Ненужные дети. Прошлое между нами (СИ) - Лена Голд

— Знал бы я, что у меня есть дети… Давно пришел бы за вами.

— Почему маму не нашел? — первый вопрос, который застаёт меня врасплох.

Как ребенку объяснить, что Маша фамилию поменяла и найти ее стало нереально. Ведь для них все просто… И если бы не та случайная встреча ребят с Машей, то я до сих пор карабкался бы на месте. Именно в этой ситуации я был бессилен. За что проклинаю себя каждый божий день.

— Не смог, — сглатываю тяжело. — Я хотел, но не получилось.

— А ты любишь маму?

— Конечно люблю, Саш. Как и вас с сестрой. Я жизнь свою без вас не представляю. Вы же моя семья.

Сводит брови к переносице. Смотрит так, что я машинально свое детство вспоминаю. Аж сердце разрывается от мысли, что я собственноручно все просрал. Сын так похож на меня… Словами не передать. А мог бы все те годы, что мы были вдали друг от друга, находиться рядом. Однако я не оставил ни единого шанса на прощение со стороны Маши.

— Тогда почему ссоритесь?

— Я не ссорюсь. И мама тоже. Ну, это выходит как-то нечаянно. Можем чуточку поспорить. У тебя ведь тоже так бывает. Ты же врезал тому мальчишке во дворе. Забыл?

Хмурится. Переваривает мои слова. А потом снова кивает. Мол, понял.

— Не забыл. Он заслужил, — отвечает твердо. — А мама — нет. Она хорошая.

— Она самая лучшая, — улыбаюсь. На что снова получаю удивленный взгляд сына. — Саш, если бы у меня была возможность прокрутить время назад, клянусь, я бы это сделал и все изменил. Хотел бы быть рядом с вами все те годы, которые вы росли без меня. Пытаюсь все наладить, — развожу руками. — Пытаюсь доказать, что вы мне очень нужны. Если ты думаешь, что я могу когда-то снова уйти, то ты ошибаешься. Никогда не уйду, не оставлю вас. Честное слово.

— Маму любишь? — повторяет свой вопрос. Я же выдыхаю.

— Люблю.

Кивает. Не знаю, что он хочет услышать. Но опять хмурится, глядя мне в глаза. Хоть что-то… Раньше вообще не смотрел.

— Машину мамы починил? — вдруг вспоминает, спрашивает совсем тихо, будто Маша может услышать. Даже вперёд подаётся.

— Конечно. Она уже во дворе.

Улыбается одобрительно.

— Класс. Мама будет рада.

Я бы поспорил. Будет ругаться, что без ее согласия все сделал.

— Саш…

— Да, — поднимает глаза. На меня смотрит.

— Мир? — протягиваю ладонь. Сын поджимает губы, а потом сглатывает. Не знаю, пожал бы он мне руку или нет… И не узнаю. Потому что именно в этот момент в помещение заходит Дашка.

— Саш, пойдем играть! — восклицает она громко.

Машка так и стоит на пороге, смотрит на нас такими глазами… Они сверкают, наверное, от счастья. Ведь Саша сидит рядом, нет в его взгляде недовольства.

— Пойдем, — соглашается он, напоследок посмотрев на меня. Уходят в соседнее помещение, я же хлопаю ладонью на диван рядом с собой, глядя на Машу. Она опускается и, повернув ко мне голову, вопросительно выгибает бровь.

— Надеюсь, все окей? — спрашивает тихо.

— Вроде, — пожимаю плечами. — Маша, сын хочет, чтобы мы помирились. Он видит напряжение между нами. Так что… — Наклоняюсь к ней, но она, уперевшись руками мне в грудь, не позволяет.

— Не испытывай удачу, Виктор.

— Знаешь, как будут рады дети, если я тебя сейчас поцелую?

— А мне будет в кайф, если я тебе сейчас врежу пощечину, — ворчит недовольно. — Хватит меня бесить. Понял?

— Ну и ладно, — сжав ее запястье, подношу к губам. Целую тыльную сторону. Не сопротивляется. Но и эмоций никаких нет. Лицо у Маши каменное.

Улыбаюсь и, повернув голову, смотрю на детей. Между помещениями стеклянная стена. И едва нахожу взглядом Сашу, вижу, что он наблюдает за нами.

— Он невероятен, — хрипло шепчу.

— Он, в отличии от своего отца, умный и рассудительный мальчик. Должен сто раз в чем-то убедиться, в противном случае не сделает категорический шаг. И ему всего пять лет, Виктор. Интересно, в кого он пошел такой… Варианты есть? Уж точно не в тебя… Ты из тех, кто срубает с плеча, не разобравшись. А потом жалеет как собака. Да только поздно становится!

Даже возразить нечего. Дерзости Маши нет предела. Но она права. Поэтому я затыкаю свой рот и не лезу к ней. Сын почти смягчился. Да, ещё не полностью, но чувствую, что осталось совсем чуть-чуть. А вот с Машей все будет куда сложнее. Она же не ребенок. Мои слова вряд ли ее убедят. Потому что я ещё в прошлом два раза разочаровал ее. Ещё один шанс она мне не даст. Без сомнений. Но надежда умирает последней, как говорится.

Около часа дети не появляются. Решаю обсудить с Машей работу. Благо, на вопросы отвечает, даже подкидывает идеи. Я же который раз убеждаюсь, что она очень внимательная, рассудительная девушка, которой нет замены. Никого, кроме нее, не хочу в своей жизни. Она единственная, рядом с которой я думаю о будущем. О совместном будущем, конечно.

— Миша сказал, что возвращается в Москву, — говорит она, забирая бокал виноградного сока. Делает глоток, глядя на меня исподлобья. — Сначала Антон, а теперь он…

— Если есть вопросы, задавай их прямо, Маш. Скрывать мне нечего. На что ты намекаешь?

— Просто рассуждаю вслух.

— Между нами ничего не произошло, если ты об этом. Просто… У каждого своя жизнь. У Миши жена, у Антона…

— Настя, — договаривает вместо меня. — Заждалась, девочка?

— Наверное, — хмыкаю. — У них сложные отношения, Маш. А точнее, я даже не знаю, есть ли они вообще. Антон ее уже который год взаперти держит.

Маша хмурится. Взгляд ее становится тяжёлым, задумчивым.

— В каком мы веке живём, Виктор?

— Я к ним просто не лезу. Без понятия, что творят. Не хочется обсуждать эту тему, если что. А насчёт Миши без проблем, — выдыхаю.

— Я заметила, что Миша постоянно думает о чем-то своем. До него не всегда доходит, о чем вообще речь. Часто приходится повторять свой вопрос.

— Проблемы с личной жизнью. Но мне кажется, что он преувеличивает.

— В плане?

Выдыхаю очередной раз.

— Он хочет отцом стать. А жена… Забеременеть не может.

— Единственное, что ему остаётся, так это терпеливо ждать и не наезжать на жену, если она просто не может, как ты сказал. А если не хочет, то это уже другое дело. Ладно… Действительно, надо поменять тему. Все-таки это их личная жизнь и лезть нам туда точно не стоит.

— Как