Фиктивный бывший и кот в придачу - Анна Варшевская

сзади, откидывает волосы с шеи, впивается в нее губами.

- Не закрывай глаза! - очередная сдавленная команда, а его руки уже берут меня за бедра, и спустя какую-то секунду мы оба стонем, когда он оказывается во мне. - Не закрывай!

Толчок, еще один, Роман впивается в меня взглядом через зеркальную гладь, словно цепляя и не позволяя отвести глаза.

- Ты просто огонь, Рыжик… Горишь и полыхаешь… и я вместе с тобой… - выдавливает через наши общие вздохи и стоны. - Смотри, как нам хорошо вместе! Видишь?! Видишь, какая ты?!

- Вижу.… - выстанываю ему в ответ. - Боже, еще! Ром! Не останавливайся, пожалуйста…

- Ни за что! - он двигается быстрее, все ускоряясь и ускоряясь. - Смотри на меня!

Удовольствие обрушивается сразу, лавиной - у меня начинают дрожать ноги, не получается сдержать крик, а мужчина продолжает с силой вбиваться в мое тело, впечатывая в себя и не отрывая от меня взгляда. И только в самый последний момент, уже увидя гримасу наслаждения у него на лице, я зажмуриваюсь, не в состоянии больше держать глаза открытыми.

- Боже, Рыжик… - долгий стон, меня вжимают в мужское тело так, что, кажется, мы с ним срослись в одно целое. - Ты… просто… нечто!

Глава 19

 «Привет, Ром.

Не знаю, зачем я пишу в пустоту, наверное, пора заканчивать с этим… Но мне все кажется, что, может быть, ты все-таки как-нибудь ответишь, мы ведь так долго были хорошими друзьями - да и, честно сказать, поделиться мне особенно не с кем. Разве что с Любой, ну ты помнишь, я рассказывала про то, что подружилась с ней, но она сейчас в летнем лагере и вернется еще только через две недели.

Неприятно, когда тебя дразнят. Еще неприятнее, когда мама с папой, вместо того чтобы поддержать, тычут тебя носом в то, что ты и так знаешь.

Нет, я понимаю, что они хотят для меня всего самого лучшего, мама не устает это повторять, да и папа тоже - они замечательные, вот только методы иногда выбирают… те еще.

В общем, письмо получилось какое-то грустное. Да еще и погода отвратительная, дождь за окном. Надеюсь, у тебя получше. Ну ладно, пока».

(Из двадцать седьмого письма Агаты)

* * * * *

Весь оставшийся день Роман, по его же собственным словам, активно работает над тем, чтобы вернуть мою самооценку в адекватное состояние.

Я так же активно сопротивляюсь, не столько потому, что мне хочется, сколько потому, что нам обоим, кажется, это доставляет удовольствие - мы дурачимся и шутим по любому возможному поводу, а еще целуемся без конца, даже во время обеда, на который Рома вытаскивает меня в кафе поблизости.

- Тебе вечером на смену, давай не будем сейчас тратить время на готовку, хорошо? - обнимает меня в ответ на мои возражения, что можно и приготовить что-то по-быстрому.

Меня, конечно, в основном интересует, что мне надо экономить, а не по кафе расхаживать. Родительские деньги на карте, куда мне папа раньше регулярно кидал суммы, я продолжаю не трогать, вообще убрала ее подальше. А до зарплаты еще неделя.

Князеву я, правда, об этом не говорю. Мы вообще не затрагиваем тему моих родителей. Я даже не уверена, что он понимает, чья я дочь - ведь когда мы дружили детьми, нас это все не интересовало, да и у папы тогда еще не было сети клиник, это он чуть попозже раскрутился.

- Ты не оставила мысль о том, чтобы поступать и учиться? - уточняет у меня мужчина, когда мы, поев, выходим из кафе и решаем немного прогуляться.

- А почему я должна была ее оставить? - пожимаю плечами. - Нет, конечно. Я же заявление написала. Даже уже нашла и скачала часть учебников, по которым готовиться надо… У тебя хотела попросить, кстати, чтобы ты посмотрел критическим взглядом и сказал, что убрать, что добавить.

- Посмотрю, - Рома кивает, хмурится, о чем-то задумавшись.

Я и сама то и дело отвлекаюсь и кручу в голове, как дальше будут развиваться наши отношения? Понятно, что невеста - это немножко перебор, вот так вот сходу. Но… ну, мы, наверное, можно сказать, что встречаемся, так ведь?

- Провожу тебя до отделения, - сообщает мне Роман безапелляционно ближе к вечеру, когда я, посмотрев на часы, потихоньку начинаю собираться.

- Не выдумывай, - отмахиваюсь от него. - Что я, сама не доеду?

- Это ты не выдумывай, - мужчина сводит брови, глядя на меня. - Во-первых, на улице уже темно, тебе может быть некомфортно! Во-вторых, я хочу быть уверен, что ты добралась нормально! В-третьих.…

- В-третьих, ты зануда, - усмехаюсь, глядя на него и качая головой.

Роман складывает руки на груди, сердито смотрит на меня. Не выдержав, подхожу и, потянувшись, целую его в упрямо сжатые губы.

- Но очень милый зануда, надо признать, - шепчу и хихикаю, потому что меня тут же обнимают, прижимая крепче.

- Рыжик, я что-то не пойму, ты что, не хочешь провести со мной вместе еще немного времени, пока мы будем идти до работы? - урчащий тон, от которого мурашки бегут по спине.

- Конечно, хочу, - выдыхаю, ежась под прикосновением его губ к шее. - Но… ты считаешь, это разумно?

- Что именно? - Рома выпрямляется, удивленно смотрит на меня.

- Я санитарка, - напоминаю ему.

- Сегодня вечером ты администратор в токсикологии.

- Ну ладно, хорошо, администратор, - покладисто киваю. - А ты… главный хирург отделения.

- Не могу проследить за твоей логикой, Рыжик, - он качает головой. - И что?

- Ну…. тебе не кажется, что это как-то… слишком? - мямлю, отводя глаза. - В смысле...

- Агата, ты меня с ума сведешь, вот честно! - стонет мужчина, закатив глаза. - Очередной приступ самоуничижения? Какая разница, кто ты и кто я?! Я мужчина, ты женщина… очень соблазнительная, замечу, - усмехается, поглаживая меня по спине и ниже. - Мы с тобой вместе - только это имеет значение. И вообще, кому какое дело!

- Полагаю, твоим поклонницам в хирургии точно есть дело, что ты начал встречаться непонятно с кем, - парирую хмуро, вспомнив вдруг Валерию с ее угрозами, что я вылечу из отделения, стоит мне «похлопать глазками» в сторону хирурга.

- Господи, каким поклонницам, Рыжик?! - Роман