Научи меня танцевать (СИ) - Татьяна Семакова

про себя: на одного бессмертного в моем окружении стало больше. - Как думаешь, я могу позвонить мужу?

Вопрос, как и сама его формулировка, показались мне весьма занятными, и я решила уточнить:

- Почему ты спрашиваешь?

Она смутилась и долго не отвечала, собираясь с мыслями.

- Сережа не сказал ему, что Леша жив, - наконец сформулировала она мысль и нахмурилась от того, что произносить это вслух было неприятно. - И мне не велел.

Я тут же вспомнила показавшиеся мне занятными распечатки звонков Глеба. Судя по всему, он был убежден, что Алексей погиб. Я-то предполагала, что Глеб остался в городе, чтобы помочь с поставкой… Хотя, с этой стороны как раз ничего не поменялось. А вот поведение Сергея заставляет задуматься не только меня, но и жену Глеба, которая знает его гораздо лучше.

- Думаю, пока не стоит, - как можно мягче ответила я и решительно поднялась. - Вот что, поднимайся в мою комнату, пусть Солнце покажет, выбери себе во что переодеться, и белье возьми, не стесняйся, там есть новые комплекты с бирками, и мне что-нибудь тоже. А я пойду баньку натоплю, погреем косточки после ночных прогулок и спокойно поговорим.

Она улыбнулась и поднялась:

- Теперь то я могу тебя поблагодарить?

- Теперь можешь, - широко улыбнулась я в ответ, а она обняла меня и долго не выпускала из объятий, которые, похоже, были нужны ей гораздо сильнее, чем мне. Я обняла ее в ответ и погладила по спине.

Мы долго и с удовольствием парились, охаживая друг друга березовыми вениками и общаясь исключительно междометиями, описывающими состояние. Не сговариваясь, стараясь ни о чем не думать, полностью погрузившись в процесс. Несколько раз выбегали на улицу нагишом и падали в сугроб, хохоча во весь голос, резво поднимались и бежали обратно. И, окончательно обессилив, помылись и вернулись в дом.

Конечно, еще раз перекусили на радость Леночки, абсолютно счастливые поднялись наверх и вытянулись вдвоем на моей кровати.

- Кайф, – пробормотала Катя, растягивая первый слог и добавила со вздохом, покосившись на свою грудь: – Бюстгальтер великоват… - Я слабо хихикнула, и мы обе поняли, что время пришло.

- Поговорим? – приподняла я голову, а потом села в кровати. Катя села напротив, скрестив ноги в позе лотоса.

- Рассказать, как все произошло? – спросила она, а я кивнула, хотя и так знала достаточно подробно. - Все началось с той ночи, когда было покушение на Лешу. Мы должны были встретиться в доме, и он бы отвез меня в аэропорт, он всегда провожает меня сам, – и улыбнулась, вспомнив о брате, я тоже чуть не улыбнулась, вспоминая о нем же, но вовремя опомнилась. - Я ждала его с минуты на минуту, а потом с улицы послышались выстрелы. Я испугалась, и, естественно, побежала на звук, - а я ухмыльнулась, понимая, что поступила бы так же. - Когда вышла за ворота, никого на дороге уже не было. Я тогда сразу поняла, что случилось что-то ужасное, еще пол часа грызла ногти, в ожидании, потом позвонила Глебу, Сообщила что не полечу, о случившемся и своих подозрениях. Он согласился и сказал, что прилетит ближайшим рейсом, а я услышала, что объявляют начало регистрации на тот, что летел к нам. Не знаю, как ему удалось купить билеты и почему он приехал в аэропорт так рано, до его рейса на Москву было еще часа четыре, но уже рано утром он приехал в поселок.

Я неловко отвела взгляд, стараясь, чтобы на лице не отобразилась вся гамма чувств относительно такой неслыханной удачи, которая настигла Глеба: и в аэропорт пораньше приехал и билет на самолет купил. «Сукин сын и не планировал лететь в Москву, а заранее купил билет домой» - проворчал внутренний голос, а Катя продолжала рассказывать:

- К этому моменту я уже чуть не спятила от волнения. Он успокаивал меня, говоря, что нет поводов для беспокойства, раз никто не лежит мертвый на асфальте, – и повела плечами, вспоминая свои переживания. - В общем, я вроде немного пришла в себя, как вдруг приехал Сережа. Заходит понуро, глаза прячет. Я осела на пол, сразу поняв, что он должен сказать, потом они меня вдвоем откачивали какой-то дрянью, но сказать, что Леша погиб, ему все-таки пришлось. Само собой я разревелась и кинулась в свою комнату. А через пол часа он поднялся ко мне, начал успокаивать общими фразами, а потом резко наклонился и шепотом на самое ухо начал объяснять, что Леша жив и в безопасности, но никто не должен об этом знать, даже Глеб. Мне тогда это очень не понравилось, но я привыкла доверять решениям брата, поплакала еще с пол часа для порядка и Глебу, конечно, не рассказала. Ходила по дому тенью, в квартиру отказалась ехать, закрывалась в комнате и старалась умерить свой здоровый аппетит: скорбящим любящим сестрам не принято жрать как не в себя, - она фыркнула и покачала головой, а я отметила, что все-таки актриса, причем гораздо лучшая, чем ее муженек. – Через пару дней Сережа снова приехал, они с Глебом о чем-то поговорили за закрытой дверью, я даже не пыталась подслушать. Мне хотелось только, чтобы все поскорее закончилось. Потом они позвали меня и сообщили, что мне все же лучше уехать, как и планировалось. Я согласилась, потому что возражать было бессмысленно. Сережа забронировал мне билеты с моего ноутбука в комнате и, пока это делал, записал мне твой номер, сказав тихо, чтобы Глеб не услышал, что, если что-то пойдет не так, сразу звонить тебе. Я очень удивилась, начала задавать вопросы, а он лишь пояснил, что только тебе сейчас доверяет, что ты поможешь без вопросов и что у тебя собственное детективное агентство.

- Поисковое, - машинально поправила я и пояснила, встретив ее удивленный взгляд: - Я не раскрываю преступления, я только ищу людей. Хотя, один раз нашла кошку, - и улыбнулась, вспомнив, как однажды к нам в офис пришла девочка лет десяти и попросила найти ее питомицу, которую она вынесла во двор показать друзьям, а та удрала, испугавшись лая дворовых собак. Нашла я её, кстати, довольно далеко от места побега, но всего за час, а потом еще и сама залезла за ней на дерево, чтобы передать из рук в руки. Открытка, нарисованная девочкой, до сих пор висит в рамке у меня за спиной в офисе. Катя слабо улыбнулась,