Эми Плам - Умри за меня

— А ты когда-нибудь… — я замолчала, не зная, на сколько далеко я могу зайти.

— Что? — спросила Шарлотта заинтриговано.

— У тебя есть парень?

Шарлотта вздохнула.

— Поэтому для меня так же трудно завести парня, как и подруг. Думаю, что поначалу я еще могла бы как-то оправдаться за исчезновение на три дня каждый месяц, но долго бы так продолжаться не могло. Исчезать на несколько дней, когда я бы погибала. Нет, это бы просто не сработало. И я не могу заводить обычных отношений, как поступают Жюль с Амброузом.

Когда я влюбляюсь, меня это убивает.

— Так ты уже влюблялась?

Она залилась краской и посмотрела на свои руки.

— Да. Но он не знает… он не чувствует того же.

Её слова были еле различимы.

— Тогда почему ты не встречаешься с ревенетом?

Она наклонилась вперед и на её губах появилась грустная улыбка. Обхватив себя руками, она смотрела на воду.

— Нас вокруг не так много, поэтому выбор довольно ограниченный.

Я не знала, как отреагировать, поэтому взяла её за руку и ободряюще её сжала.

Она улыбнулась, а потом добавила,

— Я лучше пойду домой. Из-за Чарльза. Спасибо за беседу. Я не могу даже передать, как здорово потусоваться с девчонкой.

Я подумала о том же. Я завела не так много друзей здесь, в Париже. И если подумать, это означало проводить время с тем, кто являлся практически членом семьи Винсента, я должна была признать, что мне очень понравилось быть с Шарлоттой.

— Обязательно повторим, — пообещала я.

Внутренний голос говорил, раз я дружу с Шарлоттой, то рано или поздно я столкнусь с Винсентом. Я велела ему заткнуться. И подумала, неужели боль в моем сердце никогда не утихнет. Должна, решила я. Чем больше времени я проведу подальше от Винсента, тем лучше я себя буду чувствовать. Я была в этом уверена.

Глава 23

На следующей неделе вместо наступления улучшения, я почувствовала себя еще хуже, и к пятнице ужасное отчаяние начало меня поглощать. Так я провела все выходные, на протяжении которых, я не делала ничего, чтобы могло отвлечь меня.

В обед я достала свой телефон, чтобы посмотреть свои ежедневные смски от Джорджии: Видела наряд, сама знаешь про какую шлюху я. Исчисления отстой. Хочешь вечером куда-нибудь пойти?

Я помедлила, а потом заставила себя ответить на последнее сообщение: Куда? Она немедленно не ответила: Встретимся после школы. В четыре часа Джорджия ждала меня у ворот, на лице которой было написано абсолютное изумление.

— Не может быть, Кейти-Бин… Ты и вправду хочешь пойти со мной?

— Зависит, — сказала я небрежно, стараясь не выказывать в каком отчаяние я находилась. — Куда ты собираешься?

— В одном неформальном клубе танцевальная вечеринка. Его владелиц мой хороший друг.

Она одарила меня озорной улыбкой. Моя сестра неисправимая кокетка.

— Я серьезно, это крутое местечко, оно состоит из лабиринта старых винных погребов, который проходит под несколькими зданиями в районе Оберкампф. Там всегда полно музыкантов и художников, тебе понравится.

Несмотря на то, что мое сердце не настроено было клубиться, это была первая попытка за выходные. Вообще-то, надо быть реалисткой, за месяц.

— Я пойду, — сказала я. — В каком часу ты собираешься идти?

— Около девяти.

Мы доехали до города на автобусе, а потом пересели на метро. Уже на нашей улице я сказала Джорджии,

— Думаю, я еще не хочу идти домой. Пожалуй, я поброжу. Не уходи без меня.

— Я заберу твой наряд, — сказала она, улыбаясь и направилась на нашу улицу.

Я повернула в другую сторону и прокладывала свой путь мимо оживленного бульвара Сен-Жермен, прошла сквозь небольшие извилистые улочки пересекающиеся неподалеку от реки На оживленном перекрестке стояло кафе с большой террасой, куда меня в детстве водила бабушка за восхитительным tarte tatin — запеченный яблочный пирог, который подается перевернутым, с карамельной глазурью.

Кафе называлось Ла Палетт, как палитра художника, его имя, восходит к тем временам, когда оно было притоном для местных художников и скульпторов. Кафе было слишком далеко, чтобы выбрать его в качестве постоянного, но точно стоило разового посещения. На улице дул холодный порывистый ветер, как правило, в такую погоду всегда людная терраса была почти пуста.

Я протолкнулась через входную дверь в теплое, вкусно пахнущее кафе. Мой взгляд поймал официант и махнул рукой в сторону пустого столика, спрятанного в почти скрытой нише за дверью. Замечательно. Анонимность то, что мне сегодня было нужно.

Я уселась, бросая свою сумку под стол и начала рассматривать посетителей кафе, пока ждала официанта, который должен был подойти к моему столику. В одном из углов шумно болтала группа студентов. За несколькими столиками сидели бизнесмены с напитками поверх их документов. Производящая впечатление женщина около тридцати сидела одна. Я сфокусировалась на ней. Густые светлые, почти белые, волосы рассыпались по плечам, а ее высокие скулы и голубые глаза делали её похожей на скандинавку.

Из бара кафе к ней подошел человек, спиной ко мне. Он сел напротив неё, подняв чашку с кофе и залпом, осушил её. Затем он потянулся, чтобы взять её за руку, которая изящно лежала на столе.

Он ей что-то сказал, и она оторвала взгляд от него и уставилась на столешницу. Я видела, как потекла слеза по её прекрасной щеке и мужская руку поднялась автоматически, чтобы смахнуть её. Он убрал свободно висевшую прядь её платиновых волос за ухо, движением, которое я узнал. Моё сердце остановилось, внезапно я всё поняла.

Меня охватил леденящий душу холод, я схватила свою сумку и столкнула стеклянную солонку на пол, которая с грохотом разлетелась вдребезги. Женщина перевела не меня взгляд и что-то сказала своему спутнику. Он развернулся в моем направлении и застыл, а его красивое лицо омрачило опустошение. Мои инстинкты меня не подвели. Это был Винсент.

Сразу же передо мной нарисовался официант, держа в руках щетку и совок для мусора.

— Простите, — выдавила я из себя и, схватив со стула куртку, я оттолкнула его и запинаясь покинула кафе.

Я бежала всю дорогу до дома, чувствуя, как моё лицо онемело, как будто его накачали новокаином.

Я бросила Винсента, а не наоборот, напомнила я себе. Почему бы ему не найти кого-нибудь еще? Меня посетила мысль, что он, возможно, лгал мне, о том, что у него никого не было со времен детского увлечения. Возможно, он встречался с этой роскошной блондинкой всё время. Хотя моё разбитое сердце говорило мне, что это неправда. Винсент не стал бы лгать мне. И Шарлотта не стала бы лгать, когда сказала, что я была первой девушкой, в которую влюбился Винсент, с тех пор как стал ревенентом.