся, это надолго. Но самое ужасное, что его не остановить. Главное, что Артура нет рядом, иначе я даже боюсь представить, что было бы. А вот если бы жена Димы была здесь, то могла бы помочь. Ангелина умеет гасить эти его вспышки гнева.

— Не надо мне тут про “начинается”! — рычит Демон. — Предполагалось, что брак будет фиктивным! Я был против даже такого, но отец решил все без меня! Сима! Он, блядь… он извращенец! Привязывает девок к кроватям, дрюкает их до потери сознания!

— Он не такой! — выкрикиваю. — Ты его совсем не знаешь!

— Я не знаю? — ухмыляется брат. Надо сказать, улыбка сейчас выглядит действительно демонической. Немного пугает даже. — Да я с ним столько лет! Ты сколько с ним тесно общаешься? Месяц? Неделю? Сима, блядь! Открой глаза! Он не такой, как тебе кажется! Тебе нужен нормальный приличный чувак, который будет катать тебя по твоим Балям и Гоам, а не драть в самых невероятных позах, пока ты не отрубишься! Тьфу, блядь, даже представлять такое не хочу!

— Прекрати! — восклицаю. — Я не буду это слушать! Артур совсем другой! Может, из-за того, что любит, я не знаю.

— Любит? — злобно хмыкает мой брат. — Он никого не любит! Никого, кроме себя! Запомни это!

— Он сказал, что любит меня! И что ради меня весь мир замочит!

— А ты и уши развесила, дурында! Да он мог влить тебе в уши хуеву тучу дерьма, а ты повелась, как идиотка! Сима, это пиздец какой-то! Выкидывай его из своей головы! Как только вся эта херня закончится, возвращайся в свой мир розовых единорогов и забудь об Артуре. Он охуенный друг, но будет херовым мужем. Хотя бы только потому, что рано или поздно устанет от тебя и найдет ту, которая будет удовлетворять все его запросы. У него нехеровые такие аппетиты в сексе.

— Замолчи! — выкрикиваю и закрываю уши. — Не хочу тебя слушать!

— Влюбилась уже, что ли? Ой, дура, — вздыхает брат. — Сима…

— Да пошел ты! — ору и вскакиваю со своего места. — Ты ничего не знаешь! Не понимаешь!

— Сима! Куда ты собралась?! — Демон тоже встает из-за стола, когда я уже несусь прочь из этого домика. — Тормози!

Распахиваю дверь и замираю. Прямо передо мной вырастает огромный мужик.

— Серафима, вернитесь, пожалуйста, в дом, — говорит он спокойно.

Я оборачиваюсь лицом к брату.

— Дим, кто это? — спрашиваю тихо.

— Наша охрана, — отвечает он и подходит ко мне. Кивает мужику и закрывает дверь. — Симка, послушай меня.

— Что послушать? Как ты обливаешь грязью своего друга? — взвиваюсь. — Или какая я дура, потому что влюбилась в него?

— Че сделала? — спрашивает Демон, и его брови подскакивают вверх.

— Все! — отрезаю и рассекаю ладонью воздух. — Разговор окончен! Мои с Артуром отношения никого не касаются! В том числе, тебя, ясно?

Демон закипает. Я вижу, как сильно у него раздуваются ноздри, как он сжимает и разжимает кулаки, как мечет в меня молнии. Но… молчит, а это уже результат.

— Я иду спать! — заявляю. — А ты… подумай над своим поведением!

Развернувшись, сваливаю в спальню.

Сна, конечно, ни в одном глазу. Куда там спать, если я вся как на иголках. Из-за Артура, из-за сказанного Димой, вообще из-за всей этой ситуации.

Что там сказал мой брат?

Его слова звучат в голове голосом Демона.

Привязывает девушек к кровати… Дерет до потери сознания…

Я, конечно, подозревала, что Артур не со всеми своими девушками был такой нежный, как со мной. И все же…

Мне не дают покоя слова брата о том, что рано или поздно Артуру станет мало меня. Тогда он, возможно, пойдет искать себе приключения на стороне. Те, которые согласятся быть привязанными и растерзанными в постели до последнего вдоха.

Нет, если слова Димы правдивы, у меня даже не возникает мысли о том, что я смогу дать Артуру то, в чем он будет нуждаться. Но и делить своего любимого ни с кем не стану.

Следующие два дня мы с Демоном почти не разговариваем. Только по делу и исключительно в вежливой форме. Ни я, ни он не пытаемся возобновить разговор. Хотя по его внимательному взгляду я вижу, что он ждет, пока я сама начну говорить. Но я молчу. А что сказать? Если Артур действительно такой, каким его описал мой брат… будет больно. А пока я предпочитаю считать Артура таким, каким узнала его без присутствия моего брата.

Просыпаюсь на третий день от криков, доносящихся с улицы. Подскакиваю с кровати и с колотящимся сердцем бросаюсь к окну. Отдернув штору, выглядываю на улицу, и ахаю, увидев, как дерутся Артур и Демон.

Глава 42

Артур

Я прихожу в себя еще по дороге до вертолетной площадки. Сажусь на сиденье и тру затылок. Нехило так приложил меня этот урод.

— Как Серафима? — спрашиваю и кривлюсь от боли в голове.

— Все хорошо, — отвечает один из моих бойцов. — Отвезем вас, а потом привезем ее брата, чтобы побыл с ней.

— Хорошо.

Потом мы летим в город. Там снова едем в машине до дома Громовых, где меня осматривает прикормленный Алексеем Валерьевичем врач. Когда эскулап выносит вердикт, что, не считая ушиба, я не пострадал, выпиваю