Пари на новенькую - Адалин Черно

не понимаю, – шепчет, а затем, нащупав мою руку, тянет ее к своей груди.

Показывает, господи…

– Здесь… непонятно. Давит и… не болит, нет, просто… словно щемит.

– Только здесь? – уточняю.

– Нет, но…

Я готов поспорить – она покраснела. Даже жаль, что не позволила включить свет. Я бы с радостью понаблюдал за ее смущением.

– Где еще? – настаиваю, хотя и так догадываюсь.

У меня у самого пожар сразу в нескольких местах тела, но она… она даже не подозревает, не понимает. Это все прошло мимо нее, что еще раз доказывает, что мы – не пара друг другу. Не подходим – и все тут… Я прекрасно знаю, какой именно эмоцией нас кроет, осознаю, что она чувствует, а она – нет. Не понимает.

Я ее испорчу, вдруг возникает мысль.

– Ниже… – шепчет и отрывисто высекает: – Неважно. Уже легче… легче.

Я больше ее не трогаю, хотя хочу люто, невыносимо желаю к ней прикоснуться. Запрещаю себе, конечно. Блокирую эту жажду и впиваюсь в новенькую взглядом. Не хватает освещения, чтобы запомнить черты ее лица, но я и так… стараюсь.

– Я пришел попрощаться, – выдавливаю из себя с трудом.

– Попрощаться? В смысле?

– Я съезжаю. Завтра.

– Уже?

В какой-то момент мне кажется, что говорит она разочарованно, но потом открещиваюсь. Я слышу те интонации, которые хочу. Надумываю, а этого делать нельзя.

– Ага… Засиделся у вас тут.

– Понятно…

– Ничего не спросишь?

– Не знаю что, – выдает. – Будешь устраивать вечеринки дома?

– Буду. Конечно, буду.

Снова молчим. Мои руки расположены по обе стороны от ее бедер. Так близко и вместе с тем так далеко. Невыносимо. Я хочу к ней прикоснуться и запрещаю себе. Блокирую любую возможность, цепями сковываю тело. Не стоит.

– Все прошло? – спрашиваю.

– Почти… ты знаешь?

– Знаю что?

– Что это было?

– Да.

– Скажешь?

– Уверена, что хочешь услышать?

Молчит… Очень долго ничего не говорит. Я в этот момент только запах ее вдыхаю. Не смотрю, не трогаю. Запрет.

– Скажи.

– Я тебе нравлюсь.

– И все? – выдыхает словно разочарованно. – Из-за этого?

– Можно и так сказать.

– А ты? Ты то же самое чувствуешь?

– Почти.

– Почти?

Я не верю, что мы так об этом говорим, но иначе с ней себе не позволяю. Не могу сказать прямо и не скажу. Нельзя. Запрет. Напоминаю себе об этом.

– Я ощущаю острее, – говорю, а сам совсем не уверен.

Думаю, что да, потому что меня колотит от близкого контакта к ней. Аня же… выглядит вполне спокойной, хотя сердцебиение и дыхание, конечно, выдают волнение.

– Острее? В смысле сильнее?

– Да.

– Ого… У вас у всех так?

– У нас?

– У парней.

– Я думаю, да…

– Это пройдет? Полностью.

– Конечно!

Я обещаю, но не уверен. У меня вот не проходит. Стоит ей оказаться ближе – накрывает, хотя этих чувств изначально не было, но тогда меня крыло ненавистью и раздражением. Смотреть на нее не мог без жажды сомкнуть руки на ее хрупкой шее. Как там говорят – от ненависти до любви один шаг? Бред… не любовь это, понятно же. Желание, да, стремление опередить соперника – тоже да. А еще жажда быть первым. В касаниях, поцелуях, разговорах. Во всем. Осознаю, что во всем не выйдет. Как бы ни хотел, ни жаждал – не трону. Ее нельзя.

– Будет лучше, если все будут думать, что мы вместе, – выдвигаю ей.

– Это почему?

– Потому.

– Скажи.

– Не могу. Просто знай, что так надо. Слышишь? Надо, Аня. Тебе будет лучше.

– Хорошо, – соглашается. – Мы будем встречаться в школе? Целоваться? Обниматься?

– Ты отказалась стать моей девушкой, – хмыкаю. – Но согласна целоваться?

– Ты сказал…

– Я в курсе.

– Так что?

– Будем. Ты хочешь? В смысле… да, так будет лучше.

– Хорошо, – выдыхает она и придвигается ближе.

Я только выровнял пульс, успокоил дыхание и разбушевавшееся сердце, но оно снова в галоп пускается, стоит ей приблизиться.

Еще и согласие это… дано так легко и просто, словно она пообещала дать списать реферат. Но ведь мы не о чертовых заданиях и бумажках. Мы о ней… о чувствах… эмоциях. Она позволила, согласилась целоваться. Просто так? Не как парень и девушка?

– А сейчас? – спрашивает.

– Что сейчас?

– Зачем мы целуемся?

Твою мать… Господи… Меня накрывает. Волной обрушивается дрожь по всему телу. Колотит, как в лихорадке, и уверен, тело такое же горячее…

– Потому что я хочу, – отвечаю ей.

Глава 38

Аня

– Поверить не могу, что вы с Огневым начали встречаться, и ты ничего мне не сказала, – сетует Поля, стоит нам пересечься в школе.

С утра я намеренно напросилась поехать с Борисом, чтобы не идти с Полиной. Мне нужно было подумать, поразмыслить над тем, что произошло и как теперь выкручиваться. Вчерашняя ночь стала для меня открытием.

Мне нравится Огнев.

Так сильно нравится, что я теряю контроль над своим телом и разумом. Подчиняюсь каким-то непонятным, первобытным инстинктам и… и позволяю ему то, чего не позволяла никому прежде – поцелуи, касания, взгляды…

Такие взгляды, от которых мурашками покрывается все тело.

– Аня! – дергает за рукав Полина. – Ты слушаешь вообще?

– Ага.

– Что “ага”? Как ты могла не сказать?

– Все началось неожиданно, Поль, – сообщаю ей. – Я не планировала и не думала.

– А давно?

– Что?

– Давно у вас отношения? – цокает языком, недовольная моим вопросом.

– С той вечеринки, – признаюсь, потому что и сама так думаю. Мы ведь тогда впервые поцеловались.

– Офигеть, конечно! И ты молчала!