Drama Queens, или Переполох на школьном балу (СИ) - Побединская Виктория

– Неужели одна сгоревшая елка могла стать причиной ссоры? Вы, кажется, были близки?

– Дело было не только в елке. Нам не стоит…

говорить об этом.

– Разве есть то, о чем мы не можем поговорить?

– Есть, Люк, и довольно много. Например, твоя новая девушка и та, в которую ты влюблен, наш поцелуй, моя дружба с Кэт и Тейлор, тот факт, что я все еще бездарно танцую, и то, что нам предстоит учиться в одном университете, а я этого не хочу! И то, что я буду отмечать Рождество с твоей, а не со своей семьей, я тоже не хочу обсуждать.

И что я не стану королевой школы даже не потому, что не хочу этого, а потому, что это невозможно.

Так зачем тратить целый субботний вечер ради этих глупостей с платьем? Я все равно… останусь собой. Ни одно платье меня не сделало красоткой, так почему сделает это?

– Ты красотка.

– О, ради бога, Люк, прекрати, доедай уже!

И пойдем купим хоть что‑нибудь!

Рядом с их столиком уже стоял крафтовый пакет, в котором лежал костюм для Люка. Найти отлично сидящие вещи на такого, как Большой Волк, было проще простого, как будто все шили наряды именно для будущих королей-баскетболистов. Дело оставалось за Пенни. Платья в магазинах были для девушек среднего роста, которых природа наградила хоть какими‑то формами, пусть не самыми пышными, но не нулевыми.

– Может, сразу пойдем в детский отдел? – буркнула Пенни, скрестив руки на груди, как только они вышли из кафе.

– Пошли уже, сейчас все будет, – бодро сказал Люк и направился к одному из самых роскошных отделов.

– Нет-нет, я туда не пойду! – Пенни вцепилась в локоть Люка, но в итоге он даже не сбавил хода, а она потащилась за ним как на буксире. – Нет!

Мой бюджет скромнее, и мне там точно ничего не подойдет.

– А я кое‑что заметил! – Люк продолжал тащить упиравшуюся и протестующую Пенни, не обращая ни на что внимания. – Смотри!

Он заставил Пенни поднять голову, просто приподняв ее подбородок пальцем. При этом пчелы завозились в животе, так что Пенни пришлось прикрыть глаза и досчитать до трех. Нет, с этим точно нужно обращаться к врачу. Это, кажется, изжога.

Это потому, что Большой Люк Уилсон такой горячий?

Она рассмеялась над собственной шуткой и набралась смелости открыть глаза.

Платье было красным. Совсем как футболка Люка, что висела у Пенни в шкафу. Юбка из тончайшей прозрачной ткани, усыпанная крошечными кристаллами, и лаконичный, ничем не украшенный лиф.

– Нет. Это стоит целое состояние, и оно…

красное.

– И что?

– Ярко. Вызывающе.

– Ничуть. Просто примерь.

– Не может быть моего размера.

– Простите, есть вот это платье на вот эту девушку?

Консультант предсказуемо смерила Пенни таким взглядом, будто вообще не понимала, как такую покупательницу к ним занесло, и пообещала «что‑нибудь придумать».

– Я не стану, – со слезами на глазах пробормотала Пенни.

– Пожалуйста… – тихо попросил Люк. – Просто примерь. Ну? Ради меня.

– Мы не станем его покупать. Ни при каких обстоятельствах.

– Хорошо. Ни при каких обстоятельствах.

Пенни вошла в примерочную, чувствуя себя здесь совершенно чужой, и с ужасом поняла, что консультант идет к ним с платьем в руках.

– Кажется, это подойдет, – с сомнением пробормотала она. – Я вам помогу. Идемте в кабинку.

Платье в ее руках и правда казалось крошечным, как будто сшитым на куклу, и Пенни даже поверила, что оно окажется впору. Обычно все, что красиво смотрелось на манекенах, на ней выглядело просто смешно, так что она боялась снимать одежд и брать из рук девушки дорогой красивый наряд.

Он тут же потеряет всю прелесть на такой нескладной модели, как Пенни.

– Вам помочь с застежкой?

– Нет, я справлюсь.

Пенни не хотелось, чтобы консультант видела ее позор, так что она быстро разделась и натянула

платье, прижав лиф к груди руками. Выдохнула и даже не взглянула в зеркало.

– Ну что там? – Это был Люк.

– Ты один?

– Да.

– Ладно, помоги, я сама не застегну.

Это было очевидно, но уж лучше Люк, чем эта особа. Он, по крайней мере, и так всю жизнь смеется над Пенни, хуже не будет. Да и в каком только виде он ее не наблюдал. От красной баскетбольной майки до ужасного купальника с единорогом во весь живот. Он отдернул шторку и замер за спиной Пенни, глядя на нее в отражении.

– А волосы распустишь? – шепнул он.

– Еще чего, – так же тихо ответила она.

Кожа от прикосновений пальцев Люка к спине покрылась мурашками. Он застегивал крючки один за другим, и платье аккуратно облегало фигуру, будто для Пенни и шилось.

– Потрясающе! – улыбнулся Люк. – Пенни, ты очень… очень красивая.

Он. Назвал. Ее. Пенни. Просто Пенни.

– Разрешите пригласить вас на танец?

Он подал руку. Пенни как во сне подала свою и все‑таки взглянула в зеркало. Красотка, что стояла напротив, и правда преобразилась из‑за алого платья со сверкающей пышной юбкой. Плечи и руки были открыты, а тело не казалось до смешного детским.

– Ты будешь самой красивой. Стив – везучий придурок, ему досталась офигенно красивая

девушка. – С этими словами Люк раскрутил Пенни, заставил сделать пару шагов, во время которых она почувствовала, будто и правда умеет танцевать.

Платье сделало ее изящнее и грациознее, а Люк держался куда лучше Стива и просто переставлял Пенни с места на место и… треск! Люк наступил на подол.

– Люк…

– Кажется, нам придется купить его, – пожал он плечами с широченной улыбкой на губах.

– Это… это же вандализм… это…

– Что? Я совершил ошибку и исправлю ее.

Мисс, простите, я наступил на подол и порвал это платье. Мне придется купить его.

– Оу! – Консультант споткнулась на ровном месте: кажется, такое обращение с вещами ее просто-напросто шокировало.

– Люк! – Пенни набрала воздуха в грудь. – Оно стоит почти триста долларов!

– Ты же умеешь шить? Тут починить‑то…

пара минут!

Пенни уставилась на оторванный край подола и застонала.

– Если хочешь, купи другое, но это все равно придется оплатить.

Он победил. Чертов Большой Люк Уилсон победил.

– О, вот вы где! – Сара возникла в дверях примерочной. – А я тороп… Пенелопа! Это просто идеально! А я присмотрела чудные туфли, и они прекрасно подойдут! Волосы мы распустим, и красную ленту в них, как у Блэр Уолдорф. Или нет.

Высокий пучок. О! Ты просто идеальна! Правда, сынок?

Вот теперь все кончено. Пенни пойдет на бал в красном!

Глава, в которой Пенни распутывает гирлянды, Тейлор поет итальянские песни, а Кэтрин учится грязным танцам

ТЕЙЛОР ДЖОНСОН ПОЙМАЛА себя на мысли, что репетиции вальса – то, чего она с нетерпением ждет в своем школьном расписании, и каждый раз под конец очередной репетиции испытывает легкую грусть. Ведь Лоренс не выпускает ее из объятий.

– У нас неплохо получается, – бросил Лоренс, ероша светлые сверкающие волосы.

Тейлор все же спрятала маску для волос в укромное местечко, подальше от пронырливых рук этого самодовольного болвана.

– Я рада, что миссис Шнайдер не участвует в подготовке, с Кэт и Хитом веселее, – отозвалась Тейлор.

С той самой ссоры девочки не разговаривали.

Кэт лишь делала замечания тоном учительницы,

Пенни стояла со Стивом и смотрела в пол. Вид у нее был задумчиво-печальный. Интересно, почему Люк Уилсон больше не с ней в паре? Джонсон умирала от любопытства, как и вся школа, но, конечно, Тейлор в жизни никому бы в этом не призналась. Она стащила резинку с волос и слегка их распушила. День был долгим, но она бы еще два часа танцевала с Дэном и не заикнулась бы об усталости. В этом Тейлор тоже не призналась бы никому в жизни.

– Стой, – пробормотал Лоренс и потянул ее за талию ближе к себе. Их тела соприкоснулись, и Тейлор затаила дыхание.

Вроде бы стоило уже привыкнуть, ведь он так часто прикасался к ней. Но она не могла. Каждое его касание отзывалось волной дрожи по всем телу. Дэниел запустил пальцы ей в волосы.