Изабель Вульф - Стеклянная свадьба

– Привет, э, ха-ха-ха, я Брайан.

– Привет, я Сью.

– Привет, я Майк.

– Э, привет, я Фейт.

– Доброе утро, меня зовут Дейв.

– Ну приве-ет, Дейв, у тебя такой сексуальный зад. Я Лили.

Дейв выронил мячик. Мужик впал в благоговейный ужас, подумала я.

Через три-четыре минуты Бриджит сказала:

– Очень хорошо. А теперь следующее упражнение, связанное с визуальным контактом. Большинство из нас стесняется смотреть людям прямо в глаза. Но взгляд чрезвычайно сексуален и может произвести большой эффект. Это мы и сделаем сейчас. Все мы будем ходить кругом по комнате и с ног до головы осматривать друг друга, демонстративно, хищно и дерзко.

Как все это странно, думала я, пока мы кругами бродили по комнате, пялясь друг на друга, хотя было бесполезно смотреть на мужчин, так как почти все они глазели на Лили.

– Достаточно, – жизнерадостно объявила Бриджит. – А теперь пусть ваши глаза поблуждают. Вверх и вниз. Загляните каждому в зрачки.

Так – удерживайте взгляд. Заставьте ваши глаза заговорить с партнером. Пусть ваши глаза скажут: «Ну… при-вет!»

Все это вызывало у меня отвращение. Лицо мое пылало. Затем мы должны были разделиться на пары и отвешивать друг другу комплименты. Мне в пару достался китайский студент-медик по имени Тинь.

– А теперь как следует похвалите друг друга! – сказала Бриджит. – А когда получите свой комплимент, просто скажите «спасибо» и улыбнитесь. Понятно?

– Гм, у вас красивые блестящие волосы.

– Спасибо. А у вас сивые гласа.

– Э… спасибо. У вас красивые зубы.

– У вас холоси носьки.

– О, замечательно. Мне нравится ваш нос.

– У вас модна юбка.

Бриджит снова хлопнула в ладоши.

– Главный закон флирта, – объяснила она, – заключается в том, что люди любят тех, кому нравятся. Вот почему имитация – самая сильная форма лести. Поэтому теперь мы будем, как в зеркале, отражать движения друг друга, это называется «эхо позы». Так что копируйте движения друг друга, насколько возможно близко. Старайтесь даже дышать в одном ритме…

Минут через пятнадцать Бриджит возбужденно сказала:

– Ну, а теперь следующая задача – найти животное внутри! Да, вы должны найти животное, которое наиболее полно соответствует вашей личности, впустите его в себя, и пусть оно заполнит ваше тело, хорошо? Лили, какое вы животное?

– Я пантера, – промурлыкала она.

– А вы какое животное, Фейт?

– Ну… не знаю, может быть, броненосец.

– Не надо быть броненосцем, – сказала Бриджит. – У него броня.

– Хорошо, тогда буду собакой.

– Я лев!

– Я орел!

– Я хорек!

– Я волнистый попугайчик!

Теперь все приняло настолько смехотворный оборот, что я начала терять контроль и расслабилась. Когда занятие подходило к концу, я даже испытала некоторое удовольствие.

– Все вы занимались очень хорошо, – тепло заметила Бриджит. – Но я хочу дать вам еще одно задание, и очень важное, – одарите каждого, кого встретите по дороге домой, приветливой доброжелательной улыбкой.

– Это было очень полезно, – заметила Лили, когда мы выходили из отеля. – Я действительно многому научилась.

– Правда? – скептически бросила я, когда она открывала дверь своего темно-синего «порша».

– О да, – с энтузиазмом сказала она, пока с электронным завыванием опускалась крыша. – И не забудь, Фейт, – добавила она, когда мы выезжали на Эрлз-Корт-роуд, – мы должны улыбаться всем, кого встретим.

– Не беспокойся, – самонадеянно заявила я. – Обязательно улыбнусь.

В конце концов, солнце ярко светило, вишневые деревья стояли в цвету. И впервые за последние несколько недель я действительно развеселилась. О да, сегодня я была готова улыбаться, несмотря на все проблемы. Мы затормозили у светофора на Бромптон-роуд. Мы сидели, а мотор работал вхолостую, когда рядом остановился спортивный автомобиль с опущенным верхом. Внезапно я почувствовала, что водитель смотрит на нас. Я повернула голову влево и оказалась лицом к лицу с улыбающимся мужчиной. Но кому же он улыбался? Лили, предположила я, присмотрелась – нет. Он улыбался не Лили. Он улыбался мне. Смотрел на меня и улыбался. Именно так. Что за наглость! Я сердито посмотрела на него, но он не перестал улыбаться. Казалось даже, что его улыбка стала еще шире. По-моему, я уже изрыгала пламя. Это нужно сейчас же прекратить.

– На кого это вы смотрите? – резко спросила я.

– На вас, – с усмешкой ответил он.

– Это чрезвычайно невоспитанно, – огрызнулась я.

При этих словах он принялся смеяться. Он смеялся надо мной. Представьте себе такую наглость! Я бросила на него злобный взгляд. Но он продолжал себе сидеть, смотрел и смеялся. Тогда я разозлилась сверх всякой меры, и у меня не было иного выбора, кроме как сделать неприличный жест сразу обеими руками.

– Фейт! – воскликнула Лили. – Что, черт побери, ты делаешь? Ты же должна улыбнуться ему, сумасшедшая!

– Я не собираюсь улыбаться ему – он действует мне на нервы! – прошипела я. – Уставился. Проклятый нахал! Что, черт побери, он о себе воображает? Похоже, возомнил себя Иисусом Христом! С меня довольно. Уж этого мне совершенно не нужно. Как вы смеете! – закричала я, снова повернувшись к нему. – Как вы смеете сидеть в своей идиотской машине и строить нам глазки. Вон там стоит полицейский, – сердито добавила я. – И я могу позвать его, чтобы он вас арестовал за сексуальное домогательство. Офицер! – театрально закричала я. – Офицер!

Мужчина в спортивной машине просто корчился от смеха.

– Прекратите сейчас же, – потребовала я.

– Фейт! – сказала Лили. – Заткнись!

– Нет! Не заткнусь. Я этого не потерплю! – снова завопила я. – Я запишу ваш номер и сообщу о вас полиции, вы слышите? Я напишу в Скотланд-Ярд.

– Да! – хохотал он во все горло. – Напишите. Но нет необходимости записывать мой номер – вот! – с этими словами он сунул руку в карман куртки, и в этот момент свет поменялся на желтый. Тут он бросил мне на колени маленькую белую карточку, а когда я перевела дух, загорелся зеленый свет, и он уехал.

– Что за… Это возмутительно! – негодовала я. – Боже, ты видела, Лили. Какой нахал!

– Неужели ты ничему не научилась сегодня? – сердито спросила Лили. – Ты понравилась этому человеку, дурочка!

– Что? О…

– А накричала ты на него только потому, что сердишься на Питера.

– Нет.

– Да! Это перемещенный гнев, вот и все. Но что за представление ты устроила, Фейт, – сказала она, покачав головой. – Боже, как многому тебе еще предстоит научиться!

Я посмотрела на карточку. В уголке была нарисована крошечная кисточка, надпись гласила: Джосайя Картрайт – свободный художник. Мне хотелось выбросить ее. Выбросить раз и навсегда. Но я не сделала этого, потому что нехорошо оставлять мусор. Так что я аккуратно положила ее в сумочку.