Присмотри за мной, Дикий - Виктория Вишневская

выдерживая. Кусает розовую губку, сминает ее зубами.

– …нечестно!

– Согласен, – улыбаюсь я. Встаю с кровати, делаю шаг назад. – Но мне нужна передышка.

Иначе я сейчас взорвусь. А мне нужно её хорошенько подготовить.

Опускаюсь в кресло, хватаю воду со столика и залпом выпиваю.

Невозможно, твою мать, вот так вот с ней! Была бы моя воля, я бы уже сделал что хотел. В машине. В прихожей. В ванной, где она так смущённо краснела, а потом убежала, испугавшись. И даже тут. Но я не моральный урод. Поэтому пытаюсь охладиться. Продолжая немного заигрывать с ней.

Приказываю подойти ко мне. Она снова слушается. И когда оказывается уже возле меня, выполняя новое поручение – я не выдерживаю и порывисто кидаю малышку на кровать. Снова наслаждаюсь её видом, нависая сверху.

– Т-ты чего?

Я бы ответил, но сейчас не могу. Обнимаю её хрупкое тельце, сжимаю в своих тисках.

– Прости, малыш, – шепчу, врезаясь ей в губы.

Она крепко обвивает мою шею руками. И я, наконец, спустя долгие недели мучений, делаю то, чего так долго и мучительно хотел…

Делаю её своей. Не только душой, но и телом. Вырываясь за черту, что сдерживала меня всё это время.

Всё. Тормоза слетают, мозг не думает, а руки и всё остальное – исполняют.

Вика сжимается, сильнее обхватывая меня, и мычит мне в рот.

Знаю. Больно. Но я и так подготавливал её, как мог. Не наседал.

Отрываюсь от её губ и неосознанно тянусь пальцами к лицу, ловя слезинку, что скатывается с её ресниц.

– Давай на сегодня всё? – выдавливаю с трудом.

– Нет-нет, – мотает она головой, и я облегчённо выдыхаю. Не от того, что позволяет мне продолжить. А от того, что ей терпимо. – Всё хорошо, Яр, я… Сейчас привыкну. Не останавливайся.

Я сжимаю зубы, но продолжаю. Наблюдаю за любыми изменениями выражения её лица. Меня радует уже то, что Вика не плачет. Только тяжело дышит, слегка поджав губки. И когда чувствую, что расслабляется и привыкает – снова довожу её до состояния, когда она не может думать. Только чувствовать.

И сам дурею.

Касаюсь губами её плеча и целую, оставляя яркие отметины. Ничего не вижу перед собой.

Всё.

Моя.

Никому больше не отдам. Пусть её надоедливый жених идёт в баню!

– Яр… – выдыхает мне на ухо. – Мне сейчас так… мм…

– Больно?

– Нет… Хорошо! Не останавливайся!

Отрываюсь от неё, распахивая глаза. Девочка начинает елозить на кровати, сладко облизывая губы. Смотрит на меня возбуждёнными глазами. И когда вижу их… опять всё пеленой похоти застилает. Даю себе уже больше вольностей. Не сдерживаюсь. И наслаждаюсь…

Моя куколка с маленьким телом и огромной душой… Она вцепляется пальцами в простынь, приоткрывает рот и выгибается, постанывая.

Чувствую, одного раза мне будет мало. Очень мало… Её голос сводит с ума. Каждый стон, каждый крик…

К тому же я так долго ждал, терпел, что внутри меня готово всё взорваться! А когда я вижу её такую уязвимую, раскрытую… накаляюсь сильнее.

И ещё.

Когда она распахивает глаза и кричит моё имя.

Я едва не падаю, когда она делает это, подходя к кульминации. Рычу, не сдерживаясь. Не даю и минуты передышки, нападая яростнее, сильнее. До нестерпимого пожара во всём теле и в груди.

Смотрю на лицо Ежевики, когда она бьётся в оргазме… И с трудом осознаю, что чуть не потерял весь свой контроль. Мы не предохраняемся!

Тут же отстраняюсь, тяжело дыша, и прикрываю глаза.

Вот что она со мной творит?

– Знаешь… – раздаётся её голос.

Впиваюсь в неё взглядом. Хочу ещё…

– Я знала, что это приятно, но…

– Да ты что? – усмехаюсь.

Она снова краснеет.

– Но не подозревала, что настолько…

Я зависаю на миг и обнимаю её.

Да, мне мало. Очень и очень мало.

Наклонившись, дотрагиваюсь до её губ своими и пробую её. Опять. Смотрю в затуманенные голубые камушки и уверенно произношу:

– Следующий раз будет ещё приятнее.

Представляю, что именно буду с ней делать, и сколько это продлится… Да, точно. Всё сделаю!

– Потому что жалеть тебя, ягодка, больше не буду.

– В смысле? – обеспокоенно спрашивает она. – Жалеть?..

Уголки губ сами ползут вверх.

– У меня на тебя ещё много желаний.

Ну если она оправится, то хотя бы одно из них я воплощу сегодня в жизнь…

– Поэтому отдыхай. Потому что я хочу ещё.

Она смотрит на меня с удивлением, но всё же обвивает мою шею руками и подаётся вперёд. Касается розовыми губками щеки.

– Я, конечно, знала, что ты, Ярослав – дикий… Но не настолько же!

Глухо смеюсь в ответ.

– Сама виновата! Если бы ты не была такой соблазнительной…

Она опять краснеет. И мне это нравится, чёрт возьми! Хочу потом поглядеть, как она стыдливо будет смотреть мне в глаза, когда поймёт, что делала…

Блин. А может… продолжить?

Нет! Отстраняюсь от неё. Помогаю встать. А она и на ногах стоять нормально не может.

– В душ, – отдаю очередной приказ.

Мне, конечно, нравится и такая – растерянная, помятая. Но нет.

– Вместе? – поднимает голову, прижимаясь к моему телу.

– Конечно, – говорю уверенно. – Ты теперь от меня никуда не денешься.

Глава 38. Дикий

Дикий

Я прижимаю ягодку к себе и не могу оторваться от её тела. Чувствую грудью её оголённую спину, обнажённое тело и не хочу вставать. Но надо. Кажется, мы проспали университет. И если она прогуляла лишь первую пару, есть ещё шанс реабилитироваться.

Я случайно ночью разошёлся…

После душа дал отдохнуть ей максимум часа два. И то, пока фильм смотрели. А там хоп! – и сцена эротическая. Ну и потянулись ручки не туда.

Ежевика получила второе в своей жизни удовольствие. Я вот… тоже. Но уже один. В душе. Потому что ягодка почти сразу же отрубилась. Так и уснул потом рядом вместе с ней.

И теперь вставать не хочу. Потом отпускать её куда-то. Опять следить, чтобы жених этот к ней не лез.

Надо, кстати, узнать у Костика, что да как. Может, Гарсиа психанул и уехал? Или юристы в контракте лазейку нашли? Вчера весь день не связывался с другом – и из жизни выпал. Ничего, наверстаем.

Поглаживаю голый живот Ежевики и кусаю её аккуратно за ухо. Чтобы разбудить. Можно было бы банально шепнуть что-то на ушко, но… Нет.

Мне прилетает маленькой ладошкой по лицу.

– Ммм, Дикий, отстань, я спать хотю, – бубнит под нос.

– Обойдёшься. Второй день в университете никто не отменял.

Вика тут же вскакивает на кровати и нервно оглядывается