Крылья для Ангела (СИ) - Попова Елена

Вечером, кое-как собравшись с мыслями, я отправилась к нему решив, для себя одно: пусть будет лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас.

Глава 48

«Дерьмово выглядишь, Ангел, — глядя в зеркальную дверь лифта, подумала я. «Впрочем, кто сказал, что избавляться от лишнего груза легко, а? Зато больше не придется врать и мучиться от угрызений совести. Войдешь в его номер и скажешь прямо в лоб, кто ты и что тебе от него нужно. Ты же так репетировала?» — спрашивала я свое отражение.

Черт! Одно дело дома перед зеркалом, а другое — перед парнем, который сводил с ума одним своим присутствием.

В его номере царил полумрак, из ванной тянуло чем-то очень приятным, там только что выключилась вода.

На кровати лежали его джинсы, футболка с комичным принтом и кепка Ralph Lauren. Стоило взять ее в руки, и память тут же подсунула картинку, как я уснула в ней в его «майбахе», когда он вытащил меня из бара под утро.

В тот день он впервые привез меня в свой дом. Думала, свалю, когда высплюсь, но не тут-то было: после убойной вечеринки голова болела так, что, казалось, мой череп распиливали пополам. И в итоге я задержалась в его берлоге на несколько дней. Мы рубились в xbox, валялись в кровати от рассвета до рассвета, тупили в телик и складывали в угол коробки из-под пицц.

Дверь ванной открылась, и он вышел из нее в одних тату. Правда, увидев меня, сразу завязал на бедрах белое полотенце.

Возможно, в последний раз смотрела на безупречное тело, по которому струились капли, падающие с темных волос, на его широкие плечи, на которых рисовала узоры по утрам, на прокачанный пресс, где изображен ангел, держащий в одной руке крест, а в другой — меч.

Что ж, час пробил.

— Нам нужно поговорить! — решительно заявила я.

Артем подошел ко мне, одной рукой нежно провел по щеке, второй — нажал на выключатель, висящий на стене.

— Мы не глухонемые, нам для разговоров свет не нужен, — шепнул он, и его губы нежно коснулись моей шеи.

Он спал, а я накинула на плечи плед и вышла на террасу, откуда открывался потрясающий вид: в озере, до которого было рукой подать, отражались звезды и полная луна, на вершинах гор, виднеющихся в дали, лежал снег, а купол темного неба перечеркнула яркозеленая полоса.

Готова часами стоять здесь и любоваться северным сиянием.

— Не спится? — послышался сонный голос за спиной, и в следующую секунду меня обняли теплые, ласковые руки.

Я развернулась лицом к Артему, расправила плед и накрыла его обнаженные плечи.

Он был сонным и прекрасным. Темные волосы торчали в разные стороны, а глаза при лунном свете казались черными, как угольки.

— Люблю наш дом, люблю тебя, — прижавшись к его теплому телу, пробормотала в плечо я.

— А тех, с кем спала до меня, тоже любила? — раздался его низкий голос над ухом.

— Мы же договорились больше не говорить об этом. Перед тем, как улететь из Америки и все начать с чистого лица, ты мне дал слово, что не будешь осуждать меня за прошлое.

— Я не осуждаю, я спрашиваю: тебе нравилось с ними спать? Сколько их было? Десять? Двадцать? Полсотни? — прищурился он.

— Прекрати, пожалуйста, — я поцеловала его в холодные, поджатые губы и обняла за шею.

— Теперь у нас новая жизнь. Только я и ты.

Его тело напряглось, сердце быстро застучало под моей ладонью.

Артем резко наклонился ко мне, схватил за подбородок двумя пальцами и ледяным голосом, процедил:

— Думаешь, легко забыть, что ты была подстилкой? — Он резко отпустил подбородок и его указательный палец медленно спустился по шее. — Знаешь, как мне хочется свернуть ее, когда я вспоминаю, кем ты была...

Его рука сжала шею, мне стало трудно дышать.

— Отпусти, умоляю, — прохрипела я и. неожиданно увидела Скарлетт — она держалась за живот. По ее по ногам текла кровь. Она смотрела на меня так, словно очень сильно о чем-то сожалела.

— Приснилось. — выдохнула я, оглядывая темный гостиничный номер.

Сон как рукой сняло. Я села на кровати, обхватив дрожащими руками колени и прокрутила в голове этот кошмарный сон.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Слишком много предзнаменований в последнее время. Слишком много. Они преследуют меня и во снах и наяву», — подумала я, судорожно вздохнула и взглянула на крепко спящего Артема.

Еще пару часов назад он нежно целовал каждый сантиметр моего тела, в этой кровати, в душевой кабинке, на подоконнике. Он был так нежен, а разговоры о нашем совместном будущем казались такими чистыми и искренними, что у меня не повернулся язык рассказать всю правду о себе и, возможно, одним махом перечеркнуть все, о чем мечтали. Я представила, что потеряю его, и стало безумно страшно.

Одновременно страшно как потерять его, так и уехать с ним не зная, какой он на самом деле.

Но что, если я снова ослеплена любовью и просто не хочу знать ничего плохого о нем?

Чертовы грабли уже пробили дыру во лбу. Снова наступить на них, поверив в чистую искреннюю любовь?

Но на этот раз я решила подстраховаться.

Тихонько слезла с кровати, прошла в коридор, где на крючке висела моя красноя кожаная сумочка, достала видеокамеру и, нажав на плей, правильно установила ее в сумке.

«Просто на всякий случай. Я никуда не буду отдавать это видео. Оно побудет у меня, и я никому его не покажу», — твердила я про себя, по пути в комнату.

И утром, когда мы снова занялись любовью, камера всё записала.

— Сколько еще времени тебе нужно, чтобы решить дела? — нажав на кнопку лифта, спросила я.

— Примерно пара недель, — чмокнув меня в макушку, вздохнул Артем. — Две недели, и больше нам никто и ничто не сможет помешать, веришь? — ободряюще спросил он.

Лифт подал звук, что остановился на нашем этаже, мы сделали шаг вперед.

Двери открылись, и увидев, кто оттуда вышел, мое сердце, кажется, перестало биться.

«Луизиана, ипподром, лошади, ставки, ресторан, номер отеля с видом на Александрию — быстро пролетело в голове. — Боже, это... это же мой первый объект Дэн Лартер!»

— Артем Анохин? — вытаращив глаза, воскликнул он.

«Слава богу, не обратил на меня внимания».

Я быстренько прошмыгнула в лифт и встала к ним спиной.

— Вот это да! Я не пропускал ни одного твоего боя, всегда болел за тебя. А можно фото?

— Без проблем, — ответил Артем.

— Давай, чтоб в полный рост. Твоя подруга нас сфотографирует?

— Лин? — позвал меня Артем.

«Вот черт!»

Я с опущенной головой развернулась, взяла телефон из рук Лартера, и, глядя на экран, заметила, что его счастливое выражение лица сменилось удивлением. В его взгляде несложно было прочитать: «Где-то я ее уже видел».

Именно это выражение и запечатлела камера.

«Только бы не вспомнил, только бы не вспомнил», — взмолилась про себя я.

Глава 49

Артем

Проводив Лину до машины, я отправился обратно в номер, чтобы перед вылетом в Джексонвилл успеть закончить кое-какие дела с документами по фонду.

— Артем! — услышал я, когда одной ногой был в своем номере.

Обернувшись, увидел чела, с которым фотографировался несколько минут назад.

— Что-то еще? — недовольно спросил я.

Фанаты бокса преследовали меня на каждом шагу. Зачастую не давая поесть, пройти, проехать. Меня это очень выводило из себя.

— Прошу прощения, если лезу не в свое дело, но, кажется, я знаю девушку, которая была с тобой. Она же русская?

— Д-да... — отпустив дверную ручку, я развернулся к нему.

— Ты назвал ее Линой, а когда-то она представилась мне Анжелой, — неожиданно заявил он. — Возможно, информация, которую я расскажу будет тебе полезной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А дальше мы прошли в мой номер, и я услышал то, что до сих пор никак не укладывалось в моей голове.

«Лина — охотница за видеозаписями на которых зафиксирована измена? Да ладно! Что ты несешь?» — думал я, пока этот Лартер рассказывал о том, как на ипподроме познакомился с некой Анжелой, копией Лины, а потом перешел к деталям его развода с женой.