Тихоня. Тайный малыш для босса - Роза Александрия

— Все прекрасно, спасибо, — отвечаю я и вдруг слышу звонок мобильного. Беру телефон и нажимаю на соединение.

— Да?

— Тихонова Василиса? — спрашивает тонкий женский голосок в трубку.

— Да, это я, — отвечаю, краем глаза заметив, как напрягся Максим.

— Вы записаны сегодня на УЗИ к нам в клинику. Вы не забыли?

Судорожно начинаю вспоминать, какое сегодня число, и неуверенно киваю.

— Да… Наверное. Вы извините, но я правда забыла.

— Ничего страшного! У вас получится подъехать через час?

— Нет, наверное, сегодня нет…

Тут Максим резко тормозит и выхватывает у меня трубку.

— Да, мы сможем подъехать! Да, хорошо! Понял!

Разъединив звонок, он отдает мне телефон и с укором произносит:

— Что значит не смогу? Василиса, ребенок важнее, чем какая-то работа!

Я аж рот открываю от удивления. И это говорит мне Вишневский? Серьезно?

— Да не смотри на меня так! Я, может, и не смогу стать отцом, но ты должна понимать, какое счастье и в то же время ответственность выпали тебе! Береги его!

Он опускает полный боли взгляд на мой живот и сжимает зубы.

— Хорошо… — выдыхаю я, пораженная его пылкостью.

— Что ж, тогда поехали в клинику!

Вишневский разворачивается и везет меня на УЗИ, а я молчу всю дорогу, пытаясь осознать то, что сказал мужчина.

Неужели он действительно не ненавидит детей? Но как же его невеста? Почему он ее выгнал?

У меня ничего не сходится! Разве может человек выгнать одну беременную девушку, но быть таким нежным к другой? И что это все значит, в конце концов?

— Приехали! — объявляет Максим и помогает выйти мне из машины.

Мы заходим в уже знакомый нам кабинет и встречаем лечащего врача.

— Добрый день! — вежливо улыбается он.

— Здравствуйте! — отвечаем мы практически в один голос с Вишневским. Это вызывает легкую усмешку у Петра Анатольевича, и тот предлагает нам присесть.

— Что ж, сегодня у вас по плану второй скрининг, а это значит, что мы сможем посмотреть не только то, как развивается ваш малыш, но и узнать его пол.

— Правда? — привстает Максим.

— Конечно! — уверенно отвечает врач. — Василиса, ложитесь на кушетку и освободите живот. А вы, папочка, можете присесть напротив, чтобы видеть все на экране.

— Петр Анатольевич, он не оте…

— Да, как скажете! — перебивает меня Максим, не дав закончить фразу.

Доктор вежливо улыбается и садится рядом со мной. Выдавливает на обнаженную кожу живота немного прозрачного геля и прислоняет датчик.

Долго рассматривает что-то свое, время от времени записывая данные в компьютер, а потом поворачивает экран так, чтобы было видно и мне.

— Поздравляю вас, родители! У вас здоровый и крепкий мальчик. Я бы сказал — богатырь. Для своего срока он довольно крупный!

— Ох, это же здорово! — выдыхает Максим и вдруг выдает такую фразу, от которой у меня натурально отвисает челюсть: — Всегда хотел сына!

— Максим…

— Все хорошо, Василиса! — Мужчина берет меня за руку, присев с другого края кушетки.

Да, я безумно рада, что с малышом все в порядке. Я сама очень хотела мальчика, хоть и девочке была бы тоже счастлива. Но реакция Максима меня очень удивляет.

Такое впечатление, что он знает, что это его ребенок!

Ничего не понимаю!

— Вот, посмотрите! — возвращает нас к реальности Петр Анатольевич. — Это пальчики, на каждой ручке и ножке по пять штук, это сердечко…

Мужчина вертит датчиком, показывая нам настоящего человечка, а я не удерживаюсь от слез. Надо же, это мой сын! Моя кровинка!

— Тут вы можете рассмотреть его личико… — продолжает врач. — Ох, какой хмурый!

Мы с Максимом внимательно смотрим на экран и не удерживаемся от смешка, когда малыш закрывается кулачками и пытается отвернуться.

— Не любит внимание! — усмехается врач и убирает датчик от живота. Дав мне рулон салфеток, он отходит к столу и распечатывает результаты УЗИ.

— Спасибо! — забирает бумагу Максим, а Петр Анатольевич добавляет:

— Ах, чуть не забыл! Вот, это вам на память!

Мужчина нажимает на какую-то кнопку прямо на аппарате УЗИ, и тот выдает нам маленькую черно-белую фотографию.

— Держите, успел сохранить, пока ваш богатырь не ушел от назойливых папарацци.

Я смеюсь, а Максим хватает снимок.

— Спасибо вам большое!

— Всего доброго! В следующий раз жду вас через десять недель. Медсестра скажет точную дату, подойдите к стойке регистратуры.

— Хорошо! — киваю я, и мы выходим из кабинета.

Максим договаривается о дате следующего обследования, а я все глажу живот, понимая, что ношу в себе целый мир. Слезы все катятся по щекам, но я улыбаюсь и не хочу даже утирать их.

Я счастлива!

— Поехали? — говорит Вишневский, и я киваю.

— На работу?

— Ну уж нет! — хитро улыбается он.

— Только не домой! — вздыхаю я, но мужчина отрицательно качает головой.

— Нет, и не домой. Пошли!

Мужчина берет меня за руку и выводит на улицу. Радостно напевая что-то себе под нос, он садится в машину и поворачивается ко мне.

— Совсем скоро на свет появится маленький богатырь, а у него хоть кроватка есть? Коляска?

— Боже… — выдыхаю я, понимая, что за всеми проблемами абсолютно забыла о том, что нужно купить.

— Я так и думал! Что ж, тогда поехали!

Максим привозит меня в огромный детский магазин. Он такой большой, что мне кажется, нужны сутки, чтобы обойти все ряды.

Я