Она моя. Забытая ночь - Лила Каттен

Как же так? Почему? Зачем?

Вопросы… их слишком много, но где искать ответы.

Жизнь коварно играет, и правила меняются быстро, не уследишь.

Нужно все выяснить. Обязательно выяснить.

Как много судеб попали в эту мясорубку, как же много тех, кто пострадал ни за что, и сколько их еще будет…

Вышла обессиленная, но я не имею права быть таковой.

«Не имеешь права, Дина, никакого!»

– Артем, – грозно произнесла, увидев, как он ставит чашки с кофе на стол.

– Я не крепкий сделал, успокойся.

– Ты что творишь?

– Так ты об этом? Успокойся, я себя чувствую нормально.

– Ты просто играешь со своим здоровьем. Это не шутки, – мне стало не по себе, что многие из тех, кого я знаю сейчас то в больнице, то… – Ты не имеешь права так поступать, – голос срывался. – Посмотри, что творится? Просто оглянись вокруг. Это лишь начало. Владимир в больнице еще несколько месяцев будет, и дальше его ждет восстановление, ты в таком же состоянии на четыре недели минимум, Раиса Ивановна вообще…

Не договорила и заплакала, отвернувшись от него.

Это эгоистично думать о себе, но казалось, что все, кто хоть как-то со мной соприкасался сейчас страдает. Словно я источник боли, токсичная и заразная.

Артем подошел ко мне и обнял, убрав руки от лица.

– Мы со всем справимся, веришь?

– Кажется, что уже ничего не исправить, – всхлипнула в ответ.

– Дина, ты веришь мне?

А могла ли я, взять и передать судьбу ему? В его руки положить нашу с Юлей жизнь и что будет дальше с нами всеми?

Я же всегда была сама по себе, одна, и вдруг…

– Да, – тихо ответила.

– Значит просто верь, этого достаточно будет, – прикоснулся к моей щеке и приподняв лицо выше, поцеловал в губы.

Я так по нему соскучилась, а сейчас рядом с ним, не хватает лишь нашей девочки, чтобы я вновь ощутила себя дома.

Аккуратно обняла его, погладив широкую спину, вдохнула такой родной его запах и смогла выдохнуть, избавляясь от чувства безнадежности.

– Скоро все будет хорошо, Дина. Я верну ее. Ты уже строила планы? Чем хочешь заняться?

Его вопрос в данный момент казался глупым, неправильным, но я вдруг заглянула туда, где все закончится и видела эту картинку ясной, цельной, желанной.

– Хочу туда, где тепло. Подальше отсюда. Все равно куда, но только не оставаться в этом городе. Думала о юге.

– Греция подойдет?

– Греция? – я удивилась настолько точному местоположению, но я и правда не имела ничего против этой солнечной страны, я так и не успела туда полететь, потому что забеременела Юлей. – Вполне подойдет, главное кто будет рядом.

– И кого ты там видишь?

– Ты в моих планах однозначно мелькаешь, Власов, – улыбнулась и прижалась вновь к его груди.

– Немного устал стоять.

Помогла сесть за стол.

– Может в кровати поешь?

– Не, давай тут, а потом лягу.

– Ладно. Кстати, очень вкусно пахнет.

– Яичница с овощами, пустяки.

– Спасибо.

Услышала хлопок двери и пошла навстречу свекрови.

– Освежились?

– Ох, мечтала о душе весь полет, – сели за стол и принялись за еду, пожелав приятного аппетита.

– Дина, а завари чайку, что-то не хочу кофе.

– Конечно, минутку.

Быстро приготовила ароматный напиток и вернулась к остальным. Ощущалось напряжение, нас ждал неприятный разговор, и никто не мог решиться его начать.

– Вы уж простите, что так долго ехала. Нельзя было прерывать курс химиотерапии, он ведь первый, показательный.

Слова женщины отзывались щемящей тяжестью в груди, но показывать ей боль, которой она и сама переполнена я не стала.

– Я рада, что вы тут, с нами. Артем, расскажешь, что там у тебя? Мы не поговорили толком.

– Вы знали, что ваш муж любитель закрытых клубов? – обратился он к ней.

– Догадывалась. Однажды к нам в дом принесли письмо, которое я прочла, тогда мы еще пытались быть семьей, точнее старались больше. В нем была угроза, что, если он не отдаст какую-то долю, записи из клуба попадут в прессу. Слава сказал, что это конкуренты, те кто против его кандидатуры в политике. Не то чтобы я поверила ему, просто у меня никогда не было иного выбора.

– Я проник в это место. Мне помог отец. Так вот там одна девушка, я не знаю кто именно, при помощи одного человека, должника отца записала уйму разговоров. Меня правда поймали и две недели продержал в полиции, – я охнула. – Все в норме, живой, Дина. Так вот мне прислали вчера флешку, я отправил копии Подгорному. Теперь жду ответ. Наверное, проверяет на разные склейки и подлинность.

– Артем, но это бездоказательно все. Голоса без картинки ни один суд не возьмет как улику.

– Знаю. Но в любом случае напугает. Если тот же Юрков, к примеру, получив запись с тем, как он промышляет у себя в налоговой будет готов придушить нашего мэра. Пусть сначала вернет Юлю, а дальше есть один план.

– Ты ведь владеешь журналом? И связи в СМИ имеются?

– Ну, да прилично так у меня разных знакомых.

– Нужно будет тебе договориться с каким-нибудь крупным каналом об интервью, которое не прервут под весом приказа «свыше».

– Есть у меня один такой. И если сюжет выгорит, то он будет рад, но я не могу не спросить – что вы задумали? Кто будет давать интервью?

Я замерла в ожидании.

– Я. Я пойду на это интервью. У меня многое есть, против них. В основном против Славы. Костя всегда был пешкой, но это не отменяет его вины.

Я не представляю, насколько тяжело было ей говорить об этом и самой устраивать ад для родного сына. Хотя думаю она сама в аду прожила гораздо дольше, и никто ни разу ее не пожалел.

– Ого. Неожиданно, если честно. Но у меня планы были почти те же. Вот только нечем было мне их подкрепить. Я нашел много всего, мне помогли точнее. Но сами знаете предъявлять общественности сенсацию без доказательств – это просто пшик в воздух. Ничего не даст, на фоне его «благих» поступков.

– Тогда, можешь быть спокоен. У меня за годы достаточно всего.

Они все переговаривались, а я лишь поворачивала голову от мужчины к женщине и назад.

После завтрака, мы ушли в гостиную, Артем лег на диван, а мы с Раисой Ивановной расположились в креслах.

Медленно беседа перетекла с грусти на радость, когда стали обсуждать Юлю. Артем смеялся с ваших рассказов о ее проказах, а я улыбалась и плакала изнутри, потому что она не со мной… не рядом…