В погоне за миллионером (СИ) - Кошкина Татьяна

— Ты уверен, что это хорошая идея? — нахмурился Нилов. — Она тебя раскроет. Да и здесь не безопасно.

— Иди и звони! — огрызнулся он. Понимал, что друг в чем-то прав, но ничего не мог с собой поделать. Алиса должна быть рядом с ним, он должен видеть, что все в порядке. Иначе никак.

Махнув рукой, Аркадий вышел в коридор.

— Денег столько нет. Да и не знаешь, что ли? Им сколько ни дашь все мало, а впутывать отца я не хочу. Если они просекут, что можно с него качать… нет, лучше сам сдохну. Алису бы я спас.

Вальдемар скрипнул зубами от гнева, а в коридоре под ногами Аркадия тихо скрипнула половица. Телефон едва не выпал из рук, только приставленный к виску пистолет помешал ему потерять самообладание.

— Тихо, малец, — шикнул человек сбоку. — Не дергайся. Пикнешь — мозги по стене размажу.

Аркадий согласно кивнул. Показал телефон, что никакого вызова нет, он его уже отключил.

— Молодец. Сколько вас здесь?

Нилов тихо показал пальцами цифру четыре, мысленно прикидывая, как выкрутиться и что делать, если сейчас Лозовскому вздумается выскочить в проходной коридор следом за другом.

— Мы вам отдадим Быкова, если нужно. Он нам больше не нужен, — прошипел Аркадий. — Забирайте.

— А кто тебе сказал, мальчик, что нам нужен Быков? — хмыкнул мужчина и сказал в пустоту. — Четверо в квартире. Одного держу на прицеле. Заходим.

В одно мгновение пространство квартиры наполнилось шумом, топотом ног, грохотом. Нилов мгновенно понял, что происходит и рухнул на пол, крикнув во все горло:

— Не сопротивляться! Всем стоять на месте!

Вальдемар и двое ребят удивленно обернулись, когда в комнату ввалились несколько спецназовцев с оружием. Те также замерли в дверях, не понимая, что происходит. Они ожидали вооруженных бандитов, но обитатели комнаты на них были не слишком похожи и сопротивление оказывать не спешили.

Меж тем в коридоре Аркадий поднялся и протянул документы мужчине, который несколько секунд назад приставил пистолет к его виску.

— Добрый день, офицер, — улыбнулся он. — Кажется, сегодня вы пересеклись с хорошими парнями.

Мужчина посмотрел на документы, достал мобильник.

— Иван Васильевич, вы были правы. Здесь ваш сын, — кривая ухмылочка на лице небритого боевого офицера с тяжелой челюстью и проницательным взглядом. — Да, больше никого. Заходите.

* * *

В ожидании Нилова-старшего все расположились в комнате. Беглеца на всякий случай от батареи решили не отстегивать, целее будет.

— А на кой вы вообще его сцапали? — удивлялся офицер. — Мы его спецом везде пропустили, чтобы на живца поймать. Надеялись, что Кавказ его схватит, а мы по горячим следам хвать. Твой отец, кстати, операцию курировал.

— Ну, мы за семейным ужином секретную информацию не обсуждаем, — пожал плечами Аркадий. — Этот хмырь тут заварушку одну устроил, я пытался разобраться.

— Разобрался? — ироничный бархатистый голос у входа. Постаревшая на двадцать лет версия Аркадия выглядела сюрреалистично и шокирующе, если не знать заранее, что отец и сын безумно похожи. — Привет, Володь, — коротко пожал руку удивленному Лозовскому.

— Нет, — потупил взгляд Нилов.

— Именно. И мне операцию сорвал, умник, — дал короткий подзатыльник сыну. — Ладно, черт с тобой. Быкова мы забираем, раз он вам больше не нужен. А вот ты, — пристальный взгляд на Аркадия, — может, расскажешь ему о случившемся, наконец? — кивок в сторону Вальдемара.

— Что? — внутри все похолодело. Лозовский напрягся каждой клеточкой тела, предчувствуя беду.

— Взрыв. Кофе и любовь. Газель взорвалась и разнесла кафе вместе с частью набережной и ближайшим магазинчиком. Полчаса назад. Алиса…‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 36. О боли и правде

— Алиса в больнице. Состояние средней тяжести, оперируют лучшие хирурги. Из наших один погиб, второй был с другой стороны здания. Он и вызвал медиков. Бригада была наготове, я всегда прогнозирую худшие варианты. Ты же знаешь. Вторая девушка из кофейни в порядке, обедала на кухне, даже не задело. Посетителей не было. Несколько прохожих также в больнице с осколочными. Взрыв небольшой силы, убивать не хотели — хотели запугать. Витрина сыграла злую шутку, — закончил Нилов, глядя куда-то мимо плеча побледневшего в один миг друга.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не должен был уезжать, — прошептал Вальдемар и сорвался с места. В дверях его удержал Иван Васильевич.

— Стой. Ты ей сейчас ничем не поможешь, только наломаешь дров. Поедем вместе на моей машине. Аркадий, ты едешь с нами. Задам вам пару вопросов, — тон Нилова-старшего звучал спокойно и холодно, в этой ситуации только он и смог отрезвить друзей. — Ребята, заберите парня. Под охрану. Допросите и окажите помощь. Он нам нужен живым и в сознании.

* * *

Через четверть часа Вальдемар, сбивая людей, мчался по коридорам больницы. Удивленные взгляды персонала и ошарашенные больны — ничего не имело значения. Даже лучший друг был не в состоянии угнаться за ним.

В узком коридоре рядом с операционным блоком он резко затормозил, увидев понуро сидящего на мягкой скамейке Никиту.

— Ник, ты как здесь? — подошел и сел рядом. С трудом отдышался, чтобы продолжить допрос.— Они что-то говорят?

— Операция все еще идет, говорят ждите, — выдохнул парень и потер переносицу. — Я как раз подъезжал к кофейне, хотел чашечку с собой прихватить. А она как рванет!

— Она? Что рвануло? Мне только сказали, что взрыв и никаких подробностей, — не то, чтобы ему не пытались объяснить. Вальдемар просто не слушал, не мог воспринять никакой другой информации, кроме той, что Алиса в больнице.

— Газель. Рванула, — коротко ответил Никита, удивленно глядя на двух подошедших к Лозовскому людей.

— Молодой человек, — Иван Васильевич протянул ему руку, тот не растерялся и пожал. — Вы говорите, что подъезжали к кофейне. У вас есть видеорегистратор?

— Да, недавно купил, — тут же отрапортовал парень.

— Могу я попросить у вас запись? Я буду заниматься расследованием этого дела, — повернулся к Вальдемару. — Володь, мне пора. Держи в курсе, а с вами молодой человек, мы потолкуем.

Иван Васильевич увел все еще растерянного Никиту с собой.

— Ты как? Прости, я… — Нилов явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Глупости. Не извиняйся. Подобное предсказать ты не мог. Мы оба думали, что имеем дело с зарвавшимся мажором, а не с нарко-синдикатом, — потер виски и взъерошил волосы. В голове безумным роем жужжал хаос. Второй раз за свою жизнь Владимир Лозовский чувствовал себя бессильным, слабым и потерянным. Это сводило с ума. Он стиснул зубы изо всех сил, чтобы не зарычать от боли. Только не опять.

Однажды он уже потерял двух самых любимых женщин, маму и сестру, больше этого не повториться.

Некоторое время друг просто сидел рядом. Молча. Нилов был сейчас, наверное, единственным человеком в мире способным его понять.

— Вовка, ты же не будешь старшим братом, как в кино? — огорошила его звонком сестра. Голос звучал радостно и это наполняло его унылый рабочий день счастьем.

— Ты о чем? Лиля, говори нормально. Я не понимаю, — пробурчал он.

— Хочу, чтобы ты знал. Я люблю его. Чтобы ты ни сделал, чтобы ни сказал! — заявила девушка.

— Аррр, я ничего не понимаю. Кого? Почему я должен быть против? Это что какой-то упырь?

— Нет, Аркадий. Я его, кажется, люблю. По-настоящему люблю, — сестра почти шептала в трубку, дрожащим голосом. — Очень сильно люблю. Он тебе, наверное, не сразу расскажет. Боится, что ты расстроишься…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вальдемар не расстроился, а растерялся. Когда он упустил момент, что его маленькая дурашливая сестренка с вечно разбитыми коленками превратилась в девушку, способную похитить сердце друга и взамен отдать ему свое? Невероятно. Зато сложилось идеально. Кому-кому, а лучшему другу он доверял, как себе.