Кристин Хармел - Искусство французского поцелуя

— Ах да, — с серьезным и профессиональным видом ответила я. — Конечно. Мы с большим удовольствием познакомим вас с творчеством Гийома.

Он улыбнулся.

— Да, точно. Мне обязательно понравится.

— Надеюсь.

Гейб внимательно на меня поглядел и кивнул.

— Спокойной ночи, Эмма.

Затем он поднял коньки с тротуара и без слов зашагал прочь.

Несмотря на то что завтра мне предстоял тяжелый день, всю ночь я почти не спала и по-прежнему чувствовала, как пальцы Гейба переплетаются с моими.

Глава 15

Утром в лондонском поезде я задремала. Мне полагалось присматривать за Гийомом, который ехал первым классом, — как бы он не начал сверкать голой задницей перед пассажирами или не устроил стриптиз в вагоне-ресторане, — но я решила временно поручить эти обязанности Эдгару и Ришару. У меня просто не было сил.

— Поздно легла, Эмма? — спросил Гийом, многозначительно ухмыльнувшись, когда я заняла свое место.

— Я всего лишь каталась на роликах… Так что обойдемся без сальных шуточек.

Он приподнял брови.

— Ну, не знаю. Кататься можно очень пылко и страстно.

Я закатила глаза. Видимо, у нас были совершенно разные представления о массовом катании.

Каждый раз, засыпая, я вспоминала губы Гейба, и меня охватывало блаженство, смешанное с чувством вины. Поцелуй был волшебный, но разве агентам по рекламе положено целоваться с журналистами? Я словно бы нарушила какой-то важный закон профессиональной этики Брет тоже не покидал моих мыслей, затаившись где-то на задворках сознания. Конечно, я уже не раз целовалась с парнями — по наказу Поппи, — но Гейб был первым, к кому я прониклась какими-то чувствами. Да, это безумие, но меня почему-то мучила совесть, словно я изменила Брету.

Через три часа водитель лимузина, забравший нас четверых с вокзала, подъехал к отелю «Ройял Кенсингтон». Прежде чем лакей помог мне выйти из машины, я восторженно осмотрелась. Здание было дивной красоты: огромное и величественное, с мраморными колоннами и роскошными цветочными клумбами на окнах, которые придавали фасаду более мягкий и уютный вид. Над стоянкой, выложенной мрамором, порхала стая флагов. Десятки лакеев и носильщиков в смокингах и цилиндрах носились между машинами, ловко извлекая чемоданы из багажников. Если приглашенные журналисты испытали хоть половину моего восторга, я могла с уверенностью сказать, что начало презентации положено хорошее.

Когда мы зарегистрировались, я отыскала Поппи — ее номер был рядом с моим. Чтобы определить, кто из нас пойдет в номер Гийома и проверит, всем ли он доволен (а заодно не отыскал ли он где-нибудь пару несовершеннолетних красоток), мы сыграли в камень-ножницы-бумагу. Мои ножницы затупились о камень Поппи — идти было мне.

— Я пока хорошенько отмокну в ванне! — пропела моя подруга, когда я обувалась. Откуда ей было знать, что вчера я стала чемпионкой Парижа по катанию на Ликах и ради горячей ванны готова отдать левую руку? — Я буду нежиться в пене, потягивать каву, читать «Гламур» и думать только о тебе!

— Убила бы, — буркнула я и вышла в коридор.

У нас с Поппи были прекрасные номера, а нашего рокера, конечно же, поселили в люксе на последнем этаже. Я не представляла, что там может не понравиться, но в мои задачи входило следить за настроением Гийома, тем более перед презентацией. Так что я безропотно пошла наверх.

Мне ответили только на второй стук.

— Кто там? — раздался приглушенный голос Гийома.

— Эмма! — завопила я в ответ, чем привлекла насмешливый взгляд коридорного — тот нес чемоданы «Луи Вуиттон» в номер напротив.

Похоже, вопить в этом отеле считалось верхом неприличия.

— Минутку! — крикнул Гийом.

Я услышала его шаги, и через несколько секунд дверь отворилась.

— Привет, — с улыбкой сказал он.

Я не знала, чего ждать, но почему-то не сомневалась, что без обнаженки не обойдется. К моему удивлению, Гийом был полностью одет и вообще выглядел нормально: зеленая рубашка с длинными рукавами, темные джинсы. Если бы я не знала, что он полоумный, приняла бы его за обычного привлекательного… ладно, ладно, дико привлекательного парня с рекламного щита «Кельвин Кляйн».

Но, увы, он был псих. Да к тому же мой клиент.

— Как дела, Эмма? — спросил Гийом, жестом приглашая меня в номер, — Входи, входи.

— Спасибо, я тут постою, — поспешно ответила я вспомнив, что обычно творится в номерах у Гийома. Да и в покер я играть не умею.

— Как скажешь. — Он пожал плечами и загородил собой дверь. — Чем могу помочь?

Пожалуй, более нормальной светской беседы у нас еще не бывало.

— Да так… хотела узнать, все ли хорошо с номером, — неуверенно проговорила я.

— О, не просто хорошо — великолепно!

— Я рада.

— Я тоже.

— Тебе что-нибудь принести? Ничего больше не нужно? — спросила я.

— Нет. — Гийом внимательно на меня посмотрел, — Можно задать тебе один вопрос?

— Э-э… конечно.

Я приготовилась к худшему. Сейчас он спросит, не интересует ли нас с Поппи групповой секс. Или где в Лондоне можно раздобыть крэк. Или в каком из местных архитектурных памятников лучше всего раздеться. Я бы предложила Биг-Бен.

Но ничего подобного Гийом не спросил.

— Эмма, я только хотел узнать, все ли у тебя хорошо, — медленно произнес он.

Я изумленно распахнула глаза.

— Что?! Ну да, все хорошо. — Я опомнилась и широко улыбнулась. — А в чем дело?

Гийом неловко пожал плечами.

— Не знаю. Ты сегодня сама не своя. Какая-то расстроенная была в поезде.

Я прямо вздрогнула от удивления.

— Спасибо, у меня все нормально. Я еще раз натянуто улыбнулась.

— Точно? — с искренней заботой спросил Гийом. Что на него нашло?

— Да-да, точно.

Он еще раз окинул меня проницательным взглядом.

— Знаешь, я ведь не такой плохой. Ну, то есть от меня хлопот не оберешься, но в душе я не злой.

Куда он клонит?!

— Знаю, — ответила я, чувствуя, как часто забилось мое сердце.

— Я в том смысле… Ну, если хочешь о чем-то со мной поговорить, не стесняйся.

У меня в прямом смысле слова отвисла челюсть. Неужели это тот же человек, с которым я на прошлой неделе пела смертельно опасный дуэт, болтаясь на канате между двумя домами? И у которого в трусах лежит пара тысяч евро — так, на всякий пожарный?

— А… ну… спасибо. Очень мило с твоей стороны.

— Да… — Гийом пожал плечами и отвел взгляд, — В общем, не грусти. Что бы там ни случилось.

— Хорошо, — ответила я, по-прежнему недоумевая. Гийом неуклюже обнял меня, чмокнул в обе щеки и закрыл дверь.