Вишенка от босса - Вера Нежная

обмануть. Ведь он такой правильный, серьезный. Для него такие шутки слишком мелки. Он и без них может заполучить в свою постель любую. Нет смысла врать. Даже если бы не было разговора о свадьбе, стоило боссу поцеловать меня, и я бы отдалась со всей страстью.

Вздохнув, выхожу из душа вытираясь полотенцем. Которое падает у меня из рук при виде Софьи, сидящей на скомканной постели, где мы с Антоном еще совсем недавно предавались безумной страсти. Стою несколько секунд абсолютно обнаженная, перед бывшей моего жениха, а потом приседаю и подхватываю полотенце.

— А ты ничего, — нагло заявляет соперница, а я густо краснею. — Но не думаю, что он поэтому выбрал тебя.

— Что? Вообще-то правила приличия предполагают стук в дверь. — Выпаливаю первое что приходит в голову. — Если тебе так приспичило пообщаться, подожди пока я приведу себя в порядок.

— Какая же ты нахалка! Мы с Антоном с детства помолвлены! — шипит яростно Софья. — У нас все хорошо было. Пока ты не появилась. Откуда только выползла!

— Зачем ты пришла сюда? — спрашиваю с опаской.

— Убедиться, что это между вами действительно произошло. До этого момента я понимала, что идет игра. Вы не были парой. Не были близки. Может ты эскортница, и Антон нанял тебя, чтобы меня позлить?

— Я не эскортница, — отвечаю, стараясь сохранять хотя-бы видимое спокойствие, и не поддаваться желанию убежать в свою комнату, которое нарастает с каждой секундой. — Мы познакомились с Антоном на работе, нас потянуло друг к другу. Я ничего не знаю о тебе и о ваших отношениях. Если тебе больно — мне жаль. Но выясняй пожалуйста эти вопросы с Антоном. Я ничем не могу тебе помочь.

Мне неприятно, я будто оправдываюсь перед этой женщиной. Почему она снова здесь? Почему Велевский допускает это?

— С ним не так просто говорить. Ты заморочила ему голову!

— Мне жаль, правда. — Софья выглядит совершенно безумной, меня это пугает. Психов лучше не злить. Потихонечку отступаю к двери в смежную комнату. Если смогу заскочить туда — эта ненормальная меня уже не достанет.

— Максимова беременна от него. Слухи вовсю по компании ходят. Дорогая, ты просто игрушка с рогами для него, — хохочет Софья. — Не хотела тебе говорить, так забавно наблюдать твою веру в сказку. Антон уже сделал ей предложение.

Шаг, еще один. И вот с коротким вскриком скрываюсь за спасительной дверью. В которую тут же раздается оглушающий стук.

— Эй, я еще не договорила! Разве тебя не учили, что прерывать разговор невежливо?

— Что ты здесь забыла? — раздается голос Антона.

Всхлипываю. Закрываю лицо руками. Ужасная ситуация. Как же стыдно, невыносимо!

— Быстро пошла вон! — рычит Велевский. — Чтобы ноги твоей в этом доме не было.

— Я тебя люблю! Как ты не понимаешь! Люблю! — истерично кричит Софья.

— А я никогда не любил тебя. Я люблю Вику. Мне очень жаль, но ты ведешь себя отвратительно.

— Это фарс! Она нужна тебе для сделки с моим отцом! Я все узнала. Ты поэтому с ней. Обязательства! Ничего больше!

— Софья, тебе надо лечиться. Если я не люблю тебя, не надо искать причину. Я просто тебя не люблю!

Грохот. Я закрываю уши. Меня трясет, рыдаю.

Я слишком испугалась.

— Вика, открой пожалуйста! Она больше никогда к тебе не подойдет! — мягко просит через дверь Велевский.

Выхожу из своего убежища. Чувство, что я воздушный шарик, из которого выкачали весь воздух.

— У тебя слишком много женщин, Антон. Я не смогу это терпеть, — говорю слабым голосом.

— Больше никого не будет. Ты единственная.

Закутывает меня в халат. Обнимает.

В комнату вбегает бабуля, затем Галина Сергеевна, даже Дмитрий. Причитают, высказывают сочувствие. Я сторонюсь Антона. Всхлипываю.

— Софья всегда была странной, — говорит Галина Сергеевна. — Не надо было ее приглашать. То есть, ее и не приглашали…

— Я поговорю с Каримом. Это он ее притащил, — злится Велевский.

— Как обычно, достанется Кариму, — фыркает бабуля. — Я Зевсу наберу. Пусть дочку пристроит в клинику хорошую. Ей точно обследование головы не помешает.

— Полностью согласна, — говорит Галина Сергеевна.

*********************************************************************************

30/2

— Это правда, что Максимова от тебя беременна? — спрашиваю, когда остаемся наедине.

— Что ты несешь? — морщится Велевский.

По лицу вижу, Софья не на пустом месте это выдумала.

Задыхаюсь от боли. Как я могла поверить в сказку, в счастливый финал?

— Мне нужно побыть одной, Антон.

— Хорошо. Я не буду на тебя давить. Поговорим позже.

Ухожу в свою половину. Собираю сумку. Нет, я не смогу больше. Пусть все катится к черту! Мне невыносимо обманывать маму и бабушку Антона, они такие добрые, отзывчивые.

Услышав, что хлопает дверь, выскальзываю в половину Антона.

У меня мало шансов остаться незамеченной. Но я сейчас плохо соображаю. Готова напролом идти.

Мне везет. Дом в безмолвии. Одиннадцать вечера.

Как до дома доберусь?

Во дворе вижу Карима возле машины.

— Сбегаешь от жениха? — улыбается ослепительно, смотря на сумку в моей руке.

— Подвезешь меня? — сама не знаю, как набираюсь наглости.

— А то. Сделать сопернику гадость — всегда приятно.

— Вы оба как маленькие дети! Смотреть противно!

— Давай без нотаций, ок? Что опять произошло в королевстве? Чего за крики были? Я решил убраться подобру-поздорову. Бабуля страшна в гневе.

Молчу.

Карим больше не достает. Вот только чем дальше от дома Велевских, тем сильнее меня охватывает отчаяние.

*****

— Ну, чего загрустила? — спрашивает спустя час. — Может обратно повернуть? Еще не поздно. Я не буду тебя чморить, что передумала.

— За дорогой следи. Сразу видно, ты сухарь. Тебе кажется все это смешным? — спрашиваю раздраженно. У меня сердце разрывается, не представляю, что будет дальше. Но и с Велевским рядом больше быть не могу. Когда влюбляешься по-настоящему, фарс перестает быть забавным и допустимым. Он режет по живому.

— Думаешь, я никогда не любил? — произносит Карим с грустью. В его голосе мне чудится затаенная боль.

— И думать нечего. Уверена в этом.

— Ошибаешься. У меня была очень сильная влюбленность. Прививка на всю жизнь. Не поехала со мной. Бросила. Не дождалась.

— Ты ее искал?

— Вернулся — ее и след простыл.

— Мне жаль. Но не все истории так заканчиваются.

— Угу. По тебе заметно.

— Тут другое.

— Расскажешь?

— Нет!

Глава 31

Звоню в знакомую дверь. Падаю в объятия Танюшки. Подруга утешает меня, помогает застелить белье свежее, чаем угощает. Так хорошо с ней, уютно, совсем как в старые добрые времена. Но я все равно отчаянно скучаю по Антону.

Глубоко в душе я надеялась, что приедет за мной сразу. Или вовсе не отпустит, догонит.