До мурашек - Ана Сакру

ресницами. А у самой глаза пьяные-пьяные. Утонуть можно - две воронки черных бездонных.

- В лесок, тут прийти могут.

Ответом мне служит нервное пф-ф-ф.

- Ну уж нет, - улыбается Гуля, взъерошивая мне волосы на затылке.

- Тогда ко мне, - не сдаюсь.

Скользит ласковым туманным взглядом по моему лицу, гладит скулу тонкими пальчиками.

- У тебя же там рабочие, Лёв, - мягко напоминает.

- Ну и что? Не в спальне же, - бурчу. Меня это начинает раздражать. У меня уже внизу онемело всё от притока крови.

На хрена начинала тогда?

Но Гуля молчит и вместо слов невесомыми как прикосновение перышка поцелуями покрывает моё лицо. Тяжело выдыхаю и снова расслабляюсь, прикрывая глаза и рассеянно водя ладонями по её спине и бедрам. Если ей просто вот так посидеть хочется, то...ладно. В нежнятинке тоже есть своя прелесть, хотя я бы конечно проголосовал за "по-быстрому стоя у какого-нибудь дуба потрахаться"...

- Как мать вчера? - интересуюсь лениво, вспоминая вчерашнее утро.

Гулико бархатно фыркает.

- Я припугнула ее тем, что перееду к тебе, и на этом разговор закончился.

- Я бы хотел, чтобы ты и правда переехала, а не просто пугала мной родственников, - хмурюсь.

- Зачем тебе мой переезд? - отстраняется от меня Гуля, чтобы удобней было смотреть прямо в глаза.

Вглядываемся друг в друга, ища ответы. Внутри тут же тревожно натягивается от предчувствия, что вот она - стадия переговоров. С тоской мелькает мысль, что где-то в параллельной вселенной, стоя у векового дуба, я уже давлю ладонью ей на поясницу, чтобы выгнулась поудобней, но в реальности между нами уплотняется воздух от совсем другого напряжения.

- Надоедает за тобой бегать, - отвечаю правду, смотря в упор.

- Можешь не бегать, - парирует тихо, а лицо словно ледяной коркой покрывается.

Физически чувствую, как снова отдаляется, уходя в какие-то свои обиды и домыслы, и хочется её встряхнуть. Ведь просто же всё!

- Не могу... - хрипло признаюсь вслух.

Впиваемся горящими глазами друг в друга, дыша через раз. Словно где-то на более тонких уровнях между нами идёт гораздо более откровенный диалог, а мы всего лишь силимся его расслышать.

- В Краснодаре тоже будешь бегать? - спрашивает сдавленным шепотом, и я нутром чую, что ей принципиален ответ, и именно поэтому не могу соврать.

Молчу, ощущая, что это провал. Что Гуля физически продолжает сидеть на моих коленях, а мыслями в пропасть проваливается между нами. Правда в том, что я не знаю, что будет потом, в Краснодаре, но вот так опять таскаться за ней с протянутой рукой я больше не хочу.

Я всю жизнь за ней бегал. И что-то так и не догнал, так что...

Хочу, чтобы и она.

Пока думаю, как это сказать, у Гули уже свои выводы.

- Значит только тут от скуки, а там уже нужды не будет, - бросает Гулька ледяным тоном и порывается слезть с колен.

Не даю, мертвой хваткой удерживая её бедра. Гулико одаривает меня за это разъяренным и одновременно арктическим взглядом, как умеет только она, и упирается ладонями мне в грудь, выказывая сопротивление.

Бесит! Но так хороша...

- Скорее не собираюсь быть запасным аэродромом, Гулён, - чувствую, как внутри тоже подкипает, и от этого голос становится резким, - Которым ты решила вдруг воспользоваться, потому что жизнь повернулась немного не так, как ты хотела. И с которого улетишь, как только появится что-то более интересное. Я вторым пилотом не буду. Так что вопрос про Краснодар лучше адресуй себе...

У неё глаза заметно округляются от возмущения или от обиды, что в точку попал. Меня сейчас так накрывает тем, что высказался, что сложно разобрать.

- То есть я тобой сейчас пользуюсь? Отлично... - сипит и снова вырывается в попытке встать.

Не даю. Держу, вжимаю в себя, несмотря на ладони, упирающиеся мне в грудь. Под давлением сгибает руки, сопит, как пойманный ёж. И колется так же.

- Гуля, скажи, что я не прав, - бормочу, приближаясь ртом к её приоткрытым губам.

- Ты не прав! - кричит шепотом.

- В чем?

Открывает было рот, но обрывает сам себя, смотря на меня вдруг так растерянно и беззащитно, что я тоже теряюсь.

- Во всём, - буркает и прижимается носом к моей шее, пряча лицо и расслабляясь.

Такая сразу нежная. Штормит от таких переходов. Ну вот что творится в этой красивой голове?!

- Во всём не прав, - повторяет жалобно, обжигая влажным горячим дыханием мою кожу.

- Как по-детски, - хмыкаю ласково, уже совсем по-другому обнимая её, почти баюкая.

Что мне делать...

- Если я такая плохая, тут тогда почему даже жить предлагаешь? - продолжает ворчать на грани всхлипов. Я бы ответил что-нибудь, но Гуля не даёт, продолжает, - Что ты вообще хочешь тогда от меня?

- По - моему это очевидно, - сиплю глухо, целуя её душистые волосы. Ведёт как пьяного. Язык жжёт признанием, - То, что всегда хотел от тебя. Только от тебя. Ничего не изменилось. Мне казалось, ты раньше это же со мной хотела...

И чувствую, как моментально каменеет её спина, как напрягается вся она в моих руках. И это какие-то невероятно больные ощущения. Почему так реагирует? Я блять ни хрена не пойму...Женские руки крепче обвивают мою шею, трётся носом о плечо. Молчим. Ну вот и договорились до того, что нечего больше сказать, а в груди дыра. Не принимает меня. Зачем только вообще начала это всё? Издевается?

- Большую, дружную семью, как мы детьми мечтали, я тебе дать не смогу, Лёв, - на грани слышимости шепчет мне плечо, - Прости меня пожалуйста...

- Тогда на хрена вообще все эти разговоры? Тебе весело от них что ли?! - не выдерживаю и отрываю её от себя, чтобы