Школьный бунтарь (ЛП) - Харт Калли

Я могу быть совершенно неопытной, когда речь заходит о сексе, но мое тело, к счастью, знает, чего оно хочет. Вжимаюсь в него, снова покачивая бедрами, и задыхаясь стону, когда моя грудь трется о его. Алекс отрывает свой рот, и далекая, жесткая грань в его глазах исчезает, заменяясь ярким, настойчивым голодом, который посылает горячую волну адреналина по моему естеству. Он смотрит на меня, наконец-то позволяя своим невероятно темным глазам опуститься, скользнуть вниз по моему телу, и это почти невыносимо.

— Господи, Сильвер, — прохрипел он. — Ты чертовски невероятна. — Он обхватывает руками мою грудь, разминая плоть, и дрожь пробегает по его телу. Я кладу свои руки на его, поощряя его сжать сильнее, так что это может быть почти болезненно, и он снова стонет. Звук его удовольствия заставляет меня дрожать от предвкушения.

Мне бы не хотелось, чтобы он так чувствовался.

Это не должно быть так приятно — чувствовать его руки на своем теле.

Я не должна так отчаянно нуждаться в нем, что мне кажется, будто я вот-вот воспламенюсь и загорюсь.

Но это так.

Алекс выгибается ко мне, откидывая меня назад, держит в своих объятиях, и следующее, что я чувствую — это мой сосок у него во рту. Он облизывает набухший, чувствительный бутон плоти, затем берет его в рот и сосет, и мне кажется, что в меня ударила молния, вспышка пьянящего наслаждения выстрелила между обеих моих грудей, вниз между ног.

— Аааа! Срань господня! — Я прижимаюсь к нему всем телом, запуская пальцы в его волосы, направляя его рот вниз, прося большего, и Алекс делает это. Его зубы впиваются в меня, крепко обхватывая мой сосок, и я немедленно реагирую, качаясь на нем, нуждаясь в том, чтобы он был ещё ближе.

Я понятия не имела, что это будет так. И понятия не имела, что могу так сильно хотеть кого-то…

Я отчаянная и нуждающаяся, когда хватаюсь за его рубашку, пытаясь снять ее с его тела. Он отстраняется, одаривая меня слегка ошеломленной улыбкой и помогает стянуть рубашку через голову. Его глаза так чертовски напряжены, они проникают в меня, обшаривают каждый дюйм моего тела, когда хватает меня за талию, переворачивает и опускает на спину у огня.

Алекс встает, расстегивает ремень, потом джинсы, сбрасывает их вместе с боксерами. Воздух кажется слишком густым, чтобы дышать, в течение секунды, когда он смотрит на меня сверху вниз, и я смотрю на него с одинаковым выражением удивления на наших лицах. Он — самое невероятное существо, которое я когда-либо видела. Кружащиеся темные чернила на его груди прекрасны. Они путешествуют вверх по его плечам, вниз по рукам, вокруг шеи — слишком много узоров и образов, чтобы воспринимать их прямо сейчас.

Его атлетическое телосложение всегда было очевидно даже через одежду, но видеть его обнаженным — это совсем другое. Грудь и живот до смешного мускулисты, пресс напряжен. Крышесносные мышцы, которые врезаются в его пах, образуя V-образную форму, естественно приводят мои глаза вниз к его члену. Он жесткий, стоит по стойке смирно, больше, чем я себе представляла, в те несколько раз, когда я позволяла себе его представить. Я сглатываю, звеня электричеством, собирающимся между моих ног.

— Защита? — спрашивает он. — Мне нужно достать?

— Нет. Нет, я принимаю таблетки.

Алекс сжимает свою плоть, и я снова втягиваю губу в рот.

— Не волнуйся, — говорит он. — Это не будет больно. Я собираюсь убедиться в этом. Боже, твое тело... — он качает головой, как будто ему трудно мыслить здраво. — Ты совершенна во всех отношениях, Сильвер. Твои сиськи чертовски умопомрачительны. Я никак не могу насытиться тобой.

Это чувство более чем взаимно.

Он присаживается на колени, и я немного напрягаюсь, хотя мне совсем не страшно. На самом деле, нет. Руки Алекса пробегают по внутренней стороне моих бедер, благоговейно поглаживая мою кожу.

— Помни... просто скажи слово, и все это прекратится.

Знаю, что он остановится. Я ему доверяю. Сейчас все совсем не так, как раньше. Я расслабляю свои конечности, вдыхаю и выдыхаю, чтобы расслабиться, и рык раздается в задней части его горла, когда мои ноги раздвигаются.

— Черт возьми, Сильвер. Твоя киска такая охренительная. Ты хоть знаешь, какая мокрая? Я, бл*дь, вижу, как ты возбуждена.

Мне немного неловко думать, что это так очевидно, но я избегаю этого чувства. В конце концов, я хочу, чтобы он знал. Хочу, чтобы понимал, что делает со мной. Я не хочу, чтобы сомневался. Он опускается на локти, его грудь упирается в мою ногу, и головокружительная волна удовольствия проносится сквозь меня, когда он использует свой язык…

— Ооооо боже! О боже мой! — Я кладу руки ему на голову, не зная, что с собой делать, когда он прижимается ко мне, его язык находит мой клитор и щелкает по нему. Такое чувство... мне не с чем сравнивать. Я видела, как парни делали это с женщинами. Мне было очень любопытно. Я просмотрела всякого рода вещи в интернете, но ничто не подготовило меня к тому, как хорошо это ощущается.

Алекс жужжит рядом со мной, и по моему телу пробегают вибрации.

— Так чертовски сладко, — говорит он. — Моя Dolcezza. Я не спал по ночам, представляя, какая ты на вкус, Сильвер Париси. Ты чертовски восхитительна. Я до конца своих дней буду желать пробовать твою киску.

От этих слов у меня в голове проносятся самые разные мысли. Это так грубо. Так вульгарно. Но когда Алекс произносит эти слова вот так, уткнувшись лицом мне между ног, это так заводит меня, что я едва могу это вынести. Приподнимаю бедра, открываясь ему, и он яростно рычит на внутреннюю сторону моего бедра.

— Вот так. Прекрасная девочка. Позволь мне взять тебя. Позволь мне заставить тебя кончить. Наполни мой рот, Dolcezza.

О... боже мой.

Он лижет и сосет, используя язык, чтобы скользить вверх и вниз по моему клитору, и вскоре уже дрожу под ним. Когда Алекс осторожно использует свои пальцы, чтобы потереться о мою киску, я ничего не могу сделать, кроме как задержать дыхание и ждать.

Медленно, так нежно он толкает свои пальцы внутрь меня, и мой позвоночник выгибается дугой от пола.

— Аааа! Черт возьми, Алекс!

Это совсем не страшно. Отнюдь нет. Это самая сильная и приятная вещь, которую я когда-либо испытывала.

Двигается очень осторожно, мускулы на его плечах напряжены, и он ждет, как я отреагирую. Я хочу... черт, я хочу большего. Качаю бедрами, поднимая их вверх, и это все, что нужно Алексу. Он дразнит меня своим языком быстрее, настойчивее, используя свои пальцы внутри меня, чтобы манить и уговаривать, ритмично двигая их взад и вперед, и глаза закатываются назад, когда ударная волна, столь ошеломляющая, врезается в мое тело.

— Алекс... Алекс, — выдыхаю я его имя. Это просто мантра на моих устах. Молитва. Проклятие. Не успеваю я опомниться, как между ногами, внутри меня нарастает ошеломляющая хаотичная энергия, тянущаяся вверх, к животу и туловищу, растекающаяся по рукам…

Это чувство нарастает, такое мощное и внушительное, и как раз в тот момент, когда я думаю, что оно больше не может нарастать, оно врезается в меня, потрясая меня до глубины души, белый, ослепительно яркий свет вспыхивает в глазах. Я цепляюсь за спину, пытаясь выдохнуть его имя, но безуспешно.

— Ах-ох, ч-черт, Але… О боже мой! О, черт, черт, черт!

Оргазм оставляет меня разрушенной, безжизненной и безвольной. Я все еще трепещу, пытаясь вспомнить, как правильно видеть, когда Алекс поднимается по моему телу и глубоко целует меня. Немного смущенная, я осознаю, что чувствую свой вкус на его губах. Алекс ухмыляется как дьявол, когда отстраняется. Однако его ухмылка превращается в хмурый взгляд, когда я провожу пальцами по его рту, пытаясь очистить его от себя.

— Не смей, черт возьми, Париси, — рычит он. — Я планирую насладиться каждым твоим кусочком. — Пытаюсь спрятать лицо у него на груди, неловко улыбаясь, но он не дает мне этого сделать. — Ты хоть представляешь, как это меня заводит? — Он берет мою руку и просовывает ее между нашими телами. Через секунду моя ладонь сомкнулась вокруг стояка, и я сжимаю его. Я задыхаюсь от ощущения его члена в моей руке, твердого, но шелковистого, с гладкой текстурой, пока он медленно ведет мою руку вверх и вниз. Глаза горят, наполненные желанием, когда он повторяет это действие в последний раз, а затем пытается отнять мою руку.