Моя чужая жизнь - Кира Фарди

смотрели на девочку и Лику, а она глядела на них, не зная, что сказать.

– Дочка, – Кирилл отодвинул в сторону Лику, взял Настю на колени и поцеловал ее в кудрявую макушку. – Давай я с тобой лягу спать? Белоснежка устала.

– Папочка, мы вместе и отдохнем. Мамочка сказала, что я обязательно должна подождать Белоснежку. А где твой наряд? – этот вопрос был обращен уже у Лике, но по лицу Кирилла было видно, что он настолько ошарашен словами дочки, что даже не понимает, о чем она говорит.

– Мой костюм дома, – ответила за него Лика. – Ты так быстро меня позвала, что я не успела его надеть.

– Папочка, ты иди спать, – Настя слезла с колен отца и опять подбежала к Лике. – Пойдем со мной.

«Что делать?» – глазами спросила Лика у хозяина.

«Не знаю», – также глазами ответил он, только брови взлетели вверх.

– Пусть Белоснежка останется с Настей, – решила за всех домработница.

– Как?

– Очень просто, Кирилл Андреевич. Утром разберемся со всеми делами, – она повернулась к Лике, – я тебе сейчас принесу пижаму.

Лика с удивлением наблюдала, как домработница взяла Кирилла за руку и, подталкивая его в спину, выпроводила за дверь. Следом вышла и растерянная няня. Они остались с Настей одни.

– Ты хочешь, чтобы я тебе дочитала сказку? – спросила Лика и повернулась к девочке: Настя крепко спала, положив ноги на подушку.

– Вот это номер? – поразилась Лика. – Такое впечатление, что она меня ждала.

В комнату тихо вошла домработница. Она посмотрела на спящую девочку, потом на Лику и покачала головой.

– Как ты ее уложила?

– Никак. Она сразу заснула, как только вы все вышли.

– Да. Чудеса. Пошли, я тебя в гостевую спальню отведу.

– А как же Настя?

– Она крепко спит. Теперь точно не проснется.

Будто услышав ее слова, девочка перевернулась и тихо позвала:

– Мама, не уходи.

– Ничего не понимаю, – рассердилась домработница. – Раньше Настя была спокойнее. Эти странности начались несколько дней назад. Откуда ты взялась? Почему у нее такая реакция именно на тебя?

– Я не знаю, – прошептала Лика. – Я девочку впервые увидела сегодня в магазине, но у меня ощущение, что я с ней была знакома. Не в этой, а в другой жизни.

– Ладно, переодевайся и ложись рядом с Настей. Утром разберемся. Там, – она показала рукой на стену, – ванная комната. В шкафчике есть дежурная зубная щетка. Нижнее белье я взяла тебе новое. От Вероники Сергеевны осталось. Да, утром, когда выйдешь, сразу иди к лестнице и спускайся вниз. Когда пройдешь гостиную, увидишь вход в столовую. Там мы накрываем завтрак хозяевам и детям. За столовой кухня. Это место для прислуги. Хотя… я уже не знаю, как отреагирует Настя, если тебя не будет рядом. Если не хочешь проблем, ничего не трогай, не разглядывай, не спрашивай. Обстановочка в доме еще та…

– Я все поняла. Спасибо.

Мария Владимировна сунула в руки Лики пижаму и вышла. Девушка огляделась, нашла в стене дверь. Она умылась, переоделась и подошла к кроватке. Спасть вдвоем будет тесно, но поздний час, впечатления дня и накопившаяся усталость давали о себе знать. Лика зевнула, потом взяла Настю на руки, положила ее головой на подушку, а сама пристроилась с краю. Девочка тут же перевернулась, обняла ее за шею и сладко засопела в ухо. Лика немного поворочалась, пристраиваясь удобнее, и тоже закрыла глаза.

Она провалилась в сон мгновенно. Мысли, сомнения, тревоги – все убежало прочь. Разбудили ее детские голоса.

– Егор, не приставай. Это моя Белоснежка.

– Ничего не твоя. Я тоже к ней хочу.

На кровати раздались звуки возни. Лика приоткрыла глаза: дети, сопя изо всех сил, толкали друг дуга, отвоевывая место возле нее.

– Ах, вы, маленькие дьяволята! – засмеялась она. – Я уже проснулась. Кто первый зубки почистит?

– А у меня нет зубной щетки, – сразу захныкал Егор.

– А где она?

– В моей комнате.

– Сходи за ней. Мы тебя подождем. Правда, Настя?

Егор убежал и через минуту вернулся довольный, держа наперевес щетку с ручкой в виде зеленого дракончика.

– Это кто? – удивилась Лика.

– Это Гекко. Ты что, мультик про героев в масках не видела?

– Нет.

– Герои в масках спешат на помощь! – закричал Егор и помчался в ванную.

– Я первая! Егор, это моя комната.

Настя оттолкнула брата и открыла дверь.

– Они всегда так? – спросила Лика у пришедшей вместе с мальчиком няни. – Кстати, я Лика, а ты?

– Юля. Да, он всегда спорят, но и жить друг без друга не могу. Попробуйте одного ребенка наказать! Второй тоже в углу стоять будет из солидарности.

– Чудеса! А вы их наказываете?

– Пока была жива хозяйка, она запрещала. В результате дети росли очень избалованными. А Кирилл Андреевич не такой. Он строгий. Думаю, поэтому Настя стала постоянно звать маму и разговаривать с ней. Ей ласки не хватает.

– Зачем же вы так строго с ребенком? – спросила Лика, прислушиваясь к возне в ванной комнате. Она открыла дверь: дети толкались у раковины, споря, кто из них повернет кран и откроет воду.

– Вы неправильно поняли, – ответила ей в спину Юля. – Мы с Марией Владимировной можем их приласкать, но, наверное, это не то же самое, что ласка мамы.

– Так, сорванцы, – Лика повернула кран и пустила струйку воды, – подставляйте свои щетки, я пасту положу.

– Это не моя паста, – опять захныкал Егор. – Моя с драко-о-о-о-нчиком.

Слезы покатились по лицу мальчика, голубые глаза заблестели, маленький нос покраснел. Лика со смехом прижала его к себе и посмотрела на Юлю:

– О боже! Вот маленький нытик! Где его паста?

– Сейчас принесу, – Юля выбежала из комнаты и вернулась с тюбиком.

Наконец все привели себя в порядок. Няня принесла одежду для Егора, а Настя долго стояла перед шкафом, выбирая себе наряд.

– Так напоминает Веронику Сергеевну, просто мороз по коже. Только девочка похожа на отца, а мальчик на мать, но