Незавидный холостяк - Ашира Хаан

– Да? – Кирилл рухнул на табуретку и придвинул к себе тарелку с супом мисо. – Вот это лакированное коричневое чудовище? Интересные у тебя представления о красоте.

Я тоже села за стол, выбрала из всего разнообразия лапшу с креветками и, полив ее соусом, аккуратно перемешала. Не люблю, когда креветок слишком много сверху или снизу. Пусть встречаются равномерно.

– Как съемки? – спросила, выдержав вежливую паузу, чтобы Кирилл успел утолить первый голод.

– Тебе же неинтересно, – хмыкнул он.

– Ну… – я поковыряла лапшу, намотала ее на палочки и запихнула в рот. – Тебе же интересно. И ты мой друг.

– И что? Даже если я твой муж, ты совершенно не обязана, подперев щеку кулачком, выслушивать, как у меня прошел день. Особенно, если тебе не хочется. Делай, что нравится.

– Мне хочется! – упрямо возразила я.

– Опять картинка идеального семейного ужина прорывается? – понимающе кивнул Кирилл. – Ну ладно. Если тебе так будет спокойнее…

Он отодвинул пустую тарелку, ухватил двумя пальцами ролл с угрем, уронил с него шапочку сливочного сыра, макнул в соевый соус, закапав весь стол, закинул в рот, подобрал сыр средним пальцем и облизал его.

– Что? – невинно спросил он у меня, наблюдающей это шоу с ошарашенным видом. – Мы закончили съемки первых этапов всего сезона, половина участников уже выбыла, теперь темп можно снизить и выдохнуть. На следующей неделе начнем снимать самое интере…

Я молча достала из упаковки палочки, разломила их и протянула ему.

– Нет, спасибо, – отмахнулся Кирилл. – Так вкуснее.

Следующий ролл он так тщательно искупал в соусе, что тот развалился прямо у него в руках, заляпав бедную голубую рубашку.

Я даже отвлеклась от своей лапши, наблюдая за увлекательным сражением Кирилла с едой, в котором побеждала еда.

Вот человек – ни минуты без подвига. То со шкафом ругается, то с роллами танцует что-то зажигательное!

– Кстати, о тебе Платон спрашивал, – жуя, сообщил Кирилл, и у меня из головы моментально вылетел порыв предложить постирать и погладить рубашку.

– Что спрашивал? – напряглась я.

– А ты не психанешь? – покосился он на меня.

– Нет! – нетерпеливо подпрыгнула я. – Что?

– Спрашивал, не хочешь ли ты все-таки сходить на свидание.

– А ты что сказал?!

– Разумеется, что спрошу тебя.

Я откинула голову и посмотрела в желтоватый, утомленный десятилетиями пара от борщей и дыма от сгоревших котлет потолок кухни.

А-а-а-а-а-а!

За что ж мне это наказание?

– Ну что, пойдешь? – как ни в чем ни бывало поинтересовался Кирилл.

– Как же не пойти! – фыркнула я. – Вот будет классно – я с Платоном, ты с Гюрзой!

– Думаешь, устроить двойное свидание?

– Нет, спасибо!

– Как хочешь… – задумчиво проговорил Кир, подбирая палочки со стола. Он пощелкал ими перед моим носом и нацелился на салат из водорослей.

Вообще не изменившись в лице, как будто так и надо.

Он и познакомить с Гюрзой просил с тем же наивным видом – как само собой разумеющееся. Мы же друзья!

Я ему сказала, чтобы сам знакомился, нечего идти легким путем. Ну он и пошел сложным. Подвалил к Марине Вадимовне, очки снял, крутнул на пальце, улыбнулся, что-то сказал, она засмеялась – я и глазом не успела моргнуть, а она уже диктовала ему номер! Как у него получается-то? Кирилл вернулся и даже комментировать не стал, сразу начал подбивать меня на китайский ресторан и только после решительного «нет», согласился на доставку.

– Когда у вас с ней свидание? – спросила я демонстративно равнодушно, даже подхватила что-то съедобное со стола и сунула в рот. Правда, не заметила, что именно.

– Завтра, чего тянуть. В воскресенье опять съемки, а дальше у нормальных людей рабочая неделя. По тебе знаю, как вы в своем банке выматываетесь, не до свиданий.

– Значит, завтра на ужин не приедешь? – спросила я. На вопросительный взгляд уточнила: – Хочу маму в гости позвать.

– Нет, не приеду. Если не планируешь знакомить меня с родителями, конечно! – хмыкнул Кирилл.

– Ну знаешь, мама пока не поймет наших высоких отношений, – развела я руками. – Прости, мам, мой муж задерживается на свидании с моей начальницей, не звонить же ему, вдруг там самый ответственный момент!

– В самый ответственный момент я телефон даже не услышу! – сообщил Кирилл, деловито выуживая из плетеной коробочки дим-сам и закидывая в пасть. – Все, я наелся. Где там десерты?

Я только покачала головой.

У него все было так легко – особенно в тех моментах, что вызывали у меня самые большие сложности.

Почему я так не могу?

Бабушкины щи

Я и правда очень соскучилась по маме, а она по мне – поэтому я и позвала ее в гости.

Она все рвалась посмотреть, как я обживаюсь в бабушкиной квартире, а мне… Мне было страшно пригласить ее туда в первый раз. Мне казалось – ей станет больно от того, что больше не существует маленького бабушкиного мира с пузатым чайником в маках, вязаными салфетками и аптечным запахом, прячущимся за стеклами буфета.

Но мама прошлась по комнатам, заглянула в кладовку, которую я еще и не думала разбирать, почему-то провела пальцем по батарее и с удивлением посмотрела на испачканную подушечку. Как будто в комнате, где со стен ободраны обои, а на полу все еще валяются запчасти шкафов, могла быть стерильная чистота.

– Знаешь, – сказала она. – Я думала, вообще никогда не смогу сюда вернуться. А ты все переделываешь под себя – и это уже твой дом, а не бабушки. Так легче. Думаю, получится очень уютно.

Она подошла к пианино, открыла крышку.

Первые такты «Лунной сонаты» прозвучали дребезжаще и фальшиво.

– Вызову настройщика, когда закончу ремонт, – поспешно заверила я.

– Зачем? – мама закрыла крышку обратно. – Ты ведь не играешь. Чего тебе этот гроб хранить, продай.

– Вдруг захочу научиться… – начала мямлить я. Это она сейчас такая решительная, а потом возьмет и передумает.