Элис Клейтон - Уолбэнгер (ЛП)

— Я готовлюсь обедать. Где ты?— спросила я, кивнув Саймону, который начал выкладывать яблоки на корж в блюдо.

— Я хочу выпить с Софией. Что ты делаешь? — закричала она.

— Я же сказала тебе, готовлюсь обедать! — Я засмеялась.

Саймон вышел в гостиную с пирогом в руках.

— Я должен положить это в печь? — спросил он.

— Держись, Мими. Пока нет, мне еще нужно смазать его немного кремом, — сказала я ему, и он нырнул обратно на кухню.

— Кэролайн Рейнольдс, там, что, был мужчина! Кто это был? С кем ты ужинаешь — с?.. И что ты смазываешь щеткой с кремом? — она убивала меня, и ее голос становится еще громче.

— Успокойся женщина. Боже мой, какя же ты громкая! Я ужинаю с Саймоном, и мы делаем яблочный пирог, — объяснила я, а она сразу закричала Софии.

— Дерьмо, — пробормотала я, и услышала, как телефон отдернули подальше от Мими.

— Рейнольдс, что ты делаешь? Ты печешь пироги с соседом? Ты голая? — кричала София, выпытывая из меня.

— Ладно, нет, вам обеим нужно успокоиться. Кладу трубку, — я прокричала ей, пока та кричала на меня. Я слышала визг Мими, ее гадости про пироги и сливки. София стала грозной, но я не повелась на это, когда просто повесила трубку.

Я вздохнула и пошла, искать Саймона, с пирогом в руках. Я хмыкнула, смотря на себя.

* * *

— Боже мой, так хорошо, — я всхлипнула, закрыв глаза и теряя себя в ощущениях.

— Я знал, что тебе понравится, но я понятия не имел, что тебе это настолько понравится, — прошептал он, глядя на меня с напряжением во взгляде.

— Прекрати болтать, ты испортишь мне удовольствие, — я застонала, потягиваясь и реагируя на все, что он предлагал мне.

— Ты хочешь еще один? — предложил он, поднимаясь на локтях.

— Если я съем еще, то не смогу завтра ходить.

— Давай, будь плохой девочкой — ты это заслужила. Я знаю, ты хочешь, Кэролайн, — пошутил он, наклоняясь ближе.

— Ладно, — решила я, раскрыв рот еще раз. Я закрыла глаза и услышала, как он копошился около, прежде чем положить кусочек в рот. Вздыхая, я почувствовала его и сомкнула губы вокруг того, что он предложил.

— Я никогда не видел женщину, которая могла бы вкусить так много в один присест, — он удивился, смотря на меня, пока я пребывала в отменном состоянии.

— Да, хорошо, ты еще никогда не встречал женщину, которая любит фрикадельки настолько, насколько я, — простонала я с полным ртом, чувствуя себя наполненной выше краев, но и, не желая, чтобы еда закончилась.

Саймон только что приготовил мне, вполне возможно, самую прекрасную еду когда-либо опробованную, поразив каждый вкусовой рецептор, который должен был быть поражен. Он изучил, как сделать самые удивительные фрикадельки от женщины в Неаполе, и поклялся, что они будут лучшими, которые я когда-либо пробовала.

После не менее чем семи шуток о шарах и ртах, я должна была согласиться, что это были лучшие шарики, которые я когда-либо вкушала.

Боже, он сделал отличные фрикадельки.

Я продолжила, есть свою пасту, а также все свои фрикадельки, плюс половину из его тарелки. Я настояла, чтобы он съел последний, но он отказался и поднес совершенную фрикадельку к моему «на все согласному» рту.

Саймон замечательный хозяин, настоял на том, чтобы я сидела пила вино, и наблюдала, но не помогала. Он развлекал меня историями о своих путешествиях, и хотя он все приготовил, а еда была простой, это было прекрасно.

— Нонни взяла с меня обещание, если она покажет мне, как сделать ее Польпетте [ Польпетте (итал. polpette) — это итальянский аналог фрикаделек. Рецепт отличается тем, что итальянские хозяйки в фарш добавляют больше яиц, панировочные сухари и твердый итальянский сыр пармиджано ], то я бы делал их только с ее фирменным соусом. Если я осмелюсь приготовить их с банкой Прего, она пересечет океан и сломает деревянную ложку о мой хребет.

— Она заставила тебя называть ее Нонни? — рассмеялась я, откинувшись в кресле и расстегнув верхнюю пуговицу на своих джинсах. У меня не было стыда. Я съела неприлично много.

— Ты знаешь, что означает Нонни? — удивленно спросил он.

— У меня прабабушка итальянка. Она настояла, чтобы все ее называли Нонни. — Я снова засмеялась, когда его взгляд остановился на моих руках массирующих живот.

— Ты в порядке там? — Он поднял брови.

— Ага, просто надо немного подышать. — Я застонала, вытягивая себя из-за стола.

— Нет, нет, ты не обязана помогать, — сказал он, бросаясь ко мне и хватая мою тарелку.

— О, нет, я не собиралась. Я хотела оставить это и упасть в обморок на диване прямо там, — сказала я, кивнув в сторону гостиной.

— Иди, отдыхай. Всем, кто только что поимел много шариков во рту, заслуживают отдыха, — он дразнился, и я щелкнула его по уху.

— Я сказала, нет больше шуткам о шарах! Ты повеселился, а теперь позволь мне пойти и умереть спокойно. — Я поплелась в гостиную. Я действительно чувствовала себя маленьким поросенком, но это было капец как хорошо. Полулежа, я расстегнула еще одну пуговицу на своих джинсах и начала переигрывать лучшие моменты нашего вечера.

Наблюдая за поваром Саймоном, было, одним словом горячо. Он действительно был дома, на кухне, и еще раньше перекладывал кое-что от пирога в сторону. Даже его салат — простая зелень, слегка политая лимоном и оливковым маслом, солью, перцем, Пармезаном — был легким и прекрасным.

— Розовая Гималайская соль, спасибо тебе большое, — сказал он гордо, вытаскивая сумку из кладовой. Он привез ее в одной из своих многочисленных поездок и перед тем как посыпать ею салат, у меня вообще не было представления, каким он стал вкусным.

Это, конечно, может выглядеть пафосно, но это подходит Саймону. Многогранность этого парня была поразительной. Мои самые ранние предположения о нем оказались совершенно неверными. В качестве предположения имеет место быть тенденциям…

Я слышала, как он разбирался с блюдами, и мне, наверное, следовало бы пойти помочь ему, но снять себя с дивана я никак не могла.

Я уютно устроилась на своей стороне и обвела взглядом гостиную еще раз, мои глаза вновь уставились на бутылочки с песком со всего мира. Я поражалась, каким путешественником он был, и как ему это нравилось. Я смотрела на фотографии с женщиной на Бора-Бора — на ее темную, красивую кожу и гладкую плоскость тела, и подумала о том, какими разными были три женщины в его гареме. Ой, теперь их было две, у Кэти/Шлепка был новый мужчина.

Вдруг я почувствовала запах яблочного пирога и услышала лязг, закрывающейся двери печки. Я поставила его в духовку, как только мы пришли, так что он будет готов после обеда.