Сьюзен Льюис - В погоне за мечтой

Эллин в смятении прикрыла глаза:

– Ты не поверишь, Мэтти, но сейчас я готова навсегда забыть о сексе, а уж тем более об оргазме.

– Поверю, если услышу от тебя то же самое месяц спустя. – Мэтти улыбнулась и скосила глаза на газетную вырезку с фотографией Майка Маккана, валявшуюся на кровати. – А может быть, и нет, – добавила она.

Глава 10

Зельда громко рассмеялась, привлекая внимание людей, сидевших за соседними столиками. Стивен Саттон, известный британский писатель по прозвищу Слим, рассказывал о своих похождениях в Голливуде, куда он ездил, чтобы подобрать себе литературного агента. Майк, Крейг и Сэнди рассмеялись вслед за Зельдой.

– Не может быть! – воскликнула она, вытирая глаза салфеткой.

– Все так и было, клянусь, – отозвался Саттон, проглотив очередную порцию бренди. Его круглое, гладко выбритое лицо лучилось лукавством. – Парень был одет ковбоем. Шляпа, сапоги, шпоры и все такое прочее. Но не забывайте, речь идет о Голливуде, а там одежда служит средством самовыражения. И поскольку все агенты – ковбои, я сам не понимаю, чему удивился. Короче говоря, я вошел в его контору, посмотрел на него и сказал себе: «Слим, чтобы понять, кто этот парень, достаточно одного взгляда на его одежду. Какой смысл заговаривать с ним? Развернись и уноси отсюда ноги». Но он оказался проворнее – усадил меня и накачал кофе быстрее, чем я успел бы выхватить пистолет. Следующие полтора часа он рассказывал мне о своем агентстве самые разные вещи, которых я вовсе не желал знать, например, как получилось, что оно находится здесь, а не в Беверли-Хиллз, по соседству с большими шишками. Я не знал, как заткнуть ему пасть. Он был по уши напичкан самомнением, считал, что я только что слез с дерева, и не догадывался, что я вижу его насквозь. «Значит, ты хочешь стать писателем, – заявил он, как будто я не прочел ни одной книги, не говоря уж о том, чтобы сочинять их самому. – Для этого тебе нужно позвонить вот этим продюсерам… – с этими словами он выхватил из кобуры список длиной с рулон туалетной бумаги, – и сказать им, что ты известный британский автор, а поскольку они лепят – лепят! – то же самое, что и ты, то нельзя ли прислать твоему агенту пару-тройку книжек?»

Саттон обвел взглядом собеседников, наслаждаясь тем впечатлением, которое произвел его рассказ.

– А что он собирался делать, пока ты будешь обзванивать продюсеров? – спросил Крейг, поднимая бокал бренди. – Это ведь его обязанность, разве нет? Или в Голливуде все по-другому?

– Видимо, да, – с сарказмом ответил Саттон и жестом велел официанту принести еще спиртного. – Во всяком случае, в Голливуде, каким его видит этот парень. И кто может упрекнуть его в том, что ему «осточертело делать всю работу, пока придурки клиенты просиживают штаны по домам и поплевывают в потолок»?

– Он так и сказал? – Зельда фыркнула.

– Это точные его слова, – уверил Саттон. – Но самое смешное впереди. Он велел мне забыть о сочинительстве, поскольку-де в Голливуде никто не умеет читать, и велел разработать новую концепцию «Рэмбо». Или «Гамлета». Или любого другого известного произведения. И я осведомился, уж не ждет ли он от меня повторения чужих идей. И он ответил: «Клепай, пока на них клюют!»

Майк презрительно рассмеялся, а Зельда вновь приложила салфетку к глазам.

– Чем все кончилось? – спросила она.

– Кончилось тем, что я, настырный бездарный бумагомарака, спросил, не найдется ли у него сценария, который я мог бы прочесть, чтобы уяснить правила оформления. В Голливуде буквально помешались на компоновке. Такое впечатление, что тамошние люди не в силах прочесть хотя бы страницу, если она изложена в непривычном формате. Короче говоря, я прошу у него сценарий, а он отвечает: «Еще чего! Только этого мне не хватало – учить тебя писать». И тогда я поднялся на ноги и хлопнул дверью.

Зельда и остальные еще долго смеялись.

– Итак, вы поставили крест на Голливуде, – сказала Сэнди, поглядывая краешком глаза на Майка. Тот уже несколько минут пристально смотрел мимо Крейга в сторону дальнего угла зала, но она до сих пор не могла понять, что привлекло его внимание.

– Не на Голливуде, – ответил Саттон, – а на болванах вроде того, о котором только что рассказывал. Как ни странно, они куда удачливее, чем по-настоящему талантливые ребята. Прежде чем ехать в Лос-Анджелес, нужно хорошенько отличиться. Все, что ты делал прежде, в Штатах не ставят ни в грош. Там ты никто до тех пор, пока не изнасиловал несовершеннолетнюю или не убил свою жену и притом не вышел сухим из воды. Известно ли вам, как они называют агентства, которые работают с актерами? – спросил он, повернувшись к Майку.

Майк кивнул:

– Агентства по поиску талантов.

– Иными словами, талантливым может быть только актер, – сказал Саттон. – Представляете? Авторы и сценаристы считаются там полным ничтожеством.

– Поэтому вы вернулись? – спросил Крейг.

– Конечно. Голливуд – прекрасное место, если не воспринимать его всерьез и ничего от него не ждать.

– Вы уже написали сценарий? – подал голос Майк.

– Еще нет. Но обязательно напишу и отдам его вам, ребята. Кто ваш американский партнер? Си-эй-эй? Ай-си-эм?

– Те и другие, – отозвался Крейг. – Но у Майка обширные связи здесь, в Европе, и, может быть, нам удастся раздобыть деньги без помощи Голливуда.

– Постановки по моим книгам влетают в копеечку, – предупредил Саттон. – Действие происходит во многих местах, с большими промежутками во времени.

– Если материал хорош, мы найдем деньги, – сказал Майк и вновь посмотрел на дальний столик, привлеченный донесшимся оттуда взрывом хохота. – Я читал ваши книги и не сомневаюсь в высоком качестве текста. Но сумеете ли вы написать сценарий? Это ведь совсем другой жанр. Вам будет труднее сохранить объективность в работе, чем профессиональному сценаристу.

– Ну вот, вы заговорили словно голливудский агент, – заметил Саттон. – Но в ваших словах есть резон, и я готов с вами согласиться. Итак, я напишу сценарий, а вы скажете, что думаете о нем.

Майк кивнул.

– Вы надолго задержитесь в Лондоне? – спросил он, чувствуя, как о его ногу потирается бедро Сэнди.

Саттон нащупал под столом ее колено и стиснул. Сэнди даже не моргнула.

– Вероятно, дольше, чем рассчитывал, – ответил Саттон.

К облегчению Сэнди, он не подмигнул ей, хотя мог бы. Хищный огонек в глазах Саттона откровенно выдавал его намерения. Хорошо, что Майк вновь отвлекся и, вероятно, ничего не заметил, а Зельда и Крейг сочли его вольность шуткой.

Сэнди встретилась с Саттоном два дня назад в «Трэмпе». Их познакомил один из ее клиентов. Услышав его имя, Сэнди почти сразу вспомнила, что Саттон – писатель, хотя она не читала его книг и не знала, насколько он знаменит. К счастью, Саттон оставил ей визитную карточку, и когда на следующее утро Сэнди рассказала о нем Крейгу, тот тут же объяснил ей, что к чему.