Сто оттенков страсти (СИ) - Майер Кристина

«Не верит!»

— Я не стану тебе мешать, буду помогать и поддерживать. И всегда буду рядом, — безапелляционно заявил я. — Тебе нужно время, чтобы мне заново поверить, оно у тебя будет. Я пока перееду на диван, но о расставании не может быть и речи. — отпустить ее просто не смогу.

— Скоро придет Ольга Николаевна, нужно здесь все убрать, — поднимаясь на ноги, произнесла она Катя. — Да и Лиза скоро проснется.

— Сам все уберу, отправляйся в душ и ложись спать. Сегодня я останусь и поработаю дома.

Фиалка не стала спорить, поднялась и вышла из кухни. Мне хотелось пойти за ней, прижать к себе, но я боялся нарушить тот хрупкий мир, который удалось наладить. Катя не готова была просто взять и мне поверить, а я только что дал обещание предоставить ей время…

День или два продержусь?

Алмаз

Неделю мы уже жили, как добрые соседи. Я уже сто раз объяснял ситуацию, но Катя не спешила мне верить. Я даже предложил ей проверить меня на детекторе лжи, но она только рассмеялась.

— Алмазов, с твоей выдержкой и хладнокровием ты обманешь любую, даже самую умную машину, — ответила мне супруга.

Вести себя примерно становилось невмоготу. Фиалка совсем не щадила мое мужское начало. Ей, видите ли, в квартире было жарко, а кондиционер вреден для ребенка. А у меня мозг стекал в штаны, когда она дефилировала по дому в коротких шортах и майке, под которую не надевала лифчик.

Я уже тысячу раз пожалел, что не выбросил Альбину из окна, когда была такая возможность.

Как оказалось, воздержание помогает выигрывать с легкостью даже самые сложные дела — куда-то же надо было направить всю эту энергию. Но одно я понимал четко — пора заканчивать этот целибат, а то я сам себе уже напоминал бешеного пса, сорвавшегося с цепи.

Открыв дверь ванной комнаты, переступил порог и закрыл одним поворотом ключа замок. Скинув боксеры, вошел к Фиалке в душ. Чтобы она не закричала, ладонью закрыл ей рот. Я ждал, что она меня укусит, и она оправдала мои ожидания. Усмехнувшись, я притянул ее к своему разгоряченному телу и дал почувствовать всю степень своего возбуждения.

— Кусайся, царапайся, дерись, меня возбуждает любое твое прикосновение, — хрипло произнес, лаская ее тело.

— Я на тебя все еще зла!

Ее переживания мне были понятны, но сейчас я думал… Точнее, уже совсем не думал. Захватив в плен ее небольшую красивую грудь, я перекатывал между пальцами тугой сосок.

— Фиалка, если ты не перестанешь крутить своей аппетитной попкой, я поступлю как варвар.

— Маньяк!

— Не согласен. Если маньяк, то только сексуальный и только в отношении тебя. — свободная рука скользила по влажной коже ее плоского живота, коснулась гладкого лобка, пальцы застыли у развилки ее промежности.

Фиалка укусила меня за палец, которым я ласкал ее губы. Эта воительница все еще сопротивлялась. Скользнув пальцем к клитору, надавил на бугорок и замер. С ее губ сорвался протяжный стон.

— Ты меня укусила, теперь языком загладь боль, и я продолжу. — на самом деле я не чувствовал никакой боли, я просто старался завести Фиалку, чтобы она перестала строить свои долбанные стены между нами.

Мне башку сносило одно представление о том, как она посасывает мои пальцы, пока я ритмично в ней двигаюсь.

— Нет, — продолжала она упрямиться.

Снимая губами капли воды с ее шеи, я чуть сильнее нажал на чувственную точку. Добавив еще один палец, принялся интенсивно ласкать клитор плавными круговыми касаниями.

— Мне остановиться?

— Нет, — сорвалось с ее губ, и Фиалка начала посасывать укушенный палец.

Скользнув чуть глубже по ее промежности, проверил, насколько моя девочка готова к продолжению. Размазывая по нижним губам влагу, я помог ей прогнуть спину. Головка члена уперлась в нежные складки, один резкий толчок, и меня сжало тугое кольцо ее женственности. Стоны в унисон!..

Оттянулся немного назад и проник в Фиалку на всю глубину. Еще!.. Еще!.. Я попал в сладостный капкан, который не желал покидать!

Я чувствовал, что клитор под моими пальцами увеличился в размере, словно расцветающий бутон ее страсти. Фиалка не контролировала свои стоны, и даже моя ладонь не могла сдержать рвущийся наружу крик наслаждения. Ее ногти впились в мои пальцы, ласкающие промежность, Фиалка выгнулась в моих руках, и вибрации оргазма прошли по ее телу. До невозможности плотно она удерживала меня внутри, и я наконец-то мог сорваться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Фиалка, это чистый кайф — быть в тебе. Если ты еще раз сожмешь меня там, я в тебя кончу!

Прежде чем выйти из нее, успел поймать себя на мысли, что совсем не против детей, но это должно быть наше общее решение.

Несколько минут я держал ее в своих объятиях. У меня сегодня было дохрена дел, а я хотел плюнуть на все и остаться дома. Побыть с ней и закрепить наше примирение, а то Фиалка до вечера опять успеет себя накрутить и отыщет еще какой-нибудь документ, хотя, вроде, я все просмотрел, и больше сюрпризов быть не должно.

— Ты моя идеальная женщина.

— Рома, не могу сказать, что я на тебя еще злюсь, но забыть ту ночь никак не получается. — мне нравилось, что она говорит прямо, не придумывая ничего.

— Я тебе не солгал. У меня была мысль выкинуть ее в окно, и сейчас я очень жалею, что не сделал этого, — произнес полушутя.

— Она, конечно, не самый приятный человек, но не до такой степени, чтобы ее убивать, — улыбаясь, ответила Фиалка.

— Знаешь, измена отца чуть не убила мою мать. Еще тогда я дал себе обещание, что не свяжу свою жизнь с женщиной, если не буду уверен в себе до конца. С тобой я уверен, мне никогда не будет нужна другая, — потянулся к ее губам и накрыл их страстным поцелуем. Завелся с полуоборота, будто и не занимался только что сексом. — Фиалка, знаешь, о какой смерти я мечтаю?

— Ты мечтаешь о смерти? — испугано спросила жена.

— Ну, лет так через семьдесят придется.

— А, ну если не раньше и не позже… — поддержала она мое шутливое настроение.

— Ага, так вот, лет через семьдесят я хочу умереть, занимаясь с тобой сексом. — эта мысль пришла мне в голову только что, я просто хотел поддержать хорошее настроение супруги.

— Алмазов, это извращение, — засмеялась она. — Ты будешь уже старый! Да и я в девяносто с лишним лет буду тем еще объектом для страсти, — веселилась Фиалка. — Целоваться будем через трубки дыхательного аппарата?

— Мне досталась совсем не романтичная супруга, — притворно вздохнул я и подхватил ее на руки. — Значит, пока ты молодая и страстная, спуску тебе не будет…

Когда мы покинули ванную комнату, Лиза еще продолжала спать. Стараясь не шуметь, Фиалка направилась в кухню готовить завтрак, а я в кабинет, нужно было сделать пару звонков.

— Доброе утро, сын, — жестко прозвучал голос отца. — Опять не придешь на работу, я угадал?

— Основную работу сделаю дома, судебных заседаний на этой неделе у меня нет, так что имею право.

— Ладно, отдыхай. Рассказывай мне, старику, работать он дома собрался. Кстати, с матерью я вчера вечером поговорил. — затаив дыхание, я ждал, что он еще добавит. — Я был уверен, что она воспримет эту новость спокойнее.

Мысленно я уже готовил себя к чему угодно.

— Что она сказала?

— Ничего. Выслушала спокойно, встала, выпила таблетки и ушла в сад. Я уговорил ее лечь спать, но до утра мы оба не сомкнули глаз. Чувствует она себя хорошо, я вызвал рано утром врача, он ее осмотрел. Но со мной она не разговаривает.

— Понятно. Ренат дома?

— Да, приехал на такси час назад, отмечал всю ночь свою победу в каком-то баре.

— Пьяный? — удивился, ведь брат практически не прикасается к спиртному.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Трезвый и злой, ему кто-то колеса проколол, машину пришлось оставить у бара, эвакуатор сможет подъехать только в девять.



— Тогда я ему прямо сейчас наберу. — попрощавшись с отцом, позвонил брату.

— Если нужно куда-нибудь ехать, я без колес, — вместо приветствия произнес Ренат.