Сюзанна Симмонс - Заманчивые обещания

И это было правдой.

«Если это происшествие как-то связано со странностями, творящимися в Грантвуде, я докопаюсь до сути, даже если это будет последним делом в моей жизни», — поклялся себе Трейс.

И если с головы Шайлер упадет хоть один волос, он заставит виновного поплатиться… и поплатиться дорого.

Ее нигде не было.

Он звал ее по имени, но не получал ответа. Волна бессильной ярости захлестнула Трейса. Он чувствовал, что Шайлер пробудила в нем первобытные инстинкты. Она нуждалась в защите, и, Боже правый, именно это он отныне и будет делать. Собственно говоря, он сделает все, что угодно, лишь бы она была цела и невредима.

Как только найдет ее.

Где же она?

— Где ты, Шайлер?

Бадди заскулил рядом с ним, опустил голову, понюхал тропинку и залаял.

Трейс вернулся к тому месту, где он вошел в лес. Остановился на мгновение и огляделся. Краем глаза он заметил какое-то движение.

Он быстро обернулся и посмотрел на дом. Там, в окне второго этажа за полузакрытыми ставнями мелькнуло женское лицо. Он не мог припомнить, чтобы в этой половине дома были какие-нибудь окна со ставнями.

Трейс снова задрал голову вверх. Где-то поблизости находилась спальня Коры.

— Ну, Бадди, не подведи!

Трейс стремительно рванул через поле, вбежал в заднюю дверь и взлетел вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. И вот, наконец, он в комнате Коры.

В ней уже кто-то побывал.

Побывал только что.

Трейс чувствовал это.

Он услышал отчетливый скрип двери, который, как ему показалось, доносился из чулана Коры. Трейс бросился к чулану и открыл его дверь.

Ничего.

Он поднял руку, провел рукой по волосам на затылке и выругался про себя. Где же она?

Он громко спросил:

— Шайлер, ты здесь?

Ответа не последовало. Не слышалось ни единого звука. Казалось, молодая женщина испарилась.

Трейс стоял посреди комнаты — ноги на ширине плеч, руки, сжатые в кулаки, на бедрах — и свирепо смотрел в ночную тьму.

Потом вспомнил про окно со ставнями. Сосчитал окна в спальне Коры. Зашел в соседние комнаты: ни одного окна со ставнями. И, тем не менее, он был уверен, что окно, в котором промелькнуло лицо, было со ставнями.

А вдруг…

Он вернулся в чулан и стал простукивать стену, прислушиваясь к отчетливому глухому звуку, который должен был открыть ему, верна его догадка или нет.

Тут он заметил, что Бадди обнюхивает нижнюю деревянную панель.

— Что там, приятель? Ты что-то унюхал? Чувствуешь Шайлер?

Бадди тихонько зарычал.

Трейс присел рядом с Бадди и уставился на щель в панели. Он встал и ударил по ней носком ботинка что было сил.

Стена разошлась.

Трейс отошел и подтянул сундук к месту появившегося пролома, чтобы стена за ним не могла сомкнуться.

— Оставайся здесь, — скомандовал он Бадди.

Трейс шагнул в темный, узкий коридор. Затем прильнул ухом к стене.

— Шайлер? — Он повысил голос. — Шайлер, ты меня слышишь?

Послышался слабый приглушенный крик:

— Трейс!..

Она была за стеной коридора. Здесь должен быть какой-то вход. Однако он не нашел такового даже после тщательного осмотра. Возможно, это значит, что есть какой-то рычаг, который открывает невидимую дверь.

— Отойди назад, — прокричал Трейс в надежде, что Шайлер его слышит. Затем навалился плечом на стену и надавил что было сил.

Ничего не произошло.

Он предпринял еще несколько попыток в нескольких разных местах, но все без толку. После этого в полном отчаянии занес кулак и обрушил его на эту чертову стену.

Стена раздвинулась.

За ней оказалась потайная комната, в которой царила абсолютная тьма.

— Шайлер!

— Трейс!

Ее лицо выплыло из мрака. Оно было белым как мел.

— Боже, я так волновался, — воскликнул он, когда она бросилась к нему.

Трейс крепко прижал к себе Шайлер. Она была в его объятиях; ее голова покоилась на его груди, руки обнимали его талию.

Наконец она подняла голову, откинулась назад и призналась ему:

— Я знала, что ты придешь.

Правда?

Она кивнула.

— Я твердила себе, что это только вопрос времени. — Мгновение она, казалось, обдумывала сказанное, а затем спросила: — Почему тебя так долго не было?

— Я не знал, что ты пропала, пока миссис Данверз перед ужином не обратила на это мое внимание. — В голосе Трейса прозвучала досада. — Она тебя всюду искала. Естественно, беспокоилась.

Шайлер прильнула к нему, греясь теплом его тела.

— Что произошло?

Она нахмурилась:

— Я не совсем поняла. Мне показалось, будто что-то промелькнуло в окне. Я захотела выяснить, в чем дело. Нашла потайной ход, вошла в него, поскользнулась на чем-то мокром, и вход за мной закрылся. Затем меня кто-то толкнул, и в итоге я очутилась в этой комнате.

Мышцы Трейса напряглись.

— Тебя толкнули?

— Мне так показалось, — устало призналась она.

— Главное, сейчас ты в безопасности, — произнес Трейс обманчиво спокойным голосом.

— Да, сейчас я в безопасности.

— Я не должен был отпускать тебя одну сегодня. — В голосе Трейса послышался горький упрек самому себе.

— Боже милостивый, это вовсе не твоя вина. Я самостоятельно объездила целый мир и, конечно же, вполне могла отправиться в коттедж на территории своего собственного поместья одна, без телохранителя, — заметила Шайлер.

— Я в этом вовсе не уверен. — Его голос звучал угрюмо.

— Я вполне способна сама за себя постоять. В конце концов, последние девять лет я живу одна.

Он не собирался с ней сейчас спорить. «Но кое-что непременно должно измениться», — решил Трейс, прижимая к себе Шайлер.

Глава 25

— Где мы? — спросил Трейс.

Его голос не отразился от стен и не вернулся к ним эхом. Его обычно звучный баритон был поглощен стенами.

Это удивило Шайлер, поскольку она была твердо уверена, что они находятся в большой комнате с высокими потолками. За несколько последних часов она кое-что выяснила. В сложившейся ситуации ей больше нечего было делать, кроме как звать на помощь, после того как она в четвертый раз ударилась об острый угол какой-то мебели. Завтра ее ноги будут в синяках, и довольно больших.

— Я точно не знаю, где мы, — призналась она. — Я не смогла найти выключатель. — Она чихнула. — Я явственно чувствую запах пыли.

— И я, — признался Трейс. — Окна?

— Одно я чуть приоткрыла. Кажется, оно затворено ставнями изнутри и заколочено гвоздями. Как будто кто-то специально хотел спрятаться от солнечного света.

— От солнечного, лунного и любого другого, — заметил он. — Я схожу в свою комнату за фонариком. Выдержишь здесь еще пару минут?

— Конечно, — сказала Шайлер, но это явно было бравадой с ее стороны.