Лилия (СИ) - Ирина Гутовская

звука, в любой момент ожидая подвоха. Общество этого мужчины, как и прожигающий насквозь взгляд — тяготили и нервировали ещё больше. Ведь молчанием и негласным присутствием он вдвойне раздражал — тем самым изводил её, что было сравнимо с завуалированными методами психологического давления.

Конечно, девушка старалась не замечать его, переключившись на Беллу и уделяя ей максимум внимания. Делала вид, будто они с малышкой находились одни и никто им не мешал. Ненадолго это помогло отвлечься. Хотя совсем уж не реагировать и полностью абстрагироваться не получалось — она с трудом терпела Хаджарата Муратовича. Когда случайно пересекалась с ним глазами и видела, как он смотрел на неё — плотоядно, жадно, с вожделением, внутри всё переворачивалось и сжималось в тугой узел, вызывая отвращение, животный страх, отчаяние и ядовитую панику. Ну а главное — ощущение чего-то неизбежного…

Неизвестность пугала в разы сильнее.

Лиля интуитивно чувствовала — грядут серьёзные перемены, и, к сожалению, понимала — теперь её очередь отвечать за безразличие и отказ. Произошедшее утром — только начало и явно далеко не всё из задуманного отцом Теймура. Определённо точно Хаджарат вынашивал изощрённый план мести, желая добиться поставленных целей, и своим поведением как бы плавно подталкивал, готовил к чему-то…

А к чему? — как знать.

Девушка даже примерно не представляла и не догадывалась, на какие поступки он способен. Таких людей — беспринципных, прогнивших душой и эгоистов до мозга костей, она не встречала прежде. Тот же Эдик-предатель на фоне него выглядел безобидным тихоней — по сути, неудачник, решающий проблемы за счёт других.

Сейчас она в полной мере осознала, как ошибалась в Хаджарате Муратовиче, и как обманчива бывает внешность порой, мнение о нём сложилось на всех уровнях ощущений. «Волк в овечьей шкуре» — очень подходящая ему характеристика. Правильно сказал Теймур: «мой отец никогда и ничего просто так не делает».

Но, вот в чём парадокс, он вроде действует в интересах внучки, волнуясь о будущем девочки, а в противовес этому — цинично рушит чужие судьбы, заботясь исключительно о собственном комфорте. Как если бы страдал раздвоением личности (может так и есть?). Один — умеет любить и жертвовать собой, второй — жестокий бездушный монстр, лелеющий своё эго. Впрочем, какими бы благими намерениями мужчина не прикрывался бы, факт остаётся фактом — поступки всегда говорят о человеке гораздо больше чем слова. Сначала заманил Лилю под предлогом работы, а потом собирался оградить от всего и лишить привычной жизни. И пусть девушка не пленница в этом доме, насильно никто не держит, не ограничивает в передвижениях и правах, хотя, так или иначе, несвобода медленно и верно подступает со всех сторон… и душит…

Поэтому, она с ужасом ждала приближения ночи, наблюдая как на улице постепенно темнеет, словно настало «то самое» отчётное время.

Белла давно уснула… Но девушка боялась покинуть детскую комнату, ей казалось, тогда и настигнет неминуемая расплата, стоит лишь шагнуть за порог и встретиться лицом к лицу с мучителем. Накручивала себя домыслами и мнительностью, а слабые попытки успокоиться никак не помогали. Реальность такова, что и заступиться некому. Они с Теймуром даже не попрощались. Когда он уходил, из окна провожала его грустным взглядом, понимая обречённость своего положения здесь. Без него не справится… без него всё теряет смысл…

И опасения сбылись… Хаджарат всё-таки подловил её, когда она набралась смелости и вышла из спальни.

Мужчина резко и довольно грубо схватил Лилю за локоть, обращаясь к ней в приказном тоне:

— Иди за мной, — он поджидал девушку под дверью, шансов уйти незамеченной у неё не было.

— Зачем? — страх отчётливо отразился в глазах.

— За мной, я сказал…

Глава 34

— Вы. Делаете. Мне. Больно… — разделяя каждое слово, произнесла Лиля. Попыталась вырваться из тугого хвата, да не тут-то было.

Хаджарат сильнее сдавил пальцами её локоть, а потом и вовсе вывернул руку за спину, склонился к ней ближе и, оскалившись, с издёвкой сказал:

— Тогда не дёргайся, — сквозь сомкнутые зубы раздражённо прошипел. Но всё-таки отпустил. — Пойдём. За мной! Быстро! — гордой важной походкой он направился по коридору вперёд, даже не сомневаясь в том, что она покорно проследует за ним, выполнив приказ (именно в таком контексте).

Теперь только так — станет послушной, ласковой, нежной девочкой. Его девочкой! Отказываться от неё и в мыслях нет, а все фразы насчёт того, чтобы девушка уехала отсюда, оскорбления в её адрес и прочее — были сгоряча, и не более чем маска притворства. Хотел добиться одного: лишь бы Лиля оказалась в безвыходном положении — и у него получилось. Обернул ситуацию в свою сторону и, в целом, всё складывается вполне удачно — доволен собой до невозможности.

Теймур покинул дом и больше не помешает, чему отец очень рад. Конечно есть нюансы, хотя это мелочи по сравнению с тем, что сын едва не нарушил и не испортил все планы — и так слишком далёко зашёл, покусившись на чужое. Зато сейчас достичь желаемого результата будет совсем несложно — конкурент отправлен восвояси и ничем не поможет ей, не защитит и не заступится.

По сути, молодые люди угодили в ловушку, став заложниками обстоятельств. И пока сами не догадываются: безрассудным поступком, естественно по мнению Хаджарата, они собственноручно подписали себе приговор и ответят по полной программе — уж «папочка» постарается. Прощать их не намерен — пусть мучаются, находясь вдали друг от друга и не имея возможности встречаться, видеться, общаться, не говоря о большем. Ну а тот факт, что никто ни в чём не виноват, его вообще не волнует и не заботит, как и давать оценку своим действиям не собирается.

Пощады не будет! Так решил и не отступит назад. Прёт напролом, как неуправляемый танк, чётко двигаясь к намеченной цели. Возомнил себя вершителем судеб…

А ликующее выражение лица лишний раз подтверждает это — наслаждается положением победителя.

— Пошевеливайся, — мужчина обернулся в сторону девушки, убедившись, что она не отстаёт. Но зачем-то посчитал нужным поторопить — а может и унизить пытался? Наверняка ей неприятно или даже страшно оставаться с ним наедине.

После того, как утром застал Теймура в её комнате, от отчаяния и гнева ему хотелось завыть, рвать и метать, крушить всё вокруг, а наравне с этим появилось и другое желание — отомстить и причинить им двоим боль. Точно такую же, которую испытал он, когда наступило осознание, что сын опередил его, а они с Лилей провели ночь вместе, стали близки…

Теперь зависть и ревность сжирают Хаджарата изнутри, словно в мозгу