Алина Политова - Любовь как биография (СИ)

Рано утром мы приехали в Москву. У меня в кошельке оставалось сорок рублей. Я вышла на перрон Казанского вокзала, и у меня перехватило дыхание! Я никогда не задумывалась особо, что это за город — Москва. Город и город. Я не любила его, потому что все мои знакомые его не любили, называли шумным и суетливым. Все что я знала о Москве, помимо Кремля и Мавзолея, это то, что люди там как волки. Если у кого-то спросишь дорогу, то человек даже не остановится и пройдет мимо. Внутренне я была готова к тому, что помощи ждать не от кого, но я совершенно не была готова к тому, что этот город так огромен! Даже вокзал казался огромным! Но дело не в вокзале, дело в том, что выйдя из поезда, я эту огромность почувствовала каждой своей клеточкой! Она навалилась на меня и вдавила в землю. Казалось, еще секунда и я растворюсь, потеряюсь в этом городе, меня затянет какой-то незнакомый чудовищный водоворот… и в этот миг я поняла, каким безумием было сюда приехать! Меня же здесь никто не ждал!

Я заставила себя справиться с первым приступом паники, и пошла в здание вокзала. Некоторые вещи про мир я понимаю интуитивно. В тот момент я поняла, что адрес Олега у меня на руках не стоит ломаного гроша. Мне никогда не найти его улицу в этом огромном городе! Если я не знаю его станцию метро — я потерялась на веки вечные. На такси у меня денег нет. Сорок рублей мне хватит только лишь на метро! Но как узнать его станцию?! А если он живет далеко от станции? Где мне искать его, где?! Мне стало очень страшно. Что со мной будет, если я потеряюсь? Ведь эти люди, москвичи, не станут мне помогать! Я слышала про них столько плохого! Я приезжая, я даже не человек для них! Может мне сразу пойти в милицию и сдаться? Сказать, что я потерялась и не знаю, что делать.

У меня был номер домашнего телефона Олега. На вокзале я нашла телефоны-автоматы, откуда можно было позвонить. Я купила карточку, на нее ушли почти все мои деньги. Жутко волнуясь, я набрала его номер. Что он скажет, когда узнает, что я приехала? Какой будет его реакция? Было очень страшно. Длинные гудки. Его не было дома… но ведь еще раннее утро! Я вышла из вокзала, прошлась по улицам, чувствуя себя букашкой. Мне казалось, что все смотрят на меня с презрением и понимают, что я приезжая. Еще несколько раз я пыталась дозвониться до него, но номер не отвечал. К счастью, у меня в блокноте был номер телефона Иришки, с которой мы в клуб ходили в деревне. Она жила с матерью в Москве. Иришка приходилась мне дальней родственницей. Мне очень не хотелось к ней обращаться, но это была последняя надежда. Она взяла трубку! Я рассказала ей какую-то историю, что приехала к друзьям, но не застала их, и мне некуда податься, пока они не вернутся. Ирка была рада меня слышать. Сказала, что я случайно застала ее дома, потому что она приболела, и не пошла на работу. Она даже представить себе не могла, какая это для меня удача! Ирка попросила меня подъехать на станцию Новослободскую, а на выходе она меня встретит, и мы на автобусе поедем к ней.

Конечно, я не стала ей говорить, что не представляю, как найти эту станцию. Мне было так неудобно, что я вообще к ней обратилась. В гости приезжают с подарками и все такое… и тут я! Как-нибудь отыщу эту станцию, решила я и пошла в метро. И тут странная вещь произошла. Это был какой-то знак. Может этот город таким образом показывал, что принимает меня, не знаю. Короче, я шла по переходу в метро и под ногами у меня валялись деньги, мелкие купюры! Люди вокруг почему-то не замечали их! Я шла и поднимала деньги. Их было так много! Я еще подумала тогда — ну и зажрались же эти москвичи, что деньги валяются просто у них под ногами. К тому времени, когда я дошла до кассы, у меня в руках был ворох десяток и полтинников.

Оказалось, что в маршрутах метро очень просто разобраться по схемам. Я благополучно доехала до Новослободской, мы встретились с Иркой и поехали к ней. Она была рада меня видеть. Я продолжала придерживаться своей истории про друзей. У нее дома я искупалась, привела себя в порядок. Ирка приготовила еду. Мы долго болтали, сидя на кухне, о жизни. Мне стало стыдно, что я, рванув в Москву, совершенно забыла о том, что там живет моя сестра. Если бы Олег встретил меня, мне бы и в голову не пришло навестить ее. Вокруг меня такие хорошие люди, думала я, и только я бездушная одержимая эгоистка. Пока мы сидели на кухне, я несколько раз набирала номер Олега. Где-то после обеда он взял трубку! Какое-то время я просто, как обычно, болтала с ним, а потом сказала, что я здесь, в Москве. Он спросил, почему я до сих пор не у него!

Через полтора часа мы встретились на его станции. Я чувствовала себя оглушенной от переполнявших меня эмоций! Но, конечно же, внешне не подавала виду. Мы пришли к нему домой. Оказывается у него и правда был полный развал. Брошенный наполовину ремонт, почти никакой мебели. Не было даже плиты! Еще до развода они с женой затеяли грандиозный ремонт, полностью снесли стены и поставили новые. Выбросили мойку, плиту, всю сантехнику. Когда она ушла, были готовы стены, паркет и ванна с туалетом, да и то не полностью. После этого Олег ничего больше не делал. Вот в такое разгромленное жилище он меня и привел. В большой комнате стояла какая-то старая мебель, которую к нему привезли друзья на хранение. В маленькой комнате только односпальная кровать, письменный стол с компьютером и стеклянная тумба, на которой стоял телевизор и видеомагнитофон. В квартире пахло деревом и паркетным лаком, этот запах почему-то так и остался там на много лет.

Мне было плевать на весь этот ремонт. Главное — Олег был рядом со мной! Мне казалось, что все это только сон, и я так боялась проснуться! Я в его городе, в его доме, среди его вещей… все мне нравилось, совершенно все! Его жизнь, боже мой — я прикоснулась к его жизни! Единственное что я ощущала в тот момент — оглушительное парализующее счастье.

Мы оба были очень спокойны внешне. Вели себя так, будто виделись только вчера и вообще ничего особенного не происходит. Родители Олега жили в соседнем доме, кто-то из них позвонил и попросил его погулять с собакой. Мы пошли туда. Я сказала, что подожду у подъезда, пока он поднимется за собакой, мне не хотелось светиться перед его родителями — кто я такая? Олег быстро вернулся, ведя на поводке ирландского сеттера.

Уже почти стемнело. Мы гуляли по улицам, я играла с Сантой. Его собака, его улицы… я шла и думала — это улицы, по которым он ходил в детстве. Все это было так важно, так значительно! Я стала спрашивать о жене, о том, как они расстались, и поняла, что для него это огромная травма. Вряд ли в его сердце сейчас было место для другой женщины. Ну что ж, я и не претендовала на многое. Я всего лишь была наркоманкой, а он моим наркотиком. Можно ли рассчитывать на взаимность от наркотика? Ты просто используешь его, потому что не можешь без него жить.